Дело тел
Шрифт:
— Не заметили — что? — требовательно спросил Фадан.
— О, триединый… Мальчики, у нее глаза в точности такие же, как у Олки Гит! — в отчаянии произнесла Бонни. — Она точно такая же, рептилия! В общем, думайте, что хотите, а мы пошли спать, — подытожила Бонни. — Доброй ночи.
Утро началось с того, что к ним с самого ранья заявился Керги, и всех перебудил. Даже Бакли, который вставать не хотел категорически. Спорить с драконом никто не решился, поэтому все быстро встали, умылись, оделись, и, разумеется, отправились для начала завтракать — вот только после вчерашнего обжорства есть никому не
— Давайте, завтракайте побыстрее, нам нужно идти, — торопил Керги. — Агорх на сегодня вызвал консультантов и рабочую группу. Боюсь, вам предстоит очень много дел.
— Каких дел? — немного удивился Шини.
— О, самых разных. Ситуация действительно серьезная, и предстоит решить кучу вопросов.
— Каких именно? — уточнил Фадан.
— По вашему миру. Рабочая группа скоро прибудет, так что поторопитесь.
— Керги, я бы хотел узнать, где тот диск, который был у нас, — Фадан встал. — Вчера я не спросил, но…
— Кажется, он у Хийтри, — дернул крыльями дракон. — Я не интересовался. Он вам нужен?
— Вообще-то да. Наверное, нужен, — Фадан задумался. — Дело в том, что он как раз основной источник информации и есть.
— Тогда точно у Хийтри, — уверенно заявил Керги. — Сходите к ней, попросите, чтобы отдала.
— А отдаст? — с сомнением спросила Бонни.
— Почему же нет? — удивился дракон. — Он ведь ваш. Часть вашего мира, ваше имущество. Но зачем он вам сейчас?
— Хотели поговорить с… главной программой, — обтекаемо ответил Фадан. — Нельзя?
— Почему нельзя? Вам все можно! Просто, боюсь, сегодня вам будет не до диска.
— Ладно, посмотрим, — кивнул Фадан. — Ребята, ешьте, и пошли.
…Те, кого Керги назвал рабочей группой, прибыли через час, и Агорх, о чудо, разрешил команде посмотреть, как именно это прибытие выглядит. Это штатный переход, объяснил он, вот так Мастера путей, такие, как Ангк и Гингк, открывают проходы на Холме, проходы, идущие между мирами.
Признаться, Фадан из увиденного мало что понял. Сначала красный и синий драконы подошли к одному из блоков, стоящему в самом низу Холма, потом… потом они вроде бы ничего не сделали, но блок начал слабо светиться, постепенно свет стал ярче, блок полыхнул сиянием, а потом из него начали по очереди выходить…
— Ой, а они такие же, как мы, — тихо сказала Бонни. — Или не совсем такие же?
То, что прибывшие были одной расы с командой, не оставляло никаких сомнений, но, тем не менее, они от Фадана с друзьями все-таки отличались. Кожа у них выглядела много светлее, она была почти белой, а на головах росли не волосы, а, кажется…
— С таким мехом косички не заплетешь, — прошептал Шини. — Но вообще прикольно смотрится.
Фадан украдкой дал ему привычный подзатыльник — помалкивай, мол — и стал смотреть, что же будет дальше. Прибывшие (их оказалось десять) выстроились в ряд неподалеку от драконов, Гингк махнул когтистой лапой, и сияние блока стало меркнуть. Вскоре он выглядел так же, как все остальные — пятиметровой высоты каменный, грубо обработанный прямоугольник, похожий на бетонную плиту.
— Добро пожаловать на планету Тарораг, — степенно произнес Ангк. — Мастера проходов к вашим услугам.
— Спасибо, — с секундной задержкой
Оба дракона поклонились, отошли на несколько шагов, и, синхронно взмахнув крыльями, поднялись в воздух.
А десять прибывших направились к Агорху, Керги, и Фадану с компанией.
— Мы — малое стандартное исследовательское подразделение. Четверо боевиков, четверо агентов, и двое ученых, по основным специальностям. На самом деле специальности проникающие. Например, номера Пять и Шесть помимо агентуры еще и социологи, номера Семь и Восемь специализируются в биологии подвидов трех рас, хотя по статусу агенты, номера с Первого по Четвертый помимо боевой практики так же являются сотрудниками дипломатического отдела, а номера Девять и Десять, кроме того, что они ученые, и большую часть жизни проработали в Белой Зоне, имеют еще по парочке дополнительных специализаций. По формам регрессий и математике высоких процессов в том числе. Вам понятно?
— Понятно, — кивнул Фадан, хотя понятно ему было далеко не всё.
— А имена у вас есть? — встрял бесцеремонный Бакли.
— Есть, но вам они без надобности, — тот мужчина, который говорил, повернулся к нему и неожиданно улыбнулся. — Для тебя я пока что буду Первый. На всё время работы.
— Ладно, — пожал плечами Бакли. — Маловато вас. Я думал, будет больше.
— Бакли, — рассерженно прошипел Фадан. — Перестань!
— Ну почему же, — одна из девушек, на которых сейчас во все глаза смотрела Бонни, тоже улыбнулась. — Он задал вполне закономерный вопрос. Не волнуйся, парень. Если понадобится, мы вызовем подмогу.
— Боюсь, что без подмоги не обойтись, — вздохнул Фадан. — Потому что против вас будет вся планета.
— Вот про это мы и хотим, прежде всего, послушать, — Первый сел на траву, остальная группа тут же последовала его примеру. — Пока что поговорим здесь.
— Почему? — удивился Фадан. Удивился вполне искренне, день выдался жаркий, а там, в здании Таможни, была сейчас приятная прохлада.
— Так положено, — невозмутимо ответил Первый. — Уважаемые Агорх и Керги, покиньте нас, пожалуйста.
К еще большему удивлению Фадана оба дракона не стали возражать. Взлетать, впрочем, они тоже не стали, просто кивнули, и пошли не спеша в сторону зданий Таможни.
— Поясняю. Вы — заявители. Согласно протоколу мы должны принять от вас информацию без риска искажения со стороны заинтересованных или незаинтересованных лиц. Поскольку драконы к вашему миру никакого отношения не имеют, по крайней мере, пока мы считаем, что не имеют, их присутствие здесь излишне. Девять, защиту, — одна из девушек щелкнула пальцами, и над всей компанией повис переливчатый зеленоватый купол, похожий на мыльный пузырь. — Рассказывайте.
Рассказ длился долго, больше часа. Сначала говорил один Фадан, но потом подключились и другие — в отличие от драконов эти собеседники страха не вызывали, наоборот, были симпатичны. Конечно, они были не совсем такими, как компания, конечно, на них была странноватая (с точки зрения Бонни) форма, но у них было по две руки, по две ноги, а у Первого (Бакли был готов поспорить с кем угодно на что угодно) были ко всему прочему еще и очень красивые глаза. А еще красивые глаза, и не только глаза, с его точки зрения оказались у девушки по имени Десять, но признаться в этом Бакли не рискнул бы никому.