Демоница & Праведник

Ши Марел

Умберту. При воспоминании об имени бывшего любовника, её зелёные глаза потемнели. Мэри прислонилась спиной к стене храма и медленно осела. Демон при их встрече выглядел жалко. Круги под глазами, чуть спутаны волосы. Он всегда выглядел зловеще, а теперь, ей показалось, — жалко… Вечный лоск, надменность и гордая осанка сменились потасканным видом. И бешеный взгляд, когда он понял, что она беременна.

— Что он сделал с твоей мамой? — Тихо спросила Мария Аметиста. — Я знаю, что мне не будет места в новом мире, и я просила Елисея лишь о том, чтобы он сам оборвал мою вечность… — Она хотела сказать ещё что-то,

но слова застряли в горле, ощущая как скоро уже всё закончится.

Аметист внимательно посмотрел девушке в глаза, помолчал.

— Он убил её, когда у неё начались схватки, она была слаба и не смогла себя защитить. Меня спас отец, извлёк из её мёртвого тела. — Аметист посмотрел на небо, раздумывая — а стоило ли его спасать?

— Убить беззащитную беременную женщину?.. — У Марии волосы дыбом встали, и по коже пробежал мороз. Нет, она знала, кто такой Умберту. Но такое — в её голове это не укладывалось.

…

— И что нам делать тут? — Елисей растерялся, ничего ему не рассказывал дед о храме. И кладбище… где оно?.. — Может, стоит что-нибудь поискать?..

Сима прошлась по пустынному храму.

— Тут есть библиотека, кельи, и склеп внизу, даже если он не был священником, стоит осмотреть всё. Как будем действовать, разделимся или вместе всё осмотрим?

— Думаю, стоит разделиться, так будет быстрее, внутри храма нам ничего не угрожает, да и, снаружи остались Аметист и Мария, если что не так — сообщат! Я спущусь в склеп, а вы пока поищите в библиотеке, потом вместе осмотрим кельи! — Елисей зажёг несколько самых больших свечей от пламени, вспыхнувшего на ладони, Взял одну свечу себе, одну дал Симе, и пошёл по лестнице, ведущей к склепу.

Сырость и темнота. Абсолютная. Свеча почти не спасала, но, к счастью, на стенах нашлись факелы. Парень зажёг один, пламя разгорелось, весело потрескивая, нарушая вечную тишину. Шаги были почти не слышны, пол как-то странно скрадывал звуки. Гробницы, одна, вторая, паутины, пыль и разбегающиеся с возмущённым писком крысы. Елисей читал имена, затаив дыхание. Какой-то древностью и мощью веяло от плит. Одно, второе, нет, его предка тут не было…

…

Сима одной рукой держала свечу, другой Матвея, чтобы не потерялся. По пути им попалась лампада, и девушка зажгла её. Света стало больше, и она продолжила путь. Библиотека была огромной. Огромное количество книг от пола и до потолка. Книги разных времен, но нужного ничего. Да и ковыряться можно долго. Сима около часа изучала стеллажи с книгами, пока лампада совсем не потухла. И лишь в самом конце увидела что-то свёрнутое в тайнике на стене, и, прихватив свою находку, поспешила к Елисею.

…

— Смотри, я нашла это в стене!

Елисей как раз только поднялся из склепа, дышать там было, всё же, тяжело, и потому сейчас он ощутил значительное облегчение.

— Это карта! — Он взял из рук Симы свёртки. — Придётся ещё походить, но зато, хоть знаем, где искать. А тут… Тут заклинание какое-то! Это к Аметисту, он подскажет наверняка! — И Елисей переступил порог храма.

…

А снаружи мир померк, и к храму безграничной тучей двигалась армия демонов во главе со вторым сыном Люциуса — Иртану. Тьма стекалась со всех концов города, словно саранча, сметая на своем пути всё. Деревенские, словно бы по сигналу, все побежали к храму. А Елисей,

Аметист и Мария стояли в ужасе не смея пошевелиться, осознавая, что на них троих спустили все легионы преисподней.

— Сима, не смейте выходить из храма, забери мальчика, и спрячьтесь как можно дальше. Я не уверена, что мы выстоим против такого нашествия.

И девушка послушно отступила назад, забирая карту, у Елисея же остался сверток с заклинанием.

А в это самое время Люциус и раненый Умберту наблюдали со смотровой площадки за продвижением своих войск к храму. Вся Москва была заполнена тьмой, и владыка холодно улыбался и сжимал кулаки.

— Что ж, посмотрим, как они сдохнут, сын мой!

Елисей сумел накрыть защитным куполом церковь, Сима и Матвей пострадать не должны, но вот они…

Нет, второго купола не вышло, и он начал плести светлую боевую магию. Безумие! Одолеть втроём такую толпу… Втроём?.. Нет, их не трое, с ними Бог.

— Помоги нам, Отец Небесный! — Шепнул Елисей и перекрестился.

— Отец говоришь? — Аметист заметно оживился. — А неплохая идея! — И вдруг, став золотым светом, парень взвился ввысь. Елисей задумчиво проводил его взглядом — и куда это он?.. Но, в прочем, времени на раздумья не было — тьма наступала со всех сторон.

Глава 17

Увидев эти огромные полчища тьмы, Сима сама отшатнулась обратно к храму, закрывая собой Матвея. Стали приходить люди, она помогала им разместиться, ни на минуту не отпуская мальчика от себя.

— И куда отправился Аметист? Нашел время… Если он не вернется, нам не выстоять. Хотя… Нам и так не выстоять. Во главе легионов сыновья Люциуса. И это лишь часть… Глупо было надеяться, что владыка это оставит так. — Мария начала плести мощнейшее заклинание, руки загорелись зелёным пламенем, вспыхнули глаза.

Люди, шедшие к храму, тут же, ужаснувшись, шарахнулись, и побежали в рассыпную, где их уничтожали демоны.

— В любом случае, я рад, что встретил тебя, узнал, что такое истинная любовь и счастье. Спасибо, Мария! — Заклинание вышло особенно сильным и ярким, на время отступили легионы тьмы, оглушённые дикой световой волной, но вскоре вновь нахлынули вновь.

Не выстоять. А как же Мария? Как же их ребёнок?! Елисей дрался, отдавая всего себя в каждом заклинании, но толку… И вдруг откуда-то набежали толпы простых деревенских мужиков, с ружьями, обрезами, а то и просто с вилами. И с криком: — Бей нечистых! — Они начали кидаться на легионы тьмы. Это скорее смешило мрак, люди гибли кучами, лилась рекою кровь. Но это, всё же, отвлекало демонов.

Тьма обступала, Мария и Елисей сражались спина к спине, отдавая последние силы, но насколько их хватит?

— Впервые за сотню с лишним лет я узнала, что значит чувствовать, что значит любить. Я люблю тебя! И спасибо, что был в моей жизни. — Она гордо отбивала все нападки, хотя, силы были на исходе.

Одно ранение, другое, и девушка, уже едва держась на ногах, глазами встретилась с яростным взглядом Иртану.

— Я обещал брату, что лично тебя прикончу! — И счастливая улыбка. — За моего младшего брата, и за Умберту тоже. Смотри же, брат! — Крикнул он, зная, что Умберту и так не отводит глаз от этого действа. Иртан занес меч над девушкой.