Демон - Телохранитель

Холоденко Юрий Александрович

– И так, что мы имеем?
– задал я риторический вопрос, и начал аккуратно выкладывать из мешка запасы. По-быстрому ознакомившись, я пришел к однозначному выводу:

– Ну, все как мама говорила. В каждом пакетике еще три, на всех завтрак, обед и ужин. Запасов много, с голоду не помрем, но придется начинать готовить, а то попортим желудки и главное все время будим голодные... особенно Елин.

– Дальше, - продолжил размышлять вслух я, - думаю, разумно будет разложить какой-то объем еды по рюкзакам, все равно пока мы их не несем, а там мало ли что. Вдруг придется срочно бросить автомобиль и все

что в нем. А еда, хоть и частично все равно останется при нас.

Разложив по рюкзакам основной запас примерно в равных долях, особо не нагружая лишь Алинилинель, я приятно удивился, найдя на самом дне мешка, три палки сухой колбасы, запакованные в бумагу и целлофан и записку от мамы "На всякий случай". Ну, молодец, как знала. Хотя, конечно знала...

Я вздохнул, и спрятал сухую колбасу в свой рюкзак. Не стоит будить в Елине зверя. Тем более в норме он у него не засыпает, и если спит, то очень редко.

Я вернулся к багажнику и продолжил ревизию. Палатка есть, тренога и котелок тоже. Спичек - не завались, но есть еще и зажигалки. Короче все хорошо. Сейчас постреляем, и может еще и кашу, какую-нибудь состряпаем. Хотя... где воду брать? Ох, и Енот...

Успокоившись и усевшись рядом с Алиной, я принялся за еду. Похрустел чипсами, тьфу ты, макаронами... Доели с Алинилинель консервы, используя их содержимое как гарнир к сухарям, правда по совести оставив по трети каждой банки Елину. И дождались, развалившись на песочке Елина.

Возвратившись, Елин не стал сетовать, что ему мало оставили, и моментом стрескав остатки, тоже выпал на песочек.

Я поднялся на ноги, обратив внимание на одежду Елина. Тот был одет продуманно, то есть скорее разумно раздет. В кольчуге не рассекал, но во вредность солнца видимо частично поверил, потому что был в футболке и штанах. Молодец.

– Доставайте револьверы под патрон Флобера и пойдем тренироваться, - распорядился я.

Елин кряхтя, поднялся, и направился следом за Алиной в машину, за амуницией, ведь при нем остался только подаренный крестным и врученный мною меч.

Я, недолго думая, расставил на берегу банки, донышками к нам, и стал их ждать. Так бездумно как они, со своим оружием расставаться я не стал - малоли кто...

Подтянувшись, они стали рядом, а Елин бездумно уставился вдаль. Я нарисовал на песке прутиком, найденным здесь же, прицельную планку и мушку, и показал, как ее должны они видеть. На удивление меня сразу поняли. Даже Елин. Правда, опять чуть не нажал, когда не нужно на спусковой крючок. Я про себя выматерился, но не подал виду, и приступил к главному, к обучению стрельбе. Начав с Елина. Предпочитаю его иметь за спиной, с разряженным револьвером... Мало ли что ему придет в голову. С его фантазией он может смело заглянуть в блестящий нарезной ствол и "совершенно случайно" нажать на курок. Будет тогда весело...

Я взял в свои руки его револьвер, откинул в сторону барабан, проверил патроны... вроде бы все в порядке. Собрал все назад, и вручил его назад Елину.

– Прицеливайся, как я тебе показывал на рисунке, стараясь чтобы мушка, была точно посередине прицельной планки, в ее прорези, и не высовывалась за ее верхнюю грань, - поправив его руку, заметив отклонение вниз, молвил я, - а была с ней на одном уровне.

Елин понятливо кивнул, снова прицелился,

и нажал на спусковой крючок. Грянул выстрел, правда не очень громкий, и в краю сместившейся банки появилось аккуратное отверстие.

– Молодец!
– похвалил я, - с первого раза попал, правда, с пяти метров..., но это уже достижение!
– продолжал я хвалить, видя, что после первой похвалы Елин победно заулыбался и, расслабляясь, расправил плечи.

– Так держать... Теперь, подыми револьвер стволом вверх!
– скомандовал я, видя что он начинает им бесцельно водить, не зная куда приткнуть.

– А зачем?!
– осторожно осведомился Елин, видимо удивляясь моей команде.

– Есть такое понятие, как техника безопасности... Так вот, согласно ее, любое огнестрельное оружие переносить или просто удерживать когда не целишься, необходимо стволом вверх, иначе есть риск недосчитаться кого-нибудь из своих, в случае случайного срабатывания.

– Понятно...
– ответил Елин.

– Теперь, аккуратно, отстреляй оставшиеся семь патронов, только обязательно каждый раз внимательно прицеливаясь. Бей только в свою банку. Потом посчитаем количество попаданий.

Такое развлечение Елину понравилось. Я встал чуть позади и с боку, справа от него, и внимательно следил за выполнением задачи. Елин с энтузиазмом начал палить в банку, правда руки чересчур напрягал и из-за этого они дрожали, мешая целиться, но... для первого раза очень неплохо. Елин отстрелялся, и я пересчитал попадания. Всего их оказалось шесть, включая рикошет по краю.

– Шесть из восьми, для первого раза очень неплохо!
– улыбнулся я, возвращая разряженный револьвер Елину.

– Молодчина! Теперь вытряхни гильзы и подожди своей очереди.

Елин счастливо улыбнулся, открыл доступ к барабану, вытряхнул гильзы и опустил револьвер стволом вниз. Я тут же поправил:

– Револьвер не опускать!

– Почему?!
– снова удивился Елин.

– Привыкай, - объяснил я, - к весу и к положению. Очень важно, если не хочешь прострелить себе ногу. У нас есть поговорка, - продолжил я, - "Разряженное ружье, и то раз в год, но стреляет!".

– Это как?!
– удивился Елин, вытаращившись на меня.

– А так, - я хитро улыбнулся, - естественно это не правда, но в ней неслабый намек. Вот взял ты в руки револьвер и уверен, что он разряжен..., а если нет? Если без твоего ведома его кто-то зарядил? Или, например, в барабане остался один единственный патрон, а ты уверен, что он пуст и играешься с ним как с игрушкой? Где в этом случае гарантия, что ты не сделаешь дырку в себе, или не понаделаешь дырок в других? Суть понял?!

– Да, - с серьезным видом закивал Елин, - я понял, - и поднял пистолет как я и просил.

Я подивился его неожиданной сообразительности. Как неожиданно хорошо на человека влияет вовремя полученная звездюлина! Диву даешься... Ладно, возврат в реальность...

И я переключился на Алинилинель.

– Солнышко, теперь твоя очередь!
– улыбнулся ей я.

Алинилинель уже намотавшая на ус, пока я объяснял Елину, основные тонкости обращения с огнестрельным оружием в виде револьвера под патроны Флобера, улыбнулась, и очень аккуратно вытащив револьвер, взвела его, и, встав со мной рядом, подняла револьвер стволом вверх.