Демон в наследство
Шрифт:
Ваал почувствовал, как от крупа коня хлынул жар. Казалось, запал амистра тут же передался и его всаднику. Наблюдая за тем, как силуэты сотен гончих становятся все четче и крупнее, Ваал наконец-то позволил себе взрастить свою злость, словно зерно, упавшее в благодатную почву.
Злость на Ровену Монтгомери, на смертных и весь грешный Салех. Жители этого падшего города хотели считать себя праведниками, но на деле он был ничем не лучше Инферно.
Злость на Ламию и Брута. Особенно на последнего. Именно по его вине дикие гончие теперь
Самое время было принять боевую форму, но сейчас Ваал хотел простого и честного сражения, потому вытащил из седельных ножен обычный меч.
Тяжесть оружия была знакома ему с малых лет и казалась родной, словно он вышел из утробы с клинком в руке, как однажды в шутку сказала Лилит, его мать. Оставалось надеяться, что даже после десяти лет истощения рука его осталась тверда и быстра.
Пришло ему время испытать свои силы и узнать, достоин ли он и дальше носить звание лучшего воина Седьмого круга.
— Агер, — позвал Ваал псаря. — Пусть твои гончие нападают на тех особей, которые отобьются от своры. Сильные будут драться по центру, скопом. Ахига, — обратился он уже к полководцу. — Снимите издалека первые ряды.
Вскинув руку, Ахига выжидал. Секунду, другую. И дал отмашку.
Первая волна болтов полетела в гончих, и каждый попал в цель. Не чета жалким людишкам инквизитора. Десять собак упали замертво, и легионеры перезарядили арбалеты.
Вторая отмашка. Еще минус десять диких гончих.
Они приближались, ничем не похожие на одомашненных псов Ваала — гордость Седьмого круга. Слюна, капавшая с их оскаленных клыков, пенилась и летела во все стороны. Глаза горели, по шкурам пробегали языки пламени. Эти псы были воистину огромны, куда крупнее прирученных. Серьезные противники.
Третий залп, и свора снова поредела. Четвертый. Пятый.
Но даже тогда она не сильно уменьшилась. Времени на еще один залп не осталось, и воины, убрав арбалеты, схватились за клинки.
Что ж, раз все подготовились… Ваал поднял меч над головой и с боевым кличем ударил амистра пятками в бока, посылая вперед.
Хеллстид только этого и ждал. Сорвавшись с места в карьер, он буквально врезался в свору. Первую же гончую амистр пронзил рогами и, мотнув головой, отшвырнул в сторону, сбив ею двух других тварей, которыми тут же занялся Ахига.
Гончие прыгали высоко, поэтому Ваалу пришлось не только рубить направо и налево, но и прилагать силы, чтобы удержаться верхом. У собак не осталось иных вариантов, кроме как попытаться выбить его из седла, ведь если они подбирались на расстояние укуса, Хеллстид копытами крошил им кости, буквально втаптывая в золу.
Вскоре они оба были забрызганы кровью. Ваал чувствовал ее капли на плечах и груди. Особо верткая особь все-таки подобралась к Хеллстиду сзади и, уцепив Ваала за угол плаща, потянула назад.
Извернувшись, он свободной рукой сорвал с себя плащ и швырнул его так, чтобы он упал на
Псы пребывали и пребывали. Сколько же их расплодилось! Теперь Ваал понимал Асмодея и был возмущен не меньше него. Смертники, ведомые лишь желанием защитить свое гнездо и вожака.
Здесь нужно было оружие помощнее, да и мечом Ваал уже намахался вдоволь. Не прекращая боя, он начал обращение. У него зачесался череп от того, как рога пошли вширь и ввысь, пальцы рук накалились от зарождавшегося пламени.
Ваал ждал знакомого натяжение кожи и ломоты в спине, но… на том все.
Он попытался снова. И опять ничего. Жалкие потуги!
Ему не хватало сил для перехода. Банально не хватало сил… Черт возьми! Такого не случалось с ним уже пять столетий!
В последний раз Ваал был так обессилен после битвы с Азазелем за трон Седьмого круга. Но быть избитым высшим демоном в честном бою отнюдь не так унизительно, как лишиться своей мощи после десяти лет в заточении у бездарной смертной ведьмы.
Ваал пожалел, что Ровена Монтгомери не заключала сделок, ведь тогда он смог бы терзать ее душу веками. Со всей злости он рубанул очередную подскочившую гончую слишком сильно, и на него брызнуло особенно много крови.
Тут же Ваал одернул себя — не время бездумно бушевать. Битва обещала затянуться, а у него с собой было маловато легионеров. Будь они людьми, погибли бы в первые же минуты, но даже бессмертные, продавшие свои души за воинское мастерство, тоже могли потерпеть поражение.
Что ж, если у Ваала не вышло сменить форму, значит, нужно было иначе добиться победы. Естественно, он не собирался отступать из пустоши, гонимый стаей одичавших тварей.
Сложно было осматриваться по сторонам, вместе с тем отбиваясь от нападавших тварей, но Ваал не видел другого способа положить конец сражению, кроме как убить вожака. И вскоре он увидел его.
Альфа стаи был еще крупнее своих сородичей, с витыми рогами на лбу и с всклокоченной черной шерстью, на которой виднелись проплешины после множества собачьих драк. Можно было не сомневаться, что он победил в каждой из них. Что ж, его ждал первый в жизни проигрыш.
— Ваал! — крикнул Ахига, заметив, что тот начал пробивать себе путь в другом направлении. В пылу сражения им было не до титулов, но Ваал не возражал. Главное, чтобы потом его подданные не забывали свое место. — Ты куда?
— Прикончить главную тварь. Прикройте меня, — бросил он своему полководцу.
Вожак заметил Ваала почти сразу. Он ощерился, не собираясь сбегать.
Меж тем легионеры рассредоточились, окружив небольшой пятачок посреди поля боя и не пуская в него остальных гончих. Они знали, что вожак был самой сложной добычей, которая принадлежала господину, а потому не вмешивались.