Дело №888
Шрифт:
Хозяевами моего пристанища была супружеская пара средних лет – милые и скромные люди, с которыми легко и просто общаться. За обедом мы выпили суздальской медовухи и, конечно, обсудили падение нравов современной молодежи.
После обеда я отправился спать. Погружение в царство Морфея произошло практически одновременно с погружением в кровать. Распорядок дня в Суздале напоминал размеренную, полезную и немного скучную жизнь в санатории.
Проснувшись, я обнаружил, что не свечусь от съеденного фосфора, зато светится мобильный телефон, показывающий пропущенный звонок от Платона. Я тут же набрал его. Платон ответил, что ему сейчас неудобно разговаривать, а часа через два зайдет. Это меня очень обрадовало. Почему-то было предчувствие,
Теплая летняя погода располагала к тому, чтобы посидеть в саду, в просторной и уютной беседке, увитой плющом. В центре беседки скучал одинокий стол. Деревянная столешница потрескалась от дождя и снега. Но это не мешало выглядеть беседке спокойным вдохновенным местом. Будь я поэтом, сочинял бы стихи не дома за компьютером, а непременно сидя в какой-нибудь беседочке, попыхивая трубкой.
Ожидая Платона, я поставил самовар, дождался, пока он закипел и перенес его в беседку. Попытавшись скрасить одиночество стола, я поставил на него чашки с блюдцами, заварной чайничек и вазочку с суздальскими пряниками.
Платон не заставил себя долго ждать и пришел, как раз когда я закончил все приготовления. Я попробовал на время вжиться в роль гостеприимного хозяина, и, по-моему, получилось неплохо. Мы сели за стол друг напротив друга, как будто нам предстояла не дружеская беседа, а очная ставка.
Разговор начал Платон.
– Виталий, я подумал над тем, о чем мы вчера разговаривали. И пришел к неутешительному выводу…. Не стоит тебе заниматься этим делом. Тот человек, который к тебе обратился, скорее всего преследует совсем иные цели, нежели конспектирование Библии. Мне кажется, что он каким-то образом, не знаю каким, хочет устроить тебе проверку.
«Странно, – подумал я, – Машка тоже изначально советовала не браться за это дело. Да сговорились они что ли?»
– Возможно это какая-то страшная игра, в которую тебя хотят вовлечь. И мой долг предупредить об этом.
– Платон, – перебил я его. – Я тоже сначала так думал. Но потом отказался от этих мыслей. Я повидал на своем коротком веку немало чудных богачей. Этот человек платит большие деньги за мою работу. Мои с ним отношения официально оформлены необходимыми документами, что немало значит. Человек он публичный, его знают многие видные государственные деятели, что исключает возможность авантюры с его стороны. Авантюры, которая может быть опасна для жизни. Я принял все меры для обеспечения безопасности. Ты же знаешь, у меня много знакомых в правоохранительных органах. Так вот, самым близким из них я рассказал про это дело, и в случае чего они вмешаются. Хотя, думаю, этого не потребуется, никакой реальной опасности я не вижу. Дело действительно несколько странное, но не опаснее других, а возможно даже и безопаснее, в нем не задействованы криминальные элементы.
– Дай то Бог, – ответил Платон. – Ладно, раз уж ты взялся, попробую помочь. На самом деле, я уже говорил, что не имею никакого права судить человека, потому что не Господь. Да и, честно говоря, из того, что ты рассказал, я делаю вывод, что обратившийся к тебе человек далеко не плох, а возможно, лучше многих. Отказ от веры – грех, но все мы грешны на этой земле. Грех греху рознь, ведь убийство же по тяжести нельзя сравнить со сквернословием, например.
Повторяю, любой грех можно попытаться искупить через покаяние. Господа интересуют грешники, а не праведники. Вспомним хотя бы притчу о Блудном сыне, описанную у Луки. Евангелист Лука передает нам также слова Господа о том, что на небесах более радости будет об одном грешнике кающемся, нежели о девяноста девяти праведниках, не имеющих нужды в покаянии. При этом не следует забывать и слова апостола Петра: «если и праведник едва сможет спастись, то где будет грешник». В этом заложен глубочайший смысл Библии, с одной стороны – любой согрешивший может покаяться и заслужить спасение, с другой стороны – это
– Платон, извини, – сказал я, – что-то я пока не могу уловить, каким образом это связано с нашей историей. Ведь я уже говорил, что этот человек не желает каяться.
– Связь огромная, – ответил Платон. – Дослушай до конца, я как раз приблизился к истории этого «твоего» человека. То, что он не хочет покаяться у священника, конечно, очень плохо, но хорошо то, что он не отрицает своих грехов, признает их и даже конкретно перечисляет. Это заслуживает уважения. А самое главное – он продолжает творить добро. Благотворительность – великое дело, особенно когда оно направлено на возрождение православия. Не слова имеют значение, а дела. Слова без дел ничто.
Человек, о котором ты рассказал, судя по всему, действительно посвятил жизнь благому делу и не бросил свое занятие до сих пор. Из этого я могу заключить, что веры в нем гораздо больше, чем у других, которые, говоря о любви к Господу, занимаются темными делами. Тот факт, что он не отрицает совершенных грехов, может свидетельствовать о покаянии и раскаянии. Мое гражданское мнение сводится к тому, что покаяться пред Богом можно и не прибегая к помощи Церкви. Главное, чтобы это было искренне. Если он признает свое безверие, продолжая заниматься добрыми делами, то, возможно, это и есть раскаяние. Возможно, впоследствии он вновь обретет веру.
– Потрясающе, – воскликнул я, не удержавшись. – Платон, ты гений. На этом можно построить всю линию защиты. Если я правильно понял, то речь идет о самооговоре. Говор… в смысле тот человек оговаривает себя, а в действительности невиновен. Его голое признание вины не подтверждается другими доказательствами, а значит, в соответствии с законом он невиновен. Пусть он грустен, уныл, но он деятелен и действительно занимается добрым великим делом.
– Я не силен в знании законов, – спокойно произнес Платон. – Не знаю, что такое самооговор, но, в принципе, мысль ты уловил правильно.
– Да неважно, неважно. Самооговор – юридическое понятие, неважно, что оно значит, главное оно есть и на это можно сослаться. Платон, дорогой, а можно поконкретнее, все то же самое, но с выдержками из Библии.
– Я смотрю, – засмеялся Платон, – хочешь, чтобы я всю работу за тебя сделал.
– Да нет, – обиженно ответил я. – Сам все найду, просто боюсь, вдруг что упущу.
– Ладно уж, слушай, – добродушно продолжил Платон. – Я думаю, читая Священное Писание, ты обратил внимание на большое количество притч. Так вот, многие евангельские притчи как раз и говорят о том, что необходимо творить добро несмотря ни на что. Совершение добрых дел человеком куда важнее пустых слов и обещаний. Вспомни притчу о двух сыновьях, о милосердном самаритянине, о бесплодной смоковнице, о доме на камне.
– Подожди секунду, Платон, – попросил я. – Хочу записать то, что ты говоришь. Сейчас вернусь.
Я быстро сбегал в дом, где взял тетрадку со своими записями и ручку. Через минуту вернулся и, как школьник на диктанте, приготовился записывать за Платоном.
– Подумай о словах Христа про доброе и худое дерево, – продолжил Платон. Господь сказал: «.всякое дерево доброе приносит и плоды добрые; а худое дерево приносит и худые плоды. Не может дерево доброе приносить плоды худые, ни дерево худое приносить плоды добрые. Всякое дерево, не приносящее плода доброго, срубают и бросают в огонь. Итак, по плодам их узнаете их. Не всякий говорящий мне: «Господи! Господи!» войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного.».