Демон по обмену
Шрифт:
Лишь мама и отчим, которого я любила как родного отца, с интересом слушали мои рассказы об учебе в академии. Радовались моим успехам и с готовностью помогали, если что-то не получалось. Мама, как и я, была потомственной магичкой и, хоть и не стала связывать свою жизнь и работу с даром, все еще что-то помнила и умела. Так что летом мы практиковались с ней вместе, заставляя чашки летать по дому и подносить горячий напиток во время семейного чаепития. Звон и грохот слышались повсюду – у нас часто не получалось перемещать предметы правильным путем, и они то сталкивались, то налетали
– Слышала новость? – Сельвея, как всегда, демонстрировала энергичность натуры, даже слегка подпрыгивала от возбуждения. Еще одна причина, почему ей так не нравилось дома. Буйный темперамент, закованный в кандалы приличий и светского поведения – то еще удовольствие.
– Что случилось? – уточнила я, потому как Вея загадочно замолчала, видимо, желая, чтобы я сама поинтересовалась.
– Нас собирает ректор! Срочно! Обещает какие-то грандиозные новости! Собрание сегодня в полдень.
– О! – Я и правда слегка удивилась. Даже предположить не могла, зачем ректору понадобилось созывать учащихся.
Глава академии устраивал общие собрания крайне редко и исключительно по особым поводам. На моей памяти было лишь одно подобное мероприятие, в середине прошлого учебного года, в честь расширения ЛВА и открытия новых факультетов.
– Ладно, идем. По дороге обсудим. – Подруга схватила меня за руку и потащила в сторону уже ставшего родным общежития.
И мы сразу же окунулись в атмосферу всеобщей суеты и спешки. Просторные коридоры, ярко освещенные потолочными плитами, встретили толпами студентов. Ребята волочили неподъемные чемоданы и тюки с вещами, искали свои комнаты и приветствовали друг друга. Новички еще плохо ориентировались в общежитии, а с третьего года обучения адептов переселяли в отдельные покои. Однокурсники оборачивались, приветствовали. Кто-то загорел, кто-то похудел, кто-то поправился. Я мысленно отмечала эти изменения, радуясь началу нового учебного года. До зачетов и экзаменов еще далеко, а значит, можно расслабиться, пообщаться со сверстниками, поделиться впечатлениями и новостями, привезенными с разных концов Леринии.
Наше с Веей жилище располагалась почти в центре общежития, рядом с перекрестьем двух коридоров.
Комната как комната. В академии все равны: дети советников, что руководят страной, высокородных дворян, менее богатых и знатных семей вроде моей и даже обычных селян. Еда, жилье и форма у всех одинаковые.
Наша с Веей комната, наполненная солнечным светом, выглядела просторной и уютной. Две широкие кровати, пара тумбочек, два шкафа-солдатика вместо гардероба – все из белого дерева. В углу притаилась дверь, ведущая в ванную.
Помню, я радовалась, что в ЛВА есть настоящие ванны, а не только душевые кабинки, как в учебных заведениях попроще. Все-таки столица, тут все на широкую ногу.
Я оставила чемодан возле тумбочки и вслед за Веей отправилась на общую кухню. Там уже дымился кувшин с ягодно-травяным напитком, стояли две загодя приготовленные чашки – подруга явно готовилась
Мы присели на стулья с высокими спинками, наскоро перекусили и заторопились по делам. До начала занятий столько всего надо успеть: получить расписание и необходимую литературу на учебный год, отгладить форму и собрать писчие принадлежности. Да еще собрание нельзя пропустить!
Расписание выдавалось как раз неподалеку от библиотеки. В квадратном тупике суетился народ. Мы с Веей принялись пробираться сквозь толпу, на ходу приветствуя сокурсников и коротко отвечая на вопросы «как провели каникулы».
Прямо из стены выходила рратара – гигантская перламутровая труба. Она переливалась и мерцала в солнечных лучах. Каждый прикладывал руку – и спустя несколько секунд получал туго скрученный пергамент с личным расписанием.
Мы с Веей дожидались своей очереди, попутно беседуя с сестрами Имрати – двойняшками из богатой провинции Лертос, похожими как две капли воды. Беленькими, сероглазыми и весьма миниатюрными даже для девчонок. Зато хорошего настроения им было не занимать. Кажется, сестрички никогда не унывали, даже если отправлялись на переэкзаменовку, что случалось с непоседами не так уж и редко.
Этим летом сестры Имрати ездили на морское побережье. «Плавали как русалки, веселились как безумные и флиртовали как неприличные женщины». Так они это описали. Мэгри – еще одна высокородная лерийка, как и Вея, провела лето в своем особняке среди таких же «леди и джентльменов».
Неподалеку Кейн – высоченный русоволосый верзила из нашего потока бурно обсуждал с друзьями не меньших габаритов, как ездил с отцом на площадку для тренировки боевых магов. Его родители участвовали в войне с терхами и имели допуски на секретные полигоны для испытания боевых заклятий и артефактов. Ох уж мне эти мальчики и их опасные игрушки. Азартнее этого они обсуждают только любовные победы.
В общем, кому что досталось.
Наконец подошла наша очередь. Я коснулась ладонью теплой поверхности трубы, убрала руку и едва успела поймать вылетевшее расписание. Вея получила свое следующей.
Мы выскользнули из пестрой толпы учащихся. Пока форму никто не надевал, разница в происхождении студентов остро бросалась в глаза. Тут тебе и платья с костюмами из дорогих тканей изысканных расцветок, и простенькие туники с брюками. И обувь из тончайшей кожи с причудливым орнаментом, и та, которую семейство Веи даже на слугах не потерпит.
Пока толпа шумела и гудела, мы с Сельвеей, Мэгри и близняшками пристроились у окна, изучая расписание.
Первыми в списке шли общие предметы, необходимые каждому образованному лерийцу, после значились основы магии разной направленности. На втором году обучения специализации еще не предполагалось, так что ничего специфического нам не преподавали.
За болтовней о море, скучных приемах Мэгри, грядущих занятиях и собрании время пролетело мгновенно. Сокурсники прибывали, здоровались, делились впечатлениями.