Демон на свободе

Мамбурин Харитон Байконурович

Бочки? О да, здоровенные ржавые канистры в черных потеках, намертво прихваченные парой-тройкой железных полос-поясов. Каждой твари досталось по паре таких бочек, располагающихся по бокам существ. По уверениям нашего разведчика весила эта сбруя немало. Достаточно, чтобы жрущие убитых хабитатцев чудовища насыщались лежа, подтягивая новые тела щупальцами. «Относительно устали, либо настолько умны, что используют каждую возможность для отдыха».

А затем, слегка оклемавшись, Первый описал то, что его потрясло.

–

И-из их т-туш торчат люди…, - он обвёл нас взглядом, как будто пытаясь убедиться, что его воспринимают всерьез, - …черные люди. Покрытые миазмой. Они… они шевелятся, понимаете? Шевелятся.

– Бран, соберись, - резко бросил ему Второй, - Мы знаем о подобном. Разведроты Первой армии гоняли как раз такие миазменники…

– Заткнулся бы ты!
– зло и громко бросил в ответ разведчик, - Там по одному коматознику из хребтов у тварей торчало, иногда по два! А эти покрыты людьми как ежи! Они все в миазме! И все в сознании! Я видел, как эти… существа черпают миазму ладонями из канистр… и размазывают по шкурам своих… носителей! Они не просто делают это! Они разговаривают друг с другом! Даже… смеются!

– …, - выдохнул непечатное ругательство сквайр Вайрдстоун.

Охренеть.

Даже от доспеха с номером «три» послышалось сдавленное глухое ругательство.

– Сами существа…, - голос, вырвавшийся у меня из глотки, был хриплым и натянутым, - Они сами – живые? Самостоятельные? Первый? Вы заметили признаки… что эти люди на спинах… управляют монстрами?

– Нет, - отрицательно покачал головой единственный, кто стоял между СЭД-ами без доспеха, - Чудовища вели себя естественно. Жрали и двигались, по крайней мере.

– Еще хуже, чем могло было быть, - выдохнул я, - …если в «пожирателей городов» вживили колдунов. Не для управления. Для компенсации недостатков.

– «Да, Алистер. Управлять они тоже могут. Не идеально, далеко не идеально, разум твари сильнее, чем у его наездников, но вполне могут ей… подсказывать. А в остальном ты прав».

– «Шебадд. Вот это точно должен был знать раньше!»

– «Ничего не изменилось. Пробьете емкости – и твари тут же озаботятся своим выживанием. Жалкие клоуны у них на хребтах перестанут что-либо значить»

Проклятие. Меня припёк невозмутимый тон мага. Действительно, а что изменилось-то? Ничего. Кроме того, что нам теперь придётся… что?

– Исходим из того, что лорд Эмберхарт прав и в чудовищ вживлены колдуны, - голос Первого стал куда тверже, — Значит, мы тем более не можем позволить, чтобы эти твари участвовали в генеральном сражении. Какие будут предложения?

– Наблюдать! – решительно высказался Шестой, предпочитавший

до этого молчать, - Нас семеро, причем реальный опыт есть только у Креста! Мы должны увидеть, как твари двигаются! Как ведут себя! Что могут!

– Либо атаковать, - тут же парировал закуривший трубку и окончательно успокоившийся Первый, - Давайте исходить из того, что наши машины быстрее, чем эти туши. Ударили и отступили. Оторвались. Вернулись. Повторили.

– А колдуны разве дадут нам возможность атаковать повторно? – в разговор вступил Пятый, - А эти «пожиратели» точно медленнее нас на мягкой степной почве?

– Дадут, - уверенно высказался Второй, - Ни одно заклинание, ни один ритуал, сделанный на голосе и воле, нельзя держать долго. А нам нужно всего лишь сделать 14 метких выстрелов. Или в два раза больше, если мы не сможем пробить тварь одним выстрелом.

– Не сможете, плоть слишком плотная, - вздохнул я, - Давайте подумаем, как лучше поступить…

Мы открыли военный совет, совсем не подозревая, что времени осталось куда меньше, чем рассчитывал Узурпатор Эфира.

Интерлюдия

Семеро стояли на коленях, уткнув головы во влажный песок прибоя. Три женщины, одна из которых была почти старухой, четверо детей. Бормотали молитву. Быстро, четко, привычно. Так, как будто научились ей раньше, чем связной речи. Возможно, так оно и было.

Шино не стала тратить энергию, которую и так было очень нелегко впитать на этом негостеприимном берегу. Да и незачем было её тратить. Босая девушка даже подходила к группе молящихся неспешно, уверенным шагом уставшего от работы человека. Неторопливые взмахи и тычки мечом, почти ленивые. Она знала, что они не поднимут голов, не посмотрят в её уставшее, хоть и безжалостное лицо. Ничего подобного. Если она вымоталась, то эта китайская семья уже была на пределе.

Невысокий у них предел.

Цурума пошла дальше, привычным движением стряхнув кровь с меча. Хорошо бегают те, кто всю жизнь нормально питался, либо те, кто успел забросить себя и детей на старенький примитивный поезд, использующий не ЭДАС-ы, а сменные накопители. Таких здесь мало. Всё, кто мог себе это позволить, уже давным-давно теснятся в больших прибрежных городах Южно-Китайского моря. Они же, во главе с тай-сегуном, не сколько гонят туда выживших, сколько зачищают тех, кому не хватило сил убежать.

Но это всё равно возмездие.

Просто идти по берегу было приятно. Спокойно. Пусть ссадины на ногах и щипали, сосущее чувство под ложечкой намекало, что нормально Шино уже давно не питалась, а мышцы болели от ежедневных маршей, пройтись в одиночестве сейчас ей было очень приятно.

«Кто сегодня готовит?», - пришла на ум девушке меланхоличная мысль, - «Кёйке? Ну значит, нам снова всем конец. Нужно найти ручей и замочить горсть риса из своих запасов. Есть его отраву я не буду!»