Декалог
Шрифт:
Войтек. Почему ты так говоришь о матери?
Майка. Я забрала у нее Аню и не отдам. Об этой минуте я мечтала не один год… Случилось то, что должно было случиться…
Войтек. Не думаю.
Майка. Ты не понимаешь. Я приняла взрослое решение. Поступила ей наперекор… Теперь я знаю, что на это способна. Пятнадцать лет я не врала. Впервые соврала, когда заберегла. И тогда увидела, что не могу решать. Это тоже просто. Я — не примерная девочка, влюбленная в учителя литературы, который рассказывает
Войтек. Если ты считаешь, что так лучше… У тебя многое впереди. Ты еще никого крала, не убила…
Майка. Да. Разве можно украсть свое?
Войтек. Не знаю.
Майка. Она отобрала у меня ребенка. Всего-навсего. А убить? Да, думаю, ее могла бы…
Войтек. Ты мало о ней знаешь.
Майка. В последнее время кое-что узнала…
Войтек подходит к машинке. Стоя к Майке спиной, спрашивает.
Войтек. Что?
Майка не замечает его смущения. Она пытается понять, что он имеет в виду.
Майка. Почему она такая?.. После моего рождения у нее больше не могло быть детей. А хотелось… Когда появилась Анка… она ее забрала.
Войтек. Был один человек, который на все согласился. Ты.
Майка. Мне было шестнадцать лет.
Войтек. Жанна д'Арк была ненамного старше…
Майка. Это ты уже говорил. А они говорили, что хотят как лучше. Что у меня впереди жизнь, учеба, перспективы… Теперь я знаю, что им был нужен ребенок. Послушай. Почему ей так этого хотелось?
Войтек. Лучше скандал? Она — директор, я — молодой учитель, ты — ученица… Но в первую очередь они все же думали о тебе.
Майка. Обо мне? О тебе тоже. Мать ведь сказала: «Если хотите преподавать, если не хотите неприятностей из-за совращения несовершеннолетней, сидите тихо». Верно?
Войтек. Она тебе сказала? Что так со мной говорила?
Майка. Я подслушала, как она рассказывала отцу. Отец, правда… (Улыбается.)
Войтек. Что?
Майка. Не хотел слушать. Отмахивался… А сейчас… Знаешь, что он сейчас делает? Орг'aны! Вся комната завалена трубами.
Войтек. Орг'aны?
Майка. В декабре отдал партбилет. Попросился на пенсию раньше времени. Теперь уже ничего… только органы. Теперь бы ты с ним договорился.
Войтек. А с… мамой?
Майка. С мамой? Нет. Она изменилась. Всегда была сухая, резкая. Я и не знала, что ей знакомо такое чувство, как нежность, на себе не пришлось испытать. А к Анке… С ней она такая ласковая… Я однажды видела, как она её перед сном целует… И поняла, что мне
Войтек поправляет на девочке плед. Рассматривает ее пальцы.
Майка. Они хотели продать машину и купить мне квартиру. Лишь бы я не была с ней…
Войтек шикает: Майка говорит слишком громко.
Войтек. Что ты собираешься делать?
Майка. Хочу быть с ней. Странно?
Войтек. Нет. Но как это сделать?
Майка. Не знаю. Мне хватило энергии, чтобы ее забрать. Дальше не знаю.
Войтек. Думаешь, они сообщили в милицию?
Майка. Наверняка.
Войтек. Догадываются, что это ты?
Майка. Нет. Я должна была сегодня уехать в лагерь. Взяла сумку, попрощалась.
Войтек встает: ему что-то пришло в голову.
Войтек. Я считаю… Ты должна им позвонить.
Майка. Зачем?
Войтек. Ты же не можешь с ней… Нет никаких доказательств, что она твоя дочь… Вы не можете никуда поехать, нигде жить.
Майка. Ну и что?
Войтек. Позвони. Скажешь: я вернусь, если вы оформите документы, что Аня моя.
Майка. А если они не захотят?
Войтек. Дай им два часа на размышления.
Майка. Это забавно.
Войтек. Пойти с тобой? Уже темно…
Майка надевает куртку. С порога оборачивается и говорит резко.
Майка. Стереги ее.
Войтек остается один с ребенком. Подходит к столику, на котором стоит машинка, достает с полки старую серую папку, развязывает тесемки, роется в папке, наконец находит нужный листок.
Войтек. Я тебе что-то прочту, ладно?
Аня спит.
Войтек. О твоей маме… и твоей бабушке…
Войтек сначала сам читает то, что хотел бы прочитать дочке. Улыбается. Ищет подходящий тон.