Демон-Хранитель
Шрифт:
— Что случилось? — раздался голос за моей спиной одновременно слышимый и в трубке.
Я обернулся, мрачно усмехнувшись. Уже было начал забывать, как это — быть бессмертным. Это был мой друг, бармен, с телефонной трубкой, удерживаемой им под ухом, в руках он держал рюмку и глифт, собственно, в чём был, в том и перенёсся.
— Дженнифер рожает, — проговорил я растерянно и как подтверждение тому демон услышал крики со второго этажа.
— Хм, вряд ли я тебе с этим могу помочь, — он озадаченно посмотрел на меня.
— Не с этим, просто побудь здесь пока ребёнок не родится, мне так будет спокойнее, — ответил
— А, — произнес он, облегчённо вздыхая, — это я могу…
Тренер налил себе стопку и протянул мне, я поморщился и отрицательно качнул головой, хотя рефлекс сработал и во рту появилась вязкая слюна, сглотнул наскоро и отвёл взгляд от бутылки, хотя нервы сдавали. Поймал себя на мысли, что лучше бы сюда слетелись легионы ангелов, я бы им свернул шеи голыми руками, чем слышать вот это вот всё. Бармен залпом опрокинул содержимое рюмки и, чуть помедлив, налил и выпил снова, затем поставил бутылку и выжидающе глянул на меня.
Я достал талисман, подаренный Дженнифер бабушкой ангела Джека и поспешно сломал его пополам, он раскрошился в моих руках до трухи и исчез, словно его ветром сдуло. В ту же секунду в гостиной возникло две фигуры: ангел Джек и его бабушка. Тренер выругался по древнему демоническому, увидев старую ведьму. Та мельком взглянула на него и улыбнулась краешком губ. Джек плотоядно взглянул на бутылку глифта и облизнулся, но осекся под нашими пылающими взглядами.
— Веди меня к ней, Солидафиэль, — прошелестела она, и я двинулся первым.
За нами проследовали Джек и бармен. Я оставил мужчин за дверью и привёл старуху к ложу с моей девочкой. Демон оглядела Дженнифер и приказала, не отрывая глаз от её измученного лица:
— Теплую воду и много полотенец, — затем она быстро спросила: — Где я могу помыть руки?
Я провел её до ванной и включил кран. Помыв руки, она коротко взглянула на меня, и чуть тронула за плечо, сказав при этом слегка дребезжащим голосом:
— Ничего не бойся, я помогу.
На эту фразу я кивнул и мы вернулись в комнату. Джен тяжело дышала и капельки пота струились по её лбу, я отер его полотенцем и поцеловал. Она благодарно улыбнулась и протянула мне ладонь, сморщившись от боли. Я поцеловал ей руку и крепко сжал её. Прекрасное лицо Дженнифер было искажено мукой, а я не мог ей ничем помочь.
— Ты помогаешь, — неожиданно ответила бабушка, как будто читала мои мысли, — она чувствует твою силу. И дитя… ты ему нужен.
Я вздрогнул и взглянул на мою девочку, она раскраснелась и стонала от боли.
Старуха осмотрев её, выдала:
— Теперь только ждать, схватки должны со временем усилиться и дай Творец к утру в наших руках будет славный младенец.
Её лицо преобразилось, оно стало светлым, я увидел её ангельский лик и она была прекрасна — ангел, вынужденная носить чёрные крылья.
Потекли минуты и часы ожидания. Дженнифер то ложилась, то вставала, кружась по комнате. Схватки становились всё чаще и все интенсивнее.
Я был в предобморочном состоянии, а повитуха смеялась и приговаривала:
— Сам хотел роды принимать?
Теперь я точно был уверен в том, что бабка умела читать мысли, вероятно, это было её даром.
— Слишком самонадеян, — хрипло проговорил я, чувствуя, как волна боли Джен передалась и мне.
— Любишь её, вот и готов на всё, — вновь проговорила
Мы с Дженнифер улыбнулись друг другу, и я склонил свой лоб к её. Она вся горела и трепетала.
— Она ведь просто женщина, сможет ли… — прошептал я, давя в себе слова, что так неосознанно слетели с губ.
Заметив, что Дженнифер не до этого, я погладил её лоб, почувствовав, что она расслабляется немного, но схватки всё равно давали знать о себе.
— Вместила и выносила же, хотя не должна была. Ваша встреча против природы мироздания, но она доказывает, что у всякого правила бывают исключения, — проговорила старая женщина внимательно следя за Дженнифер. Я взял полотенце и отер выступивший пот с её лба.
— В следующий раз рожать будешь ты, Сол, — гневно, морщась от боли, произнесла девушка, я сдержанно улыбнулся.
— Молодец, еще и шутишь, — проговорила старуха и проверила готовность Джен, пробормотав, — четыре пальца… Скоро уже, Солидафиэль, поцелуешь своё дитя.
И вправду, уже через незначительное время схватки ускорились и стали частыми настолько, что старуха засуетилась вокруг Дженнифер, кричавшей от боли пока ребенок спешил появиться на свет. А старуха командовала когда тужиться и когда дышать.
Я увидел малыша: светлую макушку, шею и плечики, ручки, ножки и вдруг почувствовал всплеск такой сильной энергии, что меня покачнуло, то же самое ощутила и повитуха. Это почувствовал весь мир и я ужаснулся, потому что это могли видеть небеса и ад.
Воздух разрезал громкий крик младенца.
Бабка ловко шлёпнула малыша по ягодицам и обтерла маленькое тельце, обернув в пеленку. Она с улыбкой передала его мне и сказала:
— Первенец, сын, ангел.
Я задохнулся от нахлынувших на меня эмоций: малыш кряхтел и беспорядочно сучил ножками и ручками. Где-то это я уже видел. С улыбкой посмотрел на Дженнифер, та откинулась на подушки и облегчённо взирала на нас, а я одними губами прошептал: «Спасибо». Она улыбнулась мне, а я вновь посмотрел на моего ребёнка: дитя с белыми крыльями, ангел. Загадка природы, не должно было случиться, но произошло. Чистый, светлый, могучий. Пожалуй, ни у кого нет такой силы, и поэтому страшно: если придут, то чтобы уничтожить, даже судить не будут, ибо многое на кону — власть творца. Энергия — привкус меди, с порывом осеннего ветра — так чудно переплелись наши в одну его. Бабка помогла привести в порядок Дженнифер и кровать, потребовав приложить к груди младенца, что было нами сделано. Кряхтящий комочек никак не мог понять, что от него хотят, повитуха и здесь успокоила и показала, как надо. Ребёнок мирно засопел. И опять вроде всё просто, а для меня как откровение: это было моё, это всё для меня, это мне.
Я облегчённо присел рядом, любуясь моей мадонной. Но я был слишком счастлив для человека, слишком наивен для демона, и утратил ангела. Я не сразу понял, как мир вокруг меня замер. Мы с повитухой переглянулись и я вскочил прикрывая собой Дженнифер. В комнату явились две силы, вечно противоборствующие между собой. Ночь и день. Инь и янь. Добро и зло. Материализовались архангел Гавриил и Сатана. В этот момент я собрался как мог, достав кинжал, хотя знал, что существам такого плана материальные предметы ничем не грозили, но всё-таки я смел надеяться, что мне удастся их хотя бы задержать, а Джен спрятать.