Дело
Шрифт:
Атуева. Я говорю, романы да слова. Ну что вы, сударь, говорите-то? — Ну где она в свете правда? Где вы ее найдете?
Нелькин. Ну, а если ее точно в свете нет, так пусть ему и будет стыдно — а не мне…
Явление II
Иван Сидоров входит, кладет шапку на стул и останавливается у дверей.
Муромский. Ну вот и он (идет к нему). Ну-что скажешь?
Иван Сидоров.
Муромский. Кого?
Иван Сидоров. Да Кандида Касторыча.
Муромский. Ну что?
Иван Сидоров. Да позвольте, сударь (отводит его в сторону), круто, круто что-то повели.
Муромский (с беспокойством). Что такое? (Нелькину.) Владимир Дмитрич, подойди сюда.
Нелькин подходит.
Иван Сидоров. Видите, государи; Его-то Сиятельство разлютел так, что и на поди; теперь они и обращают все дело сызнова, на новое переследование и, видите, самым строжайшим образом.
Муромский (голос его дрожит). Господи милосердый…
Нелькин. Да верно ли?
Иван Сидоров. Он мне и черновое и беловое казал: идет, говорит, в доклад.
Нелькин. Ну пускай их следуют: — делать нечего, пускай следуют.
Иван Сидоров. А вы знаете ли, как следовать-то будут?
Атуева. подходит к Ивану Сидорову. Лидочка остается одна в стороне и плачет.
Нелькин. Ну как же? Нынче, слава Богу, пытки нет.
Иван Сидоров. Ан вот есть. Ведь яд-то какой! А потому принять, говорит, все меры к открытию истины…
Нелькин. Пожалуй.
Иван Сидоров (продолжает и тычет пальцем)… и если, говорит, обстоятельства потребуют, то пригласить врачебную управу к медицинскому освидетельствованию.
Атуева (вместе). Боже мой!!.. Муромский.
Нелькин. Что, что такое? Я не понимаю!!..
Иван Сидоров. Да Лидию Петровну в управе хотят свидетельствовать!
Нелькин (у него вырывается крик). Ах!!.. Так это целый ад!!.. Петр Константинович (махнув руками), отдавайте все!..
Иван Сидоров. Позвольте, государи, — что за попыхи. По-моему, они этого сделать не могут. Закона нет.
Нелькин. Ха-ха-ха, — закона… О чем стал говорить — о какой гили… (Муромскому.) Вам больше делать нечего: отдавайте!!.. Что вы боретесь, — отдавайте все!..
Лидочка (подходит к ним). Что же это значит? Скажите мне?
Муромский (в затруднении). Да вот, друг мой…
Нелькин (перебивая его). Стойте!.. и ни шагу! (Лидочке.)
Лидочка. Мы вот сейчас говорили…
Нелькин (в самом расстроенном виде). Не-е-е-т, теперь не то!.. Теперь… лопнули все границы, заглохнула совесть, ослеп разум; вы в лесу!.. На вас напали воры, — над вами держат нож — о нет!.. (Закрывая лицо руками.) Сто ножей!!! Отдавайте, Петр Константинович, отдавайте все: — до рубашки, до нитки, догола!!..
Муромский (вынимает из бюро деньги). Да вот оне… (Кладет их на стол.) Пропадай оне — чертово семя!..
Нелькин (Сидорову). Сколько назначили?
Иван Сидоров. Тридцать тысяч.
Атуева. Как тридцать — говорили ведь двадцать.
Иван Сидоров (пожав плечами). Хлопнул кулаком по столу: жизнь и смерть — …Подавай, говорит, тридцать тысяч как один рубль!
Нелькин. Когда везти?
Иван Сидоров. В четыре часа чтоб были…
Нелькин (Муромскому). Сколько тут?
Муромский. Двадцать.
Нелькин (ощупывая карманы). Что делать? Что делать?
Муромский (расставя руки). Я не знаю.
Общее молчание.
Лидочка. Владимир Дмитрич — у меня там есть бриллианты… тысячи на три.
Нелькин. Давайте!
Лидочка выходит.
Атуева. Постойте, постойте — у меня тоже есть вещи… Постойте. (Скоро выходит.)
Лидочка (приносит несколько экранов и кладет их на стол). Вот они… только, пожалуйста, тут маменькино кольцо — я его не отдам.
Муромский (отыскивает кольцо и отдает его дочери). Вот оно! — Это я ей, покойнице, подарил… когда она… тебя мне (рыдает) подарила…
Лидочка бросается к отцу на шею… оба плачут.
Атуева. (приносит также вещи и экраны и кладет их в кучу). Вот… все… Бог с ними… ведь для нее же берегла.
Все толпятся около стола, суматоха, разбирают вещи.
Муромский. Да что… много ли тут?.. Как набрать такую сумму?.. Вот тут двадцать; да тех хоть три, двадцать три; да вот у сестрицы на две — двадцать пять; ну вот, стало, пяти тысяч все нет.
Молчание.
Нелькин (шарит по карманам). О Боже мой!.. Как нарочно весь истратился… У кого занять? (Думает.) Кто меня здесь знает?.. Меня никто не знает!..
Иван Сидоров (в продолжение этого разговора отходит в сторону, вытягивает из-за пазухи ладанку, достает из нее билеты и подходит к Муромскому). Сколько вы, батюшко, нехватки-то сказали?