День чудес
Шрифт:
Льюка Хаукса передернуло. Он засунул деньги в бумажник, протянул его жене.
— Возьми! — распорядился он. — Расплатись с ним, Эмили.
Эмили Хаукс сложила руки на груди и заглянула прямо в испуганные глаза мужа.
— Льюк Хаукс, — говорила она громко и отчетливо, чтобы слышали все покупатели и продавцы, — восемь лет своей скаредностью ты сводил меня с ума, превращал мою жизнь в сущую муку. А теперь ты не можешь потратить ни единого цента. Ты умрешь от голода, потому что тебе будет не на что купить даже горбушку
Льюк Хаукс знал, что так оно и будет. Сверху вниз он смотрел на жену, которая никогда ранее не смела так себя вести.
— Эмили, прошу тебя, не говори так. Вот, возьми деньги. Трать, сколько захочешь. Купи все, что нужно. Ты… можешь купить даже что-то подороже для мальчиков.
— Ты хочешь, чтобы теперь деньгами в нашей семье распоряжалась я? — Эмили желала расставить все по местам.
Хаукс кивнул.
— Да, Эмили, — просипел он. — Возьми их. Пожалуйста, возьми.
Эмили взяла бумажник. Безо всяких усилий пересчитала вложенные в него деньги.
— Пятьсот долларов, — итог она подвела вслух. — А теперь, Льюк, ты можешь идти домой, — посоветовала мужу Эмили. — Я займусь покупками. Ты мне для этого не нужен.
— Как же ты донесешь их до дома? — Хаукс схватился за последнюю соломинку.
Эмили Хаукс стояла уже у двери, за которую минутой раньше выскользнула Нетти Питерс — ей было что рассказать горожанам. Эмили обернулась и лучезарно улыбнулась своему бедолаге-мужу.
— Я отвезу их в такси.
4
Мисс Уилсон оторвалась от швейной машинки, услышав конский топот. Подойдя к окну, успела заметить последнего пони, пронесшегося мимо ее маленького ателье. А потом, прежде чем попыталась ответить на вопрос, откуда взялись в их маленьком городке такие лошади, поймала взглядом свое отражение в зеркале, перед которым примеряли готовые наряды ее клиенты.
Звали ее Алиса Уилсон. Но уже давно никто не обращался к ней по имени. Тридцати трех лет, небольшого росточка, простенькая, серенькая, словно церковная мышка…
Но нет! Мисс Уилсон в изумлении уставилась на себя в зеркало. Она… она перестала походить на мышку. Она да, да стала если не красавицей, то интересной.
Как зачарованная, Алиса поднесла руку к лицу. Что случилось? Что за шутку сыграли с ней ее глаза? Каким образом…
К двери приблизились чьи то торопливые шаги. От неожиданности мисс Уилсон даже подпрыгнула. В ателье ворвалась Нетти Питерс, с горящим от возбуждения лицом, наклоненной вперед головой. Шея у Нетти была тощая, как у цыпленка.
— Мисс
— Она думает, что ты прилетела сюда, чтобы поделиться с ней какой-то сплетней, вот о чем она думает, — прервал Нетти Питерс пронзительный, сварливый голос. Она сурово посмотрела на портниху.
— Мисс Уилсон, если вы находите в чревовещании что-то забавное, позвольте сказать вам…
— …как ты намерена сказать всем, — вновь вмешался голос, и Нетти Питерс едва не грохнулась в обморок. Теперь-то сомнений не было — слова срывались с ее собственных губ!
Она прижала руки к груди, страх парализовал мозг, но язык двигался сам по себе, не желая остановиться.
— Я только что видела Льюка Хаукса…
— …как ты видишь все и вся, — второй голос, резкий, пронзительный, не желал отставать от ее нормального голоса, тоже не слишком приятного на слух.
— В магазине на Светлой площади они…
— Занимались своими делами и не лезли в чужие, в отличие от тебя…
— Когда мистер Хаукс попытался заплатить продавцу…
— …а ты во все глаза глядела, сколько же они потратят…
— …деньги не отлипали от его пальцев…
— Ты знаешь, сколько людей порадуется, если слова когда-нибудь не отлипнут от твоего рта?
И городская сплетница запнулась. Два голоса наползали друг на друга, предложения не имели смысла. И во рту ей что-то мешало. Было впечатление, что у нее два языка и каждый болтает сам по себе.
Мисс Уилсон как-то странно смотрела на нее, и тут Нетти Питерс впервые заметила удивительное сияние волос мисс Уилсон, необъяснимые перемены в ее лице.
Глаза Нетти наполнились ужасом. Она повернулась и, всхлипывая, выбежала на улицу.
Алиса Уилсон еще недоуменно смотрела ей вслед, когда на пороге возникла новая фигура. Мистер Уиггинс, владелец книжного магазина, практически не приносящего прибыли и расположенного в одном доме с ателье мисс Уилсон.
Обычно тридцативосьмилетний мистер Уиггинс, бледнолицый, сутулящийся, в толстых очках, держался очень робко, не решаясь лишний раз подать голос. Он часто улыбался, но так застенчиво, словно боялся, что каждая улыбка ему дорого обойдется. Но сегодня, в день необычайных событий, плечи мистера Унггинса распрямились, очки сбились набок, глаза возбужденно сияли.
— Мисс Уилсон! — вскричал он. — Произошло нечто невероятное! Я должен кому-то рассказать об этом. Надеюсь, вы не в обиде, что я вот так ворвался к вам?
Снаружи доносились топот копыт, лошадиное ржание, крики.
— В городе появился табун диких лошадей, — пояснил мистер Уиггинс. — Одна едва не сшибла меня с ног. Она скакала по тротуару мне навстречу. Мисс Уилсон, вы никогда не поверите тому, что я сейчас вам скажу, если вы не увидите все это собственными глазами. Иначе вы подумаете, что я сошел с ума.