Демон-4
Шрифт:
– Расставаться?
– не поняла я.
– Вы с Тэдом куда-то переезжаете?
– Мы? Мы как раз остаемся... А переезжаете вы... Ты что, не в курсе?
– удивленно посмотрев на меня, поинтересовался Чейз-младший.
– В курсе чего?
– спросила я, и в этот момент к ОКМ подключился Лутц:
– К сведению тех, кто в баре. Перед 'Подковой' только что сел флаер Роммеля. Готовьтесь встречать гостей...
– Спасибо, Герман!
– отозвалась я, и, пропустив мимо ушей ответ Томми, рявкнула: - Господа офицеры! Встать! Смирно!!!
В баре мгновенно установилась мертвая
– Здравствуйте, дамы и господа!
– оглядев стоящих навытяжку офицеров, улыбнулся он.
– Как там у вас в армии говорят? Вольно?
– Так точно, сэр!
– усмехнулся ввалившийся следом за ним Роммель. И, услышав слитное 'здравия желаю, господин президент', гордо выпятил грудь: - Ну, чем не орлы?
– Крыльями, сэр...
– не удержалась Линда.
– Да и оперение не катит...
– Зато заклюете кого угодно...
– развеселился генерал. И, притворно вздохнув, поинтересовался: - Столик для голодного начальства найдется? Или нам так и стоять в дверях?
– Со столиками - засада, сэр!
– увидев, что Роммель улыбается, ответила Горобец.
– Но если вы пообещаете, что не будете приставать к любимой женщине нашего командира, то я, так и быть, провожу вас к месту для ВИП-персон...
– Знаете, майор, мне иногда кажется, что вы летаете не с тем напарником...
– расхохотался генерал.
– Впрочем, в паре со Шварцем вы бы были невыносимы...
– У Гельмута проблемы со зрением, сэр! Такого выбора второго номера я ему никогда не прощу...
– обиженно выпятив губу, вздохнула Горобец.
– Вот вы - мужчина, и наверняка видите женщин насквозь! Скажите, разве вы смогли бы выбрать не меня?
Сообразив, что заткнуть Линду, пребывающую в таком игривом настроении, Роммелю удастся не скоро, я рванула ему на помощь:
– Господа! Предлагаю выбрать... завтрак! И прошу к нашему столу...
– Спасибо, майор!
– улыбнулся Фарелл. И, жестом предложив мне пройти вперед, двинулся следом...
...Завтрак начался в 'теплой и дружеской' обстановке. Начальство делало вид, что прилетело в 'Подкову' просто так, а я и подтянувшиеся в бар ребята из Первой Очереди изображали, что искренне в это верим. Впрочем, вскоре мысли о целях их прилета куда-то улетучились. Причем и у нас, и у начальства: Линда и Гельмут несли такое, что стены бара периодически дрожали от гомерического хохота. А Томми, раз съехав со стула, решил продолжить ржать под столом.
О делах начальство вспомнило только часа через два с половиной. После того, как президент, ненароком посмотрев на часы, с трудом удержал отваливающуюся челюсть:
– Ого! Уже половина двенадцатого! Как же быстро летит время...
– Угу...
– мгновенно посерьезнев, кивнул Шварц.
– Если вы торопитесь, то переходите к делу... Впрочем, если место неподходящее, то...
– Могу я попросить вас собрать всех свободных от полетов офицеров подразделения Демон в тактическом зале казармы?
– почему-то посмотрев на меня, поинтересовался президент...
...Взбираться на трибуну Элайя Фарелл не стал. Вместо этого он по-простецки уселся на край возвышения, и, жестом
– Дамы и господа! Странно, но я не знаю, с чего начать. Предложения, которые приходят мне в голову, кажутся либо слишком сухими, либо полными ненужного пафоса. Поэтому... я попробую просто изложить факты. Итак, в настоящее время в подразделении Демон более двухсот человек. И скоро вас станет... значительно больше. Все время, свободное от полетов, вы живете в казарме. И не видите ничего, кроме своих кораблей и тренажеров. Рейды, полеты в патрулях, тренировки и иногда посещения 'Подковы'. Ваша жизнь чудовищно однообразна. А ведь вы молоды, полны жизни и сил! Не так давно, общаясь с вашим командиром и двумя его прекрасными заместителями, я пообещал, что сделаю все, чтобы на Лагосе вы, Демоны, никогда не чувствовали себя ущемленными. И сегодня с гордостью могу сказать, что начинаю выполнять свое обещание...
Сделав небольшую паузу, Фарелл прикоснулся к своему комму, и перед ним возникла небольшая голограмма:
– Итак, полуостров Новая Италия. Тысяча четыреста двадцать километров от Базы. Климат - субтропический. Среднегодовая температура - двадцать шесть градусов по Цельсию...
– Для тех, кто не в курсе - это территория национального парка 'Аэлита'...
– поддакнул ему Роммель. И, усмехнувшись, добавил: - Для тех, кто не знает, что такое национальный парк, объясню просто, по-армейски: местность, лежащая под сектором Т-411, закрытым для полетов...
– Так вот, на юго-восточном побережье этого полуострова закончено строительство и комплектация объекта 'А-1'...
– кивнув генералу, президент прикоснулся к комму, и изображение полуострова начало увеличиваться в размерах...
...С высоты птичьего полета объект 'А-1' напоминал музей под открытым небом, экспозиции которого демонстрировали зрителю новейшие достижения современной архитектуры. Каждое здание в городе выглядело музейным экспонатом. Или воплощенной в стекле и пластобетоне мечтой какого-нибудь талантливого студента. Причем эта мечта настолько удачно вписывалась в окружающий ландшафт, что казалась не построенной, а выросшей из утопающего в зелени склона горы. А все в совокупности складывалось в такую потрясающую картину, что от одного взгляда на нее у меня захватывало дух.
Тот, кто планировал этот город, умудрился объединить в одно целое и прелесть нетронутой природы, и блага цивилизации. Скажем, рядом с каждым зданием находился сад, парк или кусочек самого настоящего леса. И стилизованный под небольшое озеро бассейн с беседкой, посадочная пятка подземного ангара, на которую при желании можно было посадить даже 'Беркут', и стеклянная башенка лифта. Улиц, как таковых, в городе не было, однако добраться от здания к зданию или пляжам на берегу океана можно было либо по паутине вымощенных камнем дорожек, либо по движущимся дорожкам подземного комплекса, в котором располагалась вся инфраструктура городка, начиная с косметических салонов и заканчивая развлекательными комплексами. Единственным нежилым зданием, которое архитектор оставил на поверхности, был огромный учебно-тренировочный центр, стоящий на самой вершине горы.