Дэдпул. Лапы
Шрифт:
Хочешь сказать, что надо целоваться не с людьми, а с собаками?
Фу.
Нет, не надо целоваться с собаками! Боже упаси. Особенно с такими, как эта. Жёсткий, как наждачная бумага, язык мигом слизывает маску. Я обеими руками хватаю собачью морду, но язык всё равно прорывается наружу и слизывает куски плоти, как будто я сливочный рожок в виде Дэд-пула. Та же история, что с беднягой Бернардо.
Я издаю гортанный крик, вырываюсь и улучаю момент, чтобы поглядеться в витрину. На мгновение мне кажется, будто частично слизанное
Скукота.
А что там с бабулькой?
Простите, что я уделил столько внимания собственным страданиям. Старушка пришла в себя и стоит возле дома. Одну руку она прижала к груди, словно боится, что сердце сейчас выскочит наружу, другую поднесла к губам. Сверкая вставной челюстью, она бормочет и бормочет, словно цитирует какие-то старые фильмы:
– Святые угодники! Борода Христова! Акуна матата! Господи помилуй! Кавабанга! Чёрный Козёл Лесов с Тысячью Младых!
(Ладно, последнее я добавил от себя, но я по глазам видел, что она хочет это сказать.)
Тем временем я пытаюсь спихнуть её любимого Бенни, пока он ещё не добрался до моих костей и не начал их глодать. На вид пёс всё такой же, но с каждой секундой становится тяжелее. Такое чувство, что у меня сейчас лопнут мышцы на руках.
Я собираюсь с силами, чтобы как следует его толкнуть, и слышу тоненький писк: бип-бип-бип! Что, мне кто-то прислал СМС? Прямо сейчас? Не-а. Это УРА. Судя по мигающему зелёному огоньку, она наконец-то разобралась, что перед ней не собака.
Славненько! Я не уверен, может ли у меня отрасти голова (а если даже может, останусь ли я после этого собой?), так что, пожалуй, у меня есть право применить смертельное оружие. Есть лишь одна проблемка: если я потянусь за УРА, я не смогу одной рукой удержать Бенни. Надо всё провернуть как можно быстрее, без всяких пауз на чтение эсэмэсок, даже если всё-таки есть новые.
Раз, два…
Я готов произнести «три» и приступить к своему плану, но тут приходит подкрепление. Нет, это не Щ.И.Т. – я пока не успел натворить столько дел, чтобы они сюда заявились. Это приглашённая звезда, супергерой! Вы же знаете супергероев, правда? Ну, может, про Девушку-белку или Тора-лягушку вы не слышали, но по-настоящему громкие имена наверняка у вас на слуху – Человек-паук, например. Помните, я говорил, что в этой книге не будет ни слова про Капитана Америку? Я не соврал, но вот про Спайди здесь написано.
Мимо проносится сине-красная вспышка. Я даже не хочу спрашивать, где он закрепил свою паутину. Я бы назвал его воплощением изящества, Фредом Астером от мира арахнидов, но он больше похож на одного из прыгающих пауков-волков – вот он застыл, будто статуя, а вот молнией сорвался с места. Он стремительно взбирается на кирпичную стену, на мгновение замирает, прыгает на дерево, замирает, перескакивает на капот чьей-то машины, замирает, цепляется за фонарный столб, замирает…
А я лежу, как дурак, и только успеваю повернуть к нему остатки своего лица, когда он уже хватает собаку.
Я быстрый. Я могу отпинать вас
– Вот ваш щенок, мэм. Тяжёленький, правда?
Бенни не дурак. Он отыгрывает свою роль на сто процентов – хромает, скулит и тяжело дышит. Агрессия исходит не от него, а от бабульки.
– Убери руки от моей собаки, противный Человек-паук!
Она тычет в Спайди шокером. Бзз!
Я думал, что паучье чутьё предупредит его об опасности, но, похоже, у него слепое пятно в том, что касается старушек – по крайней мере, этой. Раз – и противный Человек-паук повисает на фонарном столбе, потирая ужаленный шокером бок.
Глава 14
ДА, ВСЁ ВЕРНО. Четырнадцатая глава. Тринадцатую я проскочил, потому что это несчастливое число. Выкусите, перфекционисты.
Тем временем в вымышленной реальности…
Старушка, не осознавая, что её любимый пушистый комочек стал тяжелее свинца, пытается взять его на руки. Ничего не выходит. Её спина трещит, словно дюжина внезапно стокнувшихся бильярдных шаров. Мне даже отсюда слышно.
С верной УРА наперевес я подбегаю поближе, готовый исполнить свой благородный долг.
– Отойдите от щенка, мэм!
Старушка видит меня и отшатывается, поражённая моей неизъяснимой прелестью, – а может, всё дело в том, насколько тяжёлым оказался Бенни. Так или иначе, теперь у меня есть возможность выстрелить. И если все на мгновение замрут, я смогу сначала это сделать, а уже потом ответить на вопросы.
Спрей против монстров казался лёгким и надёжным вариантом, но нашлись свои подводные камни. Фьюить, чпок – и УРА облепляет паутина. Я надеюсь, что эта штука на самом деле не образуется в теле Спайди. Правда, очень надеюсь. Я знаю, знаю, что она прочная, как Адамантий, и всё такое, но выглядит это так, будто на мою прекрасную чистенькую пушку налип комок соплей.
Не успеваю я сказать «фу!», как этот соплемёт вырывает пушку у меня из рук.
Я даже не удостаиваюсь качественной подколки.
– Уилсон, я бы спросил, что с тобой не так, но, чтобы выслушать ответ, целой вечности не хватит. Просто убирайся подальше от этой собаки и из этого города, ясно?
Я так и замираю на месте. Этот вечный суперподросток крадёт мою пушку, а потом начинает ворчать, как старый дед, которому во двор закинули фрисби? Мда, тут нет и намёка на дружелюбие.
Надеясь не скатиться до скулежа в духе «Он первый начал», я указываю на леди и её пёсика.
– Ты не понимаешь! Это настоящее чудовище!
Спайди чуть с фонаря не падает от гнева, как будто я оскорбил его мамашу.
– Это не чудовище! – орёт он. – Это моя тётя! То есть… Это безобидная пожилая женщина!
Не успеваю я как следует проанализировать все смыслы, заложенные в этом удивительном тезисе, как вышеупомянутая безобидная пожилая женщина кидает на Спайди такой взгляд, что у меня самого бегут мурашки по спине. Даже я относился к Мадам Перцовый Баллончик более уважительно. Конечно, про себя я могу называть её пожилой женщиной, бабулькой и старой каргой, но вслух? Кто-то серьёзно нарывается.