Демон меня отбери!
Шрифт:
Ну а вечером состоялось главное событие, после которого уже ни у кого, если такие и были, не осталось ни малейших сомнений в том, что мы с Шеллин избранные Серостью правители империи.
В назначенный час в тронном зале дворца, где собрались все высшие чины и родственники пропавших студентов, а медиасферы вели прямую трансляцию событий на всю империю, Великая Серость открыла телемост.
Посреди зала прямо из воздуха соткалось огромное зеркало, и голос высшей силы заполнил пространство:
— Избранные мной новые правители, подойдите к артефакту и активируйте его,
Мы с Шеллин проделали то, что велела Великая, под внимательными взглядами затаивших дыхание подданных, и тут же поверхность зеркала пошла рябью, а с другой стороны показались пять счастливых лиц машущих руками студентов.
Общение длилось час, юные маги рассказали о том, как рады оказаться в мире драконов, что здесь перед ними открылись невероятные перспективы, что драконы относятся к ним как с небожителям и готовы исполнять любые желания. Возвращаться в свой мир и становиться рядовыми гражданами они ни в коем случае не хотят, хоть и скучают по родственникам, но то, что теперь есть возможность связаться с ними и пообщаться, вообще делает их жизнь идеальной. Договорились о сеансе связи раз в неделю и попрощались.
Это событие стало ключевым, обеспечив нам с Шелл любовь и уважение народа на все годы правления. И это замечательно, но нас с парой в тот день больше всего волновало посещение священного места и окончательное воссоединение. Поэтому, улизнув и скрывшись от подданных в своих покоях, мы решили не дожидаться утра и отправились в Небесный Храм этой же ночью.
Шеллин облачилась в платье, подаренное ей Серостью, и мы поднялись на крышу, где, приняв третью ипостась, я развернул новые, уже серебристые крылья. Подхватив пару на руки, я взмыл в небо и взял курс на Нейтральную Серость.
Мы летели к самой высокой и непреступной горе нашего мира, доступ к вершине которой открыт лишь для истинных пар и высших сил.
Шелли восхищалась ночными светилами, озаряющими наш путь, и пушистыми облаками, крепко обвивая руками мою шею, а я волновался. Вдруг это всё сказки, и я ошибся? Вдруг на самом деле Небесного Храма не существует, и мы не сможем объединить жизни? Ведь демоны могут жить вечно, если того захотят, а люди смертны…
Но страхи мои были напрасными. Вскоре мы достигли пурпурных кучевых облаков, скрывающих ту самую вершину, и преодолеть которые никому из ныне живущих не удавалось. Сделав глубокий вдох, мы погрузились в вязкий туман. Я летел вперёд, несмотря на то, что вокруг не было ничего, кроме клубов дымки, и спустя несколько минут мы вынырнули из нее прямо у ворот Небесного Храма.
Опустился на каменную поверхность и прямо с парой на руках устремился к ступеням, ведущим нас в вечную счастливую одну на двоих жизнь.
Ура! У нас получилось!
Эпилог
Три года спустя
Шеллин
— Коти, мне нужно раздобыть учебники для метаморфов, — задумчиво выдала я, погладив свой уже довольно большой живот.
— Тебе, хозяйка, заняться больше нечем? — без должного уважения поинтересовалась серая бестия, явившаяся ко мне в образе пушистого
Ну а что? Лукас любил кошек, я кроликов, вот она и менялась под наши вкусы, а когда общалась с нами двумя одновременно, умудрялась совмещать, становясь непонятным нечто с длинными ушами и гибким хвостом.
Она вернулась к нам в Небесном Храме сразу после того, как мы прошли ритуал и связали свои жизни в одну. Венчали нас все три высшие силы нашего мира: Серость, Тьма и Свет. Уж не знаю, как Великой матери удалось повлиять на детей, но Тьма и Свет сменили гнев на милость и даже одарили нас подарками: Тьма вернула Котовасию, а Свет влил в неё крупицу своей силы, превратив в единственную в своём роде серую сущность. Вот с тех самых пор она и стала не только верной помощницей мужа, но и моей.
— Я не могу избавиться от мысли, что наш ребёнок родится метаморфом, а я не смогу его ничему научить, потому что и сама до сих пор своей силой толком не владею. Ты ведь сможешь раздобыть мне учебники?
У сущностей нет таких понятий, как время и пространство, они легко перемещаются между мирами, и если где-то есть мир метаморфов, а в нём магическая академия, Котовасия их найдёт.
— Я постараюсь, хозяйка. Только ты точно уверена, что хозяин не будет ругаться?
— Уверена! — бодро заявила, и бестия исчезла.
На самом деле нет. Не уверена. Лукас за меня всегда очень переживал, а с тех пор как я забеременела, стал вообще одержимым. И как я его ни пыталась успокоить, напоминая, что со мной ничего случиться не может, поскольку наши жизни связаны, он успокаиваться не хотел. Муж стремился к тому, чтобы я вообще в этой жизни не переживала и не перенапрягалась.
— Ну и что ты опять провернула? — вывел меня из задумчивости голос императора, который подкрался ко мне незаметно и, привычно погладив вязь брачной татуировки, украшающей моё запястье, поцеловал.
— Отправила Коти искать учебники по магии метаморфов, — тут же покаялась я. У нас с мужем не было тайн друг от друга.
— Хорошо, упрямая моя, только пообещай, что займёшься их изучением после родов и вместе с дедом.
Дед в последний год жил у нас во дворце. Помогал Лукасгару управлять империей — благодаря своим связям и опыту он стал прекрасным главой тайной канцелярии.
— Обещаю! — с радостью пообещала и поцеловала мужа, ощутив, как маленький камушек вины за то, что поставила пару перед фактом, скатился с души.
Вообще, Лукас меня баловал всегда, и отказа я ни в чём не знала, но я и не злоупотребляла этим, отвечая ему взаимностью. А ещё я каждый день не забывала благодарить все три высшие силы нашего мира за подаренное счастье.
Лукасгар
Десять лет спустя
— Пап, пап, смотри, как я умею! — девятилетний сын вбежал ко мне в кабинет, демонстрируя кроличьи уши, как у Коти, которые она теперь носит для эстетического удовлетворения хозяйки.
Смотрелось жутко. Донгар пока умел изменять только отдельные участки тела, но я уверен, когда сын научится полной трансформации — а он обязательно научится, он у нас с Шеллин талантливый — выглядеть это будет гораздо лучше.