Делай что должно
Шрифт:
– Да, - покорно согласился тот.
– Пойдем. Теперь уже все равно.
Конвой провел их в тот же неприметный проход за троном. Несколько узких коридоров, мощная железная дверь, потом еще одна. Окон не было, даже колдовские светильники горели как-то угрожающе тускло. Вниз ушла винтовая лестница, пахнуло человеческими болью, кровью и дерьмом - пытошный подвал, сообразил шаман. К счастью, повели их не туда, а мимо, мимо, по крутой лестнице наверх и в глухой тупик, лишь смутно освещенный отблеском светильника за поворотом. Несколько камней в кладке заметно истерлись - видимо, их часто касались руками. Впрочем, сообразил
Стражник осторожно постучал в стену. Потом еще раз. Перегородка оставалась неподвижной. Страж недоуменно оглянулся на своих товарищей - те растерянно пожали плечами - и постучал снова.
– Позволь мне, - Тилос мягко отодвинул в сторону одного из конвоиров и шагнул к стене. Те схватились за мечи.
– Ты не… - начал тот, что был за главного, но Тилос уже выстукивал сложную дробь по истертым камням. С легким скрежетом каменная стена - совсем не в том месте, где ожидал Заграт, - сдвинулась с места и поехала назад и в сторону. Стража ошеломленно уставилась на Серого Князя. Тилос приглашающе мотнул головой и шагнул в проем. Заграт дернул за руку застывшую в каком-то ступоре Ольгу и прошел следом.
За стеной оказалась небольшая, освещенная горящим камином и обычными свечами комната. У дальней стены стоял массивный стол со множеством ящиков, заваленный массой пергаментных и еще каких-то свитков. Из маленькой квадратной бутылки торчало гусиное перо. Рядом - у Заграта глаза полезли на лоб - из-под расшитой тряпки выглядывал угол небольшого железного ящика, что использовались в Лесной Долине для дальних переговоров. У противоположной стены располагалась широкая кровать, окруженная тяжелыми шторами. Одна из штор была отдернута, открывая неподвижно лежащее на покрывале тело принцессы. Мертвая, она казалась еще прекраснее живой - с лица сошло недовольное высокомерие, его черты разгладились. Император сидел рядом на низкой табуретке, глядя прямо перед собой, руки безвольно свисали с колен. Рядом суетился какой-то сухой старик, от которого явно пахло лечебной магией.
Тилос откинул капюшон с лица и вышел на середину комнаты, скрестив руки на груди. Император не обратил на него никакого внимания, все так же глядя перед собой. Главный из стражников нерешительно кашлянул.
– Ваше Величество… - нерешительно начал он.
Император медленно поднял тяжелый взгляд и в упор уставился на Тилоса.
– Конечно же, - тускло сказал он.
– Я должен был догадаться сразу.
– Несколько мгновений он изучал Серого Князя, потом как бы нехотя махнул рукой страже.
– Все вон.
– Но, мой Император… - запротестовал было страж, но тут же осекся.
– Он мог бы остановить мое сердце еще в зале, - безразлично сказал Император, не отрывая взгляда от Тилоса, - но почему-то выбрал другую жертву. Видно, у него иные планы. Зачем-то я ему еще нужен. Так?
– Его глаза, казалось, хотели пробурить в Тилосе дырку.
– Я оставлю двоих… - робко предположил страж.
– Вон!
– заревел Император, вскакивая на ноги.
– Все вон! И ты тоже!
– рявкнул он остолбеневшему старику-целителю. Стражники молча исчезли в проходе, кусок стены с легким скрежетом закрылся за ними. С этой стороны она оказалась шкафом, заваленным, как и стол, разнообразными свитками. Старик, мелко кланяясь, спиной попятился к обычной двери
– Ты - не купец Тамил, - хрипло сказал он.
– Ты обманул меня… и моих людей… и принцессу. Теперь они мертвы, а я жив. Кто ты?
– А, мой верный генерал Талемил, - проскрежетал Император, подходя к нему вплотную.
– Славно же ты отплатил мне за милость, в которой пребывал последние годы…
Талемил словно съежился, уменьшился в размерах, однако его лицо стало бесстрастным.
– Я должен был выбрать между принцессой и вами, Император, - невыразительно сказал он.
– Я выбрал, и выбрал неверно. Теперь я готов принять смерть.
– Уже не "мой император", а просто Император, а?
– страшно усмехнулся тот.
– Ты - убийца моей дочери. Будь спокоен, ты умрешь, как и многие другие.
– Я защищал вашу дочь до последнего, - в голосе воина зазвучала плохо скрытая ярость.
– Я был готов пожертвовать своей жизнью ради нее, как и остальные мои люди…
– А вместо этого привел ее сюда, на смерть, - Император словно потух.
– Ты дурак, Талемил. Ты никогда не отличался особенным умом, но сейчас ты просто дурак, которого этот вот, - он кивнул на Тилоса, - поимел как хотел.
– А у меня был выбор, Грет?
– спокойно спросил его Тилос.
– Я предупреждал тебя, что дальний монастырь - выбор, худший из возможных. Видишь - не успел ты вывезти ее из столицы, а тебя уже предал один из вернейших генералов…
– Не читай мне нотации в тысячный раз, князь, - досадливо оборвал его Император.
– Но неужто я, отец, не мог попытаться спасти свою дочь? Над твоими горами поднялся огненный гриб, радио не отвечало, а до выступления заговорщиков - три дня! Что я должен был делать, что!?
– Неожиданно он рухнул на стул и закрыл лицо руками.
– Почему ты не убил меня вместо нее?
– Его плечи беззвучно затряслись.
– Убил? Принцессу?
– с ужасом прошептала Ольга. Талемил побелел, хватая ртом воздух. Его рука все еще судорожно шарила по поясу.
– Тилос… за что? Зачем?…
– Оленька, милая, - вздохнул Тилос. Неожиданно он словно постарел и осунулся.
– Ты хоть представляешь себе, что такое гражданская война в империи с населением в семнадцать миллионов человек?
Ольга непонимающе смотрела на него, бессознательно пятясь назад, пока не уперлась спиной в богатый ковер на стене.
– Какая война?
– выдавила она через силу.
– Зачем ты убил ее? Она… она… это несправедливо! Нечестно!
– Последние два года Камелла была игрушкой в руках Майно, - терпеливо пояснил Тилос.
– Девочка действительно хотела как лучше - бороться со злом, защищать простых людей, все в этом духе. А еще она была, знаешь ли, очень верующей. Майно хорошо умеет запудривать мозги таким, как она. В ее глазах он выглядел новым Пророком. Разрушитель внушил ей, что Приморская империя нуждается в новом, более мудром и более справедливом правителе. Он организовал заговор, чтобы свергнуть Императора и посадить ее на трон. Принцесса усилила бы войско и пошла войной на Граш, который тоже не сидит сложа руки. Это означало бы конец Империи, давно неспособной на такую войну, конец последнего реального соперника Майно.