Demo-сфера

Новак Илья

Тут какой-то плакат налетел на него сзади, завизжал трубой и заблеял рожком, и Дан поспешил вниз. На склонах никого не было, но возле сферы он увидел две стоящие рядом неподвижные фигуры. Вскоре Данислав смог разглядеть, что это подростки, девушка и парень. Нагие и очень похожие друг на друга, они держались за руки. Дан только, было, собрался спросить, кто они, когда подростки заговорили, синхронно двигая губами:

— Ты новый образец?

— Нет, — сказал Данислав. — А вы...

Тут его сильно толкнули в бок, потом опрокинули на спину — но не

в геовэбе, а в реале.

Стащив с головы монокль, он понял, что катится по наклонному полу. Заметил упавшего на спину хозяина умнодома и крикнул:

— Что происходит?

— Аномалия! — На Осмоса как раз валился отделившийся от стены шкаф, и хозяин пытался отползти. — Вестибулярный аппарат посыпался!

В этот момент дом встал на дыбы. Пол накренился почти вертикально, Дан повис, вцепившись в ножки стула, и увидел в окне картину, удивительно напомнившую ту, которую он только что наблюдал в геовэбе: крутой склон и большой темный шар внизу, вот только здесь по склону текла река, а вокруг шара стояли полуразрушенные постройки.

Раздался хруст и придушенный вопль; пол резко опустился, так что Дана швырнуло головой вперед, в узкую дверь слева от того места, где раньше стоял шкаф, упавший теперь на Джурича Осмоса. Дверь приоткрылась, и Дан вцепился в косяк.

— Помогите... — донеслось сзади.

Данислав, заглянув в открывшуюся комнату, отреагировал не сразу. Осмос позвал еще дважды, прежде чем он обернулся. Джурич лежал на спине, широко раздвинув волосатые ноги, а угол шкафа, упавшего наискось, придавил его грудь. Весь дом теперь мелко вибрировал, похрустывая пластиком.

— Что это такое? — Дан ткнул пальцем в помещение за дверью.

— Ребро сломал, кажется, — произнес Осмос. — Вытащите меня, юноша...

— Что это, спрашиваю?

— Коллекция. Да что вы стоите, приподнимите его...

Данислав еще раз глянул туда: во второй комнате мебели не было, лишь наклонные деревянные стойки вдоль стен, с развешенными на них округлыми кусками кожи — волосатыми и нет, в наколках, с разноцветными патлами... скальпы байкеров.

— Потом поглядите, — сказал Осмос. — Я вам покажу, только...

Дану вдруг стало страшно. Хозяин дома предстал перед внутренним взором в виде гибрида Синей Бороды и какого-то злобного тролля, путешествующего по диким сказочным землям в своем живой берлоге, убивающей жителей...

На ходу застегивая броню, Дан подскочил к двери, не слушая воплей Осмоса, распахнул ее, вывалился наружу — и попал на край склона, который в то же время не являлся склоном, хотя и вел вниз, но все-таки оставался горизонтальным... Данислав рефлекторно качнулся назад, пытаясь удержать равновесие, впрочем, ничем не нарушенное, и в результате упал на спину.

Из раскрытых дверей доносились призывы Осмоса. Дан оглянулся: позади умнодома, застывшего на границе воронки, мелькали грязные человеческие фигуры. Они появлялись из дыр в земле и спешили к дому на четвереньках, напоминая больших суетливых насекомых. Осмос вопил и ругался. Дан сделал было шаг назад, но затем повернулся

спиной к умнодому и стал сползать... вернее, просто ползти на спине. Привстал, упираясь в землю ладонями. Нет, склон таки не был склоном, это так казалось, будто темная сфера продавила пространство, искривила его, на самом деле ничего подобного... Он встал и пошел вперед, сначала неуверенно переставляя ноги, а затем все быстрее и быстрее, пока не побежал.

Стоя на носу, Шунды выглядывал из-за плеча человекоподобной фигуры. Спина, от плеч до поясницы железная, в налете рыжей ржавчины, ниже становилась пластиковой — на этой границе поблескивал ряд винтов. Ягодиц покато переходила в палубу. На правом плече тянулся извилистый ртутный потек: когда-то металл здесь треснул и его запаяли. Торс иногда шевелился, голова приподнималась или поворачивалась из стороны в сторону, сканируя канал. Грудь роболодки продвигалась сквозь чешуйки, как нос корабля сквозь пелену дождя. Красный раствор мерно плескался вдоль низких бортов.

— Н-не должно оно широким быть, — сказал присевший на корточки возле ограждения Раппопорт. — Сейчас п-приплывем.

Шунды поднял голову. Они двигались к центру пространства, накрытого верхней частью сферы, значит, свод над ними постепенно удалялся. Он уже пропал из виду, и звуки, раньше доносившиеся из джунглей, стали не слышны. Ничто не свидетельствовало о том, что вокруг стены, что отряд находится внутри, а не снаружи; казалось, они плывут по реке, текущей через туманные земли далекой планеты.

— Журчит, — сказал тот солдат, который на берегу первым заметил роболодку. — Вроде ручей...

Так и оказалось — противоположный берег рассекало множество узких протоков. От бегущего по кругу раствора отделялись ручейки и текли к центру платформы.

В корпусе роболодки затарахтело, она развернулась и бортом прижалась к керамическому склону. Красные глаза на пластмассовом лице стали зелеными.

— За мной, — Шунды первым прыгнул с палубы, следом перебрались остальные.

Оставив роболодку покачиваться у берега, они прошли немного вперед, и канал исчез из виду — взвесь жидкого стекла окружила отряд.

— Не заблудились бы, — сказал Магадан. — Начнем еще кругами ходить.

Одома топнул ногой по керамическому полу.

— Он же наклонный. Чуток совсем, но все равно видно... Надо только со склона идти. И ручьи эти...

— Ручьи радиальные, — сказал Раппопорт. — Они т-тоже к центру, главное в-вдоль них...

Впереди чешуйки потемнели, словно густая волна излилась из далекого центра, сначала вспухла пузырем, а потом плеснулась во все стороны и побежала кольцевым валом. Один из солдат, вскрикнув, метнулся назад, тут же сквозь запрудивший пространство дрожащий гул донесся вопль и всплеск, когда он свалился в канал. Магадан запоздало выкрикнул: «Стой, урод!» — и потом мир будто моргнул, пространство дохнуло горячим ветром, вспыхнуло все вокруг, ослепив Шунды Одому, и он повалился на керамический пол.