Демон Эльдорадо
Шрифт:
Ило собирался заново осмотреть небо – он мечтал найти там доказательства того, что часть богов спустилась на землю. Неужели он надеялся пересчитать звезды и найти «недостачу»?
– …Запасы тканей скудеют, новые гончары не перенимают ремесло… – услышал верховный жрец.
– А что об этом думает Алекос? – это уже спросил Ило.
– Ничего, – фыркнул незнакомец.
Аталай напрягся, пытаясь припомнить, кому может принадлежать этот голос. Кажется, его обладатель попадался на пути Аталая довольно часто. «Это же тот самый жрец, что ударился головой! – осенило его. – Теперь он в услужении у Алекоса».
– Странно. Этот бог показывает всем, что второй после Энки. И не интересуется делами повелителя?
– Ему, похоже, все безразлично, кроме Майты.
Наступила продолжительная пауза, во время которой Аталай, несмотря на прозвучавшее слово «Майта», мучительно вспоминал имя второго из ночных собеседников. И оно всплыло в голове, будто кожаный мешок с воздухом со дна реки, – Рунтан! Хотя какое это имело значение?
– Что примолк, брат Ило? Кулаки чешутся?
– Мы не можем идти против всемогущих богов, – спокойно ответил помощник. – Они обладают таким оружием, которого нам никогда не заиметь. На их стороне само небо, Рунтан.
– Ну так слушай меня. Спора нет, прилетевшие на воздушном плоту боги велики и всемогущи. Чего один только Посох смерти стоит! Говорят, он способен убить разом тысячу воинов в полном облачении, со щитами. Но кто-нибудь из аймара видел, как Энки применяет его на человеке? А ведь он настоящий бог. Вспомни, часто ли мы приносим ему жертвы, проливаем кровь? А ведь боги не могут жить без человеческой или хотя бы звериной крови, это всем известно.
– Что ты хочешь сказать? – явно насторожился Ило.
– Это чужие божества, Ило. Мы поклоняемся не тем, кто истинно правит нами, а самозванцам. Потому они и не принимают наши жертвы по-настоящему, что боятся прогневать подлинных богов. Словно пес, что забрался на землю пумы и тайком пометил дерево… Примись он лаять и перестань таиться – что с ним станет?
– А демон ночи? – помолчав, спросил Ило. Аталай, замерший за поворотом, вздрогнул и поежился, бросив взгляд во тьму наверху. – Ты думаешь, на самом деле это истинный бог?
– Откуда мне знать? – растерялся Рунтан. – Речь не о нем. К тому же демона я не видел, а ты? Может, его и нет вовсе?
– Но люди исчезают, это неоспоримо. Несколько свидетелей случайно видели…
– Черную тень с клыками! – Кажется, слуга Алекоса был готов фыркнуть.
Какое-то время слышно было только потрескивание факела и шаги кого-то из собеседников по каменному полу.
– Зачем ты пришел, Рунтан?
– Ты можешь быть нам полезен, поскольку находишься близко к высшим жрецам. Тем, кто обрел новую жизнь и готов во всем подчиняться чужим богам.
– И ты говоришь это мне? Который всем обязан Аталаю? Воистину ты или несусветный храбрец, или слаб разумом.
– Никто и не требует от тебя идти наперекор своему покровителю, Ило. Более того, они уже имеют все, что хотели, – и мы не собираемся потрясать основы государства. Просто все должно вернуться в русло истинных традиций. Поклоняясь самозванцам, мы навлечем на себя гнев истинных богов! Довольно строить для Энки его непонятные дома и плотину, копать ненужные рудники и раздавать землю всякому пожелавшему! А будущие новорожденные божки? Наши человеческие девушки родят
– Майта не пострадает, – хрипло сказал Ило.
Аталай, захваченный нарисованными Рунтаном образами, чуть не выдохнул в полный голос – действительно, Алекосу удалось «обезопасить» девушку от оплодотворения. Во всяком случае, он так заявил. Верховный жрец не стал спорить с бородатым помощником богов, поскольку идея отдать дочь на холм с самого начала вызвала у него подспудный протест.
– Алекос оставил ее для себя!
Все, что говорил сейчас молодой жрец, помощник белокожего, было близко чувствам Аталая, вот только признать это вслух он бы не смог. В жизнь аймара, выверенную веками, вторглось нечто настолько чуждое, что, кроме неизбывной тревоги, ничего породить не могло. Даже вторая жизнь в здоровом теле иногда представлялась Аталаю дарованной демонами… Такого не должно было происходить с людьми. И все же отказаться от этой жизни, полной удовольствий и утех, верховный жрец ни за что бы не смог, даже под угрозой угодить после смерти в подземный мир демонов.
Может быть, чужие боги настолько щедры, что даровали ему вечную жизнь?
– Что я должен сделать? – спросил Ило.
– Наконец-то! Ты должен быть готов к тому, чтобы убить Алекоса, когда он приведет Майту в ее дом.
– Но почему я? Есть же воины, владеющие оружием.
– Думаешь, он так легко может быть поражен копьем или кинжалом?
– Не понимаю.
– Ты жрец истинных богов, Ило. Ты можешь воззвать к ним и попросить защиты и благословения, когда возьмешь в руки ритуальный клинок. Не волнуйся, я буду рядом, и в несколько рук мы должны справиться с ним.
– Но это заговор… Нас казнят, если поймают на месте убийства. К тому же у него божественный дар предвидения и волшебное оружие, срезающее камень.
– Послушай, что ты говоришь! Старшие боги не доверяют ему резак, каждый вечер прибегает безголовый божок и забирает оружие на холм. Значит, они не слишком-то заботятся об Алекосе. Вспомни, прилетел он в небесном доме или нет? То-то же. И живет в городе среди людей, как отщепенец, – другие-то все на холме устроились. Вот еще что скажу: это будет только первый шаг, и он негласно одобрен самим сапаной Таури.
– Откуда ты знаешь?
То же самое чуть не вскричал и Аталай, только вовремя сдержался.
– От надежных людей… Лекарь один сказал, он нам яд для клинков даст.
«Лекарь? – озадачился верховный жрец. – Уж не старина ли Уймун? Он же этого головой ударенного пользовал».
– Думаешь, сапане Таури так уж нужны эти боги? Представь только, каково ему править народом вместе с чужими богами? Каждый день рискуя получить молнию во дворец от своих. Смерть Алекоса станет началом нашей святой войны, брат. Научившись убивать одного бога, мы будем тайно выслеживать остальных и также убивать.