Дело Бенсона
Шрифт:
Приско: Нет, вход в спальню из холла.
Ванс: Откуда же вы знаете, что он погасил в спальне свет?
Приско: Дверь в спальню была открыта и в холл падал свет.
Ванс: При уходе вы прошли мимо двери спальни?
Приско: Конечно.
Ванс И дверь была открыта?
Приско: Да.
Ванс: Это единственная дверь в спальню?
Приско: Да.
Ванс: Где был майор, когда вы вошли в его квартиру?
Приско: В постели.
Ванс: Откуда вы знаете?
Приско (с легким негодованием): Я видел его.
Ванс (после паузы): Вм вполне уверены, что он больше не спускался вниз?
Приско: Я же сказал вам, что увидел бы его.
Ванс:
Приско: Конечно, мог. Но после того, как я отнес лед, я никого не поднимал до половины третьего, пока не пришел мистер Монтегю.
Ванс: Значит, от момента вашего появления у майора и до половины третьего вы никого на лифте не поднимали?
Приско: Никого, сэр.
Ванс: И за это время вы не покидали холл?
Приско: Нет, сэр, я все время сидел здесь.
Ванс: Значит, в последний раз вы видели его в постели в половине первого?
Приско: Да, а потом рано утром ему позвонила какая-то дама и сообщила об убийстве брата и через десять минут появился он сам.
Ванс (протягивая ему доллар): Это все. Но не вздумайте кому-либо сболтнуть о нашем визите сюда, иначе у вас будут крупные неприятности. Надеюсь, вам это ясно? А теперь марш на работу.
Когда юноша ушел, Ванс повернулся к Маркхэму.
– А теперь, старина, ради защиты общества и из высоких соображений справедливости и pro bono publico [64] и так далее, вы должны совершить проступок, противный вашим убеждениям, или как вы там их еще называете. Дело в том, что я хочу осмотреть квартиру майора Бенсона.
– Зачем? – пгютестующе воскликнул Маркхэм. – Неужели вы совсем потеряли рассудок? Вы ведь только что прослушали показания этого парня. Хорошо, пусть я слабоумный, но, черт возьми, я же вижу, когда свидетель врет, а когда нет.
64
Для всеобщей справедливости (лат.).
– Конечно, он рассказал нам правду, – серьезно сказал Ванс. – Поэтому я и хочу попасть туда. Пошли, Маркхэм. Нет никакой опасности, что майор вернется в такой час домой. И не забудьте, – улыбнувшись добавил Ванс, – что вы обещали мне любую помощь.
Маркхэм был в бешенстве, но, как и раньше, Ванс победил. Вскоре мы вошли в квартиру майора Бенсона.
Единственная дверь вела из общего холла в узкий коридор и далее в гостиную. Справа от входа находилась дверь в спальню.
Ванс прошел прямо в гостиную. Справа был камин, на каминной полке стояли старинные часы из красного дерева. В углу неподалеку от камина стоял небольшой столик, а на нем на серебряном подносе небольшой графин и шесть таких же бокалов.
– Вот эти часы, – сказал Ванс, – а вот графин, в который парень положил лед. Имитация шеффилдского серебра.
Подойдя к окну, он поглядел на улицу. До земли было двадцать пять или тридцать футов.
– Майор определенно не мог выйти через окно, – заметил он. Он повернулся и некоторое время разглядывал коридор.
– Да, парень легко мог видеть свет из спальни, если дверь была открыта, – сказал он и направился в спальню.
Напротив двери была небольшая кровать с пологом, рядом с ней стоял ночной столик с электрической лампой.
Ванс сел на постель, оглянулся, потом включил настольную лампу и посмотрел на Маркхэма.
– Вы понимаете, Маркхэм, каким
– С помощью левитации, очевидно.
– Нет, иначе. Но придумано дьявольски изобретательно… Послушайте, Маркхэм! В половине первого майор позвонил и попросил принести лед. Парень лед принес и, входя сюда, через дверь в спальню видел майора в постели. Майор попросил его положить лед в графин. Парень прошел по коридору и пересек гостиную, чтобы положить лед в графин. Тогда майор попросил его взглянуть на часы на камине. Тот посмотрел и увидел, что часы показывают половину первого. Майор попросил, чтобы его не беспокоили, пожелал спокойной ночи, выключил свет на ночном столике, выскочил из постели – он, конечно, был одет – и успел выбежать в общий холл раньше, чем парень, который засовывал лед в графин. Майор оказался на улице раньше, чем парень спустился вниз. А тот при выходе все равно не мог бы заметить, лежит майор в постели или нет, так как в спальне было темно. Умно придумано, не так ли?
– Да, это вполне возможно, – согласился Маркхэм. – Но ваше блестящее воображение не учло, что ему еще надо было вернуться обратно.
– Ну, это самая простейшая часть плана. Он, очевидно, стоял на противоположной стороне улицы и ждал, пока в дом кто-нибудь войдет. Парень сказал, что в половине третьего вернулся мистер Монтегю. Значит, майору оставалось подождать, пока лифт исчезнет, вбежать в дом и подняться по лестнице.
Маркхэм только улыбнулся и ничего не сказал.
– Вы понимаете, что такой план должен быть продуман заранее, – продолжал Ванс, – с точностью до минуты, и даже встреча с мальчишкой входила в него. Парень показал – головная боль, неудачный день. Почему неудачный? Ну конечно же, тринадцатое число. Но для парня удачный. Пригоршня монет. Способ дать чаевые? Но долларовая бумажка была бы забыта.
Маркхэм нахмурился.
– Я предпочитаю ваше обвинение в адрес миссис Платц, – сказал он.
– Ах, но я еще не закончил, – сказал Ванс. – Я хочу найти оружие.
Маркхэм недоверчиво уставился на него.
– Это, конечно, важный фактор… Но вы действительно надеетесь найти его?
– Без сомнения, – уверил его Ванс.
Он подошел к шифоньеру и начал его открывать.
– Наш отсутствующий хозяин не оставил пистолет в доме Олвина, и он слишком хитер, чтобы его выбросить. Поскольку в минувшую войну он был майором, у него вполне может быть оружие. А если он невиновен – как считалось до последнего времени – то почему бы ему не держать пистолет в обычном месте? Видите ли, для него отсутствие оружия было бы более опасно, чем его наличие. Кстати, это тоже любопытный психологический фактор. Невинный человек, который боится, что его заподозрят, прячет или выбрасывает свое оружие, как это сделал капитан Ликок, например. Но виновный, который надеется, что его считают невиновным, должен держать пистолет в том месте, где он находился до стрельбы.
Ванс все еще продолжал обыскивать шифоньер.
– Единственная ваша проблема – найти место, где майор хранит свой пистолет, – продолжал Ванс. – В шифоньере его нет, – прибавил он, закрывая последний ящик.
Он открыл вещевой мешок, стоящий у постели, и осмотрел его содержимое.
– Здесь тоже, равнодушно пробормотал он. – Последняя надежда на туалетную комнату.
Он вошел в туалетную комнату и среди множества вещей сразу же нашел кожаный пояс с кобурой. Пояс и сама кобура были покрыты толстым сдоем пыли. Ванс взял пояс и отошел к окну.