Демоны Грааля
Шрифт:
— Знаем мы ваши пикники, — сказал Мерлин. — Буду держать наготове эскадрон спецназа. Если что случится — сразу зовите на помощь.
Пряча Колоду во внутренний карман куртки, Дара подумала: «Хороший он все-таки мальчик. Юрт бы даже не вспомнил, что матери может понадобиться помощь». Вдруг в ушах зазвенел вопль Колесного Призрака'
— Бабуля, хочешь, я буду тебя сопровождать? Вот это было совершенно не в масть. Не хватало еще сопливого соглядатая. Но вслух выразила ту же мысль немного дипломатичней мол, не настолько я стара, чтобы с внуками на прогулку ходить Возможно, процессор
Они летят сквозь каскады Отражений, оседлав пару баньши. Летучие демоны — ублюдочные потомки гарпий — мощно режут газ и жидкость остроконечными плоскостями крыльев. Щелкают зубастые пасти. Всякий раз, когда они пересекают очередную границу между мирами, с перьев баньши срываются молнии, разнося грохот и легенды о Дикой Охоте.
Они мчатся через пласты Теней, где жизнь истреблена в свирепых войнах. Даже память об этих реальностях и тех давних битвах стерта волнами времени и засыпана зыбучими песками тысячелетий. Кое-кто из самых древних старцев Хаоса помнит слухи, будто здесь сражались Великие Силы — еще до создания Узоров и Олицетворений. Проверить это немыслимо и нужно принять как данность. Исполинская стопка миров превращена в прах, и не стоит даже задумываться о том, какая Мощь свершила столь впечатляющее деяние.
… Над головой кипит расплавленное золото, под ногами распластана черная бездна, в которой светят звезды и туманности. Справа — отвесная стена, сложенная из скелетов, и черепа различных существ глядят пустыми глазницами, ухмыляясь разбитыми челюстями. По левую руку тянется поверхность каких-то миров — то горы с ущельями, то пожухлые степи, то островерхие крыши готического города…
… Внизу сходятся на ратном поле неисчислимые орды. Солдат не различить — лишь плотные массы вооруженных тварей орудуют копьями, а с тылов и флангов текут к месту побоища новые колонны обреченных…
… Мертвый вокзал. Переплетения ржавых рельсов. Локомотивы с остывшими котлами и топками. Облупившаяся краска на вагонах, покрытых внушительным слоем пыли. Кипы истлевших газет и сгнившие горы нераспроданного провианта в привокзальных киосках. Из рукава форменного кителя торчат костлявые пальцы, по-прежнему сжимающие флажок. Ни звука, ни запаха…
… В мрачной лесной чаще лететь невозможно, поэтому Дара и Мандор идут пешком, придерживая скакунов за уздечки. Под ногами хрустят сухие ветки, колючие плотоядные лианы тянутся к путникам, но те отбрасывают хищные стебли с помощью магии. На коре могучего дерева, что растет слева от тропы, появляются черты нечеловеческого лица громадных размеров. Беззубый рот раскрывается и закрывается, и в лесу звучит нечеловеческая речь…
Дара и Мандор выходят на опушку. Мандор спотыкается об наполовину ушедшее в почву деревянное колесо — скорее каретное, чем тележное. Впереди видны руины древнего города, за рекой — тропические заросли, в зените — полосатое солнце.
— Цель нашего путешествия где-то в джунглях? — спрашивает Дара.
— Если я не напутал, там не простые джунгли, а каменные, — острит в ответ Мандор.
Вновь устроившись в седлах, они летят к городу, который
Возле развалившихся городских ворот расположился отряд дикарей. Множество голых особей обоего пола с раскрашенными телами потрясают копьями, словно приветствуют пришельцев, а шаман в маске танцует и бьет в бубен, желая им удачи.
— Туземцы выглядели вполне миролюбивыми, — прокомментировала Дара. — Странно, но город кажется не слишком опасным.
— Здесь все пропитано Высшей Магией, — негромко откликнулся Мандор.
Три волшебных шарика устремились в полет вдоль проспекта, задерживаясь возле установленных в нишах изваяний. По правую руку статуи изображали воинов человеческой и демонической породы, по левую — мантикор, грифонов и совсем уж позабытых чудищ, поголовно истребленных в доисторические времена.
— М-да, пожалуй, — согласилась Дара. — Здесь дремлют чрезвычайно древние силы.
— Не забывай, это место называется Городом Спящих Демонов.
— Опять демоны! — На лице появилась брезгливая гримаса. — Не люблю это племя, хоть и сама к нему принадлежу… Обрати внимание — город заброшен, однако на улицах нет мусора.
Мандор, удовлетворенно оскалясь, согласился:
— Значит, мы попали в нужное место. Прадед намекал, что здесь должно храниться нечто исключительной ценности.
— Мерлин ищет совершенно в другой стороне, — напомнила Дара.
Отвечать на эту реплику Мандор не стал. Баньши трусцой вбежали на площадь, образованную кольцом строений в стиле античного модерна. Колонны, фонтаны, портики, конные статуи. Бронзовые и каменные воины, сидящие в седлах и стоящие в колесницах, сжимали древки дротиков, потрясали ятаганами и секирами. В центре большого фонтана исполинский дракон пронзал копьем поверженного рыцаря с нечеловеческим лицом.
При виде этих изваяний баньши словно взбесились, едва не сбросив своих наездников. Пришлось спешиться и привязать нервных тварей к деревьям подальше от статуй.
Покидая площадь, Дара услышала за спиной ржавый скрип. Она обернулась, успев заметить, как шарики Мандора с огромной скоростью закружились вокруг пришельцев из Хаоса.
Скрип продолжался, причем издавали его статуи, поворачивавшие головы и торсы в сторону уходящих Повелителей Теней. Дракон, опираясь на каменное копье, провожал гостей взглядом, в котором не было злобы. Потом, потеряв к ним интерес, вновь повернул голову к недобитому противнику и наступил ему на грудь нижней лапой, пронзив панцирь громадными когтями.
— Пошли отсюда, — буркнул Мандор. — Они нас не интересуют. Мы их, кажется, тоже.
— А как же баньши — оставим их здесь? Мандор поморщился и, мотнув головой, сказал:
— Придется. Встретив следующий очаг магии, они могут совсем сорваться с катушек. Даже мне здесь не по себе.
Обстановка угнетала. Пресловутые спящие демоны уже не спали, а лишь дремали. Некоторые статуи, мимо которых проходили Мандор и Дара, провожали их равнодушными мертвыми взглядами. Вдовствующей королеве очень не хотелось, чтобы истуканы проснулись окончательно, и она пробормотала: