Демон Жалын
Шрифт:
Лотар вошел в гостиницу, быстро осмотрел полутемный зал, освещенный только слабыми языками пламени гаснущего очага. Пусто. Только на ступенях, ведущих наверх сразу от двери, как и предупреждал Сухмет, сидел полусонный вояка без шлема, в расстегнутом панцире, с мечом в ножнах, который лежал у него на коленях.
Вояка, заметив вошедших, пьяно поднял брови и попробовал заговорить. Лотар щелкнул пальцами и указал на него ребятам. Тут же три бокена с трех сторон обрушились на беднягу. Он даже и не пикнул, лишь приподнялся из последних сил
Рамисос, бокен которого так и остался неподвижно висеть в воздухе, поймал его за плечи, перехватил за пояс и тихо, почти нежно, уложил на пол. Меч бедолаги одной рукой поймал Каш. Лотар кивнул, одобряя его реакцию и осмотрительность.
Но каску никто поймать не догадался, она с грохотом упала на пол и покатилась в темный угол. Тут же сверху раздался еще один пьяный и неуверенный голос. Лотар стал бесшумно подниматься, поманив ребят. Желтоголовый заворчал, подражая пьяному стражнику. В его голосе слилось и раздражение, и пьяное недоумение, и невнятная жалоба.
Стражник наверху произнес что-то обидное и негромко захохотал. Лотар скользнул вверх как тень. Когда второй дуралей высунулся, Лотар уже был сбоку от него и все равно не успел. Раскосые глаза фоя расширились от удивления, и он пронзительно заверещал. Кулак Лотара успокоил его прямым ударом в лоб, но было уже поздно.
Где-то хлопнула дверь, кто-то издалека что-то спросил. Лотар подскочил к двери посланника.
– Двое – здесь, двое – за мной, – приказал Желтоголовый и изо всех сил ударил ногой в дверь. – Все равно шуметь уже можно, – объяснил он свой поступок ребятам.
Дверь вывалилась из косяка и с оглушительным грохотом рухнула на пол небольшой комнатки, в которой теплился огонь ночника в бумажном, разрисованном желтыми цветами абажуре. Лотар вошел и осмотрелся.
Три больших кожаных сундука стояли перед грубым столом. Два из них были заперты, в одном, очевидно, хранились повседневные вещи самого посланника. Лотар подошел к человеку, который со страхом смотрел на него, полуприкрыв лицо шелковым одеялом. Желтоголовый сделал вид, что замахивается на посланника, тот, всхлипнув, спрятался под одеяло. Лотар, конечно, бить не стал, отвернулся и подошел к столу.
Тут же стоял ларец, обтянутый красной кожей. Лотар хотел было вытащить кинжал, чтобы срезать крохотные замки, но его руку остановил Сухмет, вынырнувший сбоку.
– Не нужно, – в полный голос сказал старик и забрал ларец, – нам придется вручать послание именно в таком виде.
– А где Рубос?
– Внизу. Их там не очень много, не больше полудесятка, он справится. Но медлить не следует.
Вот это правильно, согласился Лотар.
– А одежду мы возьмем у этого труса? – Он подошел к открытому сундуку и небрежно поднял повешенный на край крышки маленький камзольчик.
Сухмет покачал головой:
– Тут все очень мелкое и обычное. Парадные одежды, и не только для него, – Сухмет кивнул в сторону постели, – но и для людей покрупнее – в этих сундуках.
– Тогда
Бостапарт и Рамисос подхватили каждый по сундуку. Им было тяжеловато, потому что ручки были предусмотрены для четырех людей, в крайнем случае для двоих. Но некоторое расстояние они вполне могли пройти и так.
– Сухмет! – Лотар посмотрел на старика. – Еще что-нибудь?
– Нет, можно уходить.
– Отлично. Все – на выход.
Пока Бост и Рамисос тащили сундуки к двери, Лотар опередил их и выскочил в коридор. Тут Каш и Виградун сдерживали троих фоев-охранников. За ними стоял тяжело вооруженный мужичина, который зычно орал на солдат, – определенно это был офицер. Двое фоев лежали на полу в крови без малейших признаков жизни.
Лотар поднял один из чужих мечей, скользнул между мальчишками и серией выпадов, в которых было больше свиста стали в воздухе, чем реальной угрозы, заставил троих солдат чуть сдать назад. Это было нетрудно: в узком коридоре его противники скорее мешали, чем помогали друг другу.
– Помогите с сундуками, в драки ввязываться только при необходимости, – бросил он через плечо и плоской стороной клинка оглушил одного из фоев.
Как ни хотелось ребятам подраться, они тут же бросились назад и подхватили ручки сундуков. Теперь они могли бежать. Лотар, контролируя их внутренним зрением, подождал, пока они спустятся по лестнице, и стал отступать.
Он оглушил еще двух фоев, которые по глупости высунулись вперед, но справиться с последним и с офицером, который теперь получил возможность поучаствовать в драке, очень быстро не вышло.
Кстати, где же Сухмет, подумал он и отступил, чтобы заглянуть в комнату посланника. Тут все было спокойно. Посланник по-прежнему прятался под одеялом, тихо коптил ночничок. А Сухмет…
Старый дуралей спокойно стоял у ночника и неторопливо, как у себя в библиотеке, перебирал книги из сундука, который Лотар сразу почему-то не заметил. Десяток книг он уже отложил, еще десятка три других валялись на полу. Сухмет отбирал книги, которые собирался утащить с собой.
– Сухмет, – позвал Лотар, – нужно торопиться.
– Сейчас, господин мой, тут уже немного осталось.
И тут Лотар пропустил низовой удар офицера. Для обычного армейского служаки он совсем неплохо работал не очень длинным, но отлично закаленным клинком. Удар пришелся в мышцу левой ноги. Желтоголовый разозлился.
Двумя выпадами он запутал последнего солдата, а потом, резко прогнувшись, воткнул чужой меч ему в бок. Там, куда он попал, не было ничего, кроме сала, но боль должна быть немалая. Вояка завыл и отвалился назад.
Офицер попытался поймать Лотара на возврате меча, но тот и не думал отступать. Он сделал здоровой ногой очень мощную круговую подсечку, и офицер грохнулся на пол всем корпусом. Пока он пытался подняться, Лотар склонился над ним и выключил несильным ударом в переносицу.