Демон
Шрифт:
Так-то да. Но лично я сразу заметил подвох.
— Запрыгнешь? Хочешь, чтобы я тебе пятый ранг вернул? Звиняй, братское сердце, на такое я пойти не готов.
Возвращать Чече телепорт? Нафиг, нафиг.
— Да не. Я так прыгну, — затряс тот головой. — Сбрось меня к тем воротам поближе. Я на шурсе сгоняю. Меня хер какие двери удержат. Главное, чтобы маны хватило.
— С маной-то я как раз подмогу.
— Так и я о том. Полетаете недалече, ресурсом и маной поддержишь, а я тому чернышу кишки выпущу. Мне на их магию-шмагию класть. Разве что купол,
А ведь и правда. У Чечи же каменная кожа в динамике тоже работает. Да и шурс шустрее на треть, чем у других бронебоев. Накину на него шланг — и пусть бегает. Вдруг, и действительно, доберётся до вражеского командования.
— Мэл Юко, что скажите? — повернулся я слышавшему Васино предложение маршалу.
— Почему бы и нет? — пожал Асторэ плечами. — Раз уж решил ему доверять, надо пользоваться всеми демонскими преимуществами.
— Ангельскими, — поправил я, хитро подмигнув маршалу.
— На ангела твой подопечный не тянет пока, — хохотнул Асторэ. — Но надо дать ему шанс.
Для упрощения логистики мы десантировали Чечу с той стороны укреплений, примерно в трёх сотнях метров от вала, напротив интересующих нас ворот и башен. Снятые при помощи Грая и пары клевцов антимагические браслеты переместились с рук Чечи ко мне в карман, а сами клевцы, наоборот, к нему в руки. Приземляться не стали. Джахар просто на пару секунд убрал купол, и Вася сиганул за борт. Короткий полёт. удар о землю — и вот уже размывшийся в реактивную тень бронебой несётся к объекту атаки. Мы мчимся за ним. Высоты в полусотню метров хватает, чтобы моментально увеличившаяся между нами дистанция не перешагнула порог, за которым мой шланг оторвётся.
Хорошо, что мой дар работает и без зрительного контакта. Нас заметили и уже тянут конусы вихрей, от которых мэл Хассо уводит машину манёврами, никак не способствующими разглядыванию происходящего внизу. Тут бы в этой болтанке самому вслед за Чечей не улететь за борт. Благо, знание, что дальше стенки пузыря не упасть, успокаивает и меня, и других, вцепившихся в ограждение борта членов команды. На будущее надо бы оборудовать гроболёт креслами и ремнями. А то и второй корпус забацать, чтобы менять при нужде пассажирскую баржу на штурмовик и обратно. Бигмаку-то пофиг в какой коробке сидеть, а нам многофункциональность не помешает.
Чеча же тем временем добрался до цели. Нет, из виду я его потерял. Просто вспышки, взрывы и крики внизу вряд ли вызваны чем-то иным. Теперь главное, чтобы они с перепугу свою башню не разбомбили к чертям, а то ещё, не дай бог, завалят обломками моего терминатора. Это сейчас, пожалуй, единственный способ остановить реактивного убивашку.
— Гля, всю басню в пузырик засунули!
Скачущая по палубе проворной мартышкой Лими, свесилась чуть ли не всем своим маленьким телом за борт и радостно комментирует происходящее.
— Не ту, куда Чеча залез, а вторую. Ха! Он усе под землёй! Из дырки огонь валит. Гля, правее посёл!
— Дерек! Держись над ним! Дистанция —
Вцепившийся в борт на носу корабля рулевой махнул рукой — мол, услышано, сделаем. У них тут длина в локтях измеряется. Два локтя примерно на метр. Так-то я вдвое рабочее расстояние срезал, но пусть лучше пилот перебдит, чем я шланг разорву.
При повороте в поле зрения попадают укрепления внизу. Одна башня — хрен знает, чему там гореть — полыхает пожаром. Другая под куполом, что заметно по упирающимся в невидимую стенку языкам пламени, обгладывающим заодно и ворота. Громобоя, который надул пузырь, я не вижу, а значит и обнулить не могу, но тот вряд ли очень уж высокой ступени, и следовательно ресурс у него скоро закончится. Подождём. Благо, Чеча времени зря не теряет — наводит шорох в подземных укрытиях. Успешно наводит. Из нор уже вовсю валит военный народ.
Среди этих уже водников и ребят с амулетами мало. Тола с Ферцем, расположившиеся на противоположных бортах, методично поджигают врагов. Хотя делать им это с каждой секундой всё сложнее и сложнее. Дерек Хассо совсем не заботится о комфорте экипажа. Гроболёт выписывает замысловатые кренделя в ограниченном моей рабочей дистанцией коридоре. Несколько наших уже не удержались и теперь болтаются под днищем корабля, пойманные силовой сферой Джахара. Теперь купол можно будет убрать только перед посадкой, когда всё закончится и мы свалим подальше, в безопасное место.
А нагрузки тем временем всё круче и круче. Воздушные кулаки то и дело лупят в сферу, из-за чего нас трясёт и болтает. Один раз даже вихрь задел. Наше счастье, что второе торнадо, запущенное не иначе, как самим мэлом Вэто, Дерек мастерски обрулил, а других больше нет. Видимо, этот Гацио единственный воздушник-пятёрка на данном участке укреплений. Когда там уже громобой в башне дотратит ресурс? Чеча уже убежал от ворот метров на триста. Время от времени выскакивает наружу и снова ныряет под землю в очередную дыру. Жаль у меня нет с ним связи.
— Мус, мус! Пузырь сдулся! Огонь стены лисет! Свободна басенка!
Лими единственная, кому происходящее в радость. Мелкая явно считает, что у нас здесь весёлый аттракцион. И как только она умудряется не свалиться за борт? Лётает по пляшущей палубе белкой, везде успевает, всё видит.
— Чече об этом скажи. Я-то что?
Фили, на удивление, мои слова понимает буквально. Запрыгивает на борт, который в данный момент ближе к земле и орёт:
— Чеча! К басне давай! К басне!
Как будто он её может услышать.
— Услысал, гля!
Ха! И правда. Наш терминатор не стал нырять в очередную дыру и уже чешет назад, походя рубя подвернувшихся недругов. Едва ли услышал писк Лими. Скорее, и сам постоянно следил за объектом. Всё, не вижу его. Дерек тоже с глазами — положил гроболёт почти на бок, экстренно разворачивается. Мимо проносится Гвидо, бьётся о борт, переваливается через него и падает вниз. Ещё один не удержался. Последний раз мы летаем на этом корыте! По возвращению сразу модернизация. Без вариантов.