Демон в дюнах
Шрифт:
А потом — хотите верьте, хотите нет! — но Бренда обернулась ко мне, отбросила со лба пружинящие пряди волос и улыбнулась, как будто знала все до единого секреты, которые у меня когда-либо были.
— Хочешь сигаретку? — произнесла она, протягивая мне смятую пачку «Дорала».
— Да он зануда, — фыркнул Кевин, который по другую сторону костра в одиночку курил «Кент» своего отца. Сигарета вяло свисала у него с нижней губы. — Дейв не курит.
Я протянул руку к пачке Бренды.
— Эй, братишка, полегче! Все когда-нибудь случается в первый раз.
— Значит,
Я выдернул белую трубочку табака с фильтром из ее смятого целлофанового контейнера.
— Говоришь, «Дорал»?
Бренда кивнула.
— Они ментоловые, — хрипло прошептала она, как будто желая меня ободрить.
— Круто.
По какой-то необъяснимой причине это показалось Бренде необычайно смешным.
— Огоньку? — спросила она.
— Угу. Спасибо.
Она сунула руку в нагрудный карман невесомой крестьянской блузы, которая на фоне костра казалась совершенно прозрачной и не скрывала от меня ее плотных и практически идеальных округлостей, и извлекла зажигалку.
— Спасибо.
Я взял зажигалку и несколько раз большим пальцем крутнул маленькое ребристое колесико. Кремень высекал искру, но больше ничего не происходило.
— Надо все делать очень плавно, — посоветовал мой кореш Кевин, искушенный курильщик. — Зажми кнопку, придурок.
Я сделал, как было велено, и услышал, как из крохотного пластмассового контейнера с шипением пошел бутан.
— А теперь высекай.
Я щелкнул колесиком.
Шестидюймовый язык пламени сжег волосы у меня в носу.
— Дай сюда! — вмешалась Бренда. Она оперлась теплой ладонью о мое бедро и выдернула незажженную сигарету у меня изо рта. — Я ее тебе прикурю.
Она запыхтела «Доралом», который был у нее во рту, и кончик сигареты засиял так же ярко, как сиял прикуриватель в «бьюике» моего отца, когда случайно выскочил из гнезда. Она вынула сигарету изо рта, взяла губами мою и раскурила ее от раскаленного, как уголь, кончика.
Это не просто была моя первая сигарета. Это также был мой первый урок того, как можно курить сигареты одну за другой, прикуривая их друг от друга.
— Поскольку ты никогда не курил, просто набирай дым в рот и выдыхай, — посоветовала Бренда, возвращая мне дымящуюся сигарету. — Не вдыхай его в легкие.
— Заметано.
Но я все же вдохнул.
Задыхаясь, кашляя и давясь дымом, я пропустил мимо ушей насмешки Кевина, сделал очередной глоток мерзкого земляничного вина, поморщился и снова затянулся.
На этот раз дым наполнил мои легкие гораздо мягче. Он скользнул по моим дыхательным путям, и я почувствовал себя необыкновенно хорошо. Возможно, все дело было в ментоле, но мне вдруг показалось, что я посасываю длинный горячий леденец. Какая-то мощь взыграла у меня в крови, и я почувствовал себя таким же остроумным и находчивым, как Джерри и Кевин вместе взятые.
— Попробуй меня, попробуй меня. — Я поднял сигарету и продекламировал знаменитый рекламный стишок «Дорала», как шекспировский сонет. — Смелее, попробуй меня!
Все засмеялись.
Наконец-то я вступил в братство клевых и прикольных.
И я еще раз вдохнул дым. Снова подавил кашель. Ощутил воздействие никотина, заставившего меня почувствовать себя веселым гением, наделенным нечеловеческой силой. Я подскочил и постарался скопировать голос и манеру исполнения джазовой певицы, которыми была наделена поющая сигаретная пачка в самом низкосортном телевизионном рекламном ролике «Дорала»:
— Попробуй меня, попробуй меня. Смелее, попробуй меня! Сделай затяжку, а об остальном позабочусь я!
Все от хохота схватились за животы.
Все, включая Бренду Наррамор.
У меня перед глазами все плыло от вина и пива, а голова кружилась от никотина и смол. Я покачнулся, оступился и случайно уронил «сигаретку» на песок.
— Ничего, — успокоила меня Бренда.
Она уже раскуривала мне замену.
Я плюхнулся на песок рядом с ней. Взял свою вторую дымящуюся палочку. Я кашлял, как будто у меня был бронхит. Передо мной все плыло, и мне казалось, что моя голова набита ватой. Все же мне почудилось, что Бренда Наррамор придвинулась немного ближе. Наши бедра поцеловались.
Я не смог обдумать, что это может означать, потому что Кевин решил, что пора рассказывать истории о привидениях.
Что было вполне закономерно.
Мы сидели вокруг гипнотического огня в свете полной луны. От пива и вина девчонки стали томными и раскрепощенными. На Кимберли уже остался лишь крохотный купальник, в котором она и забралась Джерри на колени.
Хорошая история о привидениях должна была загнать остальных дам в первые попавшиеся крепкие мужские объятия (например, в те, которые Кевин, не жалея сил, накачивал всю зиму и весну).
Итак, Кевин начал свою историю:
— Мой дядя Рокко работает в волонтерском отряде спасателей Вероны. Однажды ночью к ним поступает звонок из Монтклера. Вообще-то Монтклер больше Вероны, и в нем есть профессиональная скорая помощь, пожарные и все такое. Но прошлой весной там происходит эта ужасная авария. Жуткая катастрофа. Семь девушек-чирлидеров на своем микроавтобусе возвращаются домой с баскетбольного матча и врезаются в телефонный столб.
Донна ахнула. Кевину только того и надо было. Он продолжал сгущать краски:
— Как бы то ни было, но мой дядя Рокко и его партнер с сиреной и мигалкой мчатся к месту происшествия. Сами понимаете, в таких случаях дорога каждая минута. Но существует одна проблема. Они из Вероны и не слишком хорошо знакомы с дорогами в Монтклере. Поэтому они останавливаются на обочине, достают карту, но не могут понять, где, черт возьми, находятся. Внезапно дядя Рокко чувствует, что кто-то смотрит на него в окно. Ему становится ужасно не по себе, но он заставляет себя обернуться. И видит, что возле автобуса стоит старый чернокожий мужик.