Дебют
Шрифт:
– Вы простите, что я к вам так врываюсь, меня зовут Артем Валерьевич, я ваш новый участковый.
– Ага, здравствуйте, очень приятно, — расслабляюсь. Кажется, участковый, который решил зайти к одному из жильцов — это совершенно нормально.
Артем Валерьевич как-будто бы угадал направление моих мыслей.
– Я сейчас хожу, знакомлюсь с жильцами, а вы вроде давно тут живете, можете посвятить меня в курс дела — все ли спокойно, стоит ли присматривать за кем-то на всякий случай. Найдется пару минут рассказать об обстановке?
Я с облегчением кивнул, хотя по-прежнему не мог вспомнить, из-за какого конкретного проступка
– Ладно, ладно, — сказал Артем Валерьевич, когда рассказ подошел к очередному логическому завершению, — спасибо вам большое, вижу, все спокойно у вас тут. Ну и прекрасно, и прекрасно.
Мы пожали друг другу руки, я поблагодарил участкового за визит, закрыл за ним дверь, и только после этого вспомнил, что не сказал ему, что больше тут не живу.
Остаток дня я провел гораздо более увлекательно — сначала пообедал в Burger Heroes на Пушкинской, потом зашел в Brandshop посмотреть на кроссовки (ничего интересного не привезли, а эйр-максов у меня итак уже три пары), посидел в кофейне с книжкой (так и не добил первую книгу в знаменитой трилогии Лю Цысиня, но уже перевалил за середину — надо признать, что китайский товарищ умеет писать фантастику, без дураков), и встретился в ресторанчике “Юность” с девушкой, с которой познакомился на недавней конференции по дизайну в Мэйл.ру. Мы неплохо поболтали на общие и профессиональные темы (она занималась концепт-артом для мэйловских браузерных игр — не самая достойная работа, но зарабатывать на хлеб ведь нужно всем), потом прогулялись, но по ряду причин продолжения не последовало — и я отправился домой завершать вечер партией в Старкрафт, который никогда не подводил. Ну, кроме того случая в глубоком детстве, когда игра отказалась запускаться с пиратского диска.
А больше ничего интересного в тот день и не случилось.
Глава 2: Благоразумие и зомби-апокалипсис
покидая москву
Очень редко у современного городского человека получается утром проснуться самому, без будильника, да еще так, чтобы уже сквозь сон почувствовать, что он выспался и был полон сил и энергии.
Я проснулся именно так. С улыбкой открыл глаза, откинул шторы, потянулся и решил: день будет просто потрясающим. Я отлично себя чувствовал, у меня были все условия, которых мог бы пожелать молодой человек, живущий в большом городе, и я был вправе распоряжаться этим днем так, как мне заблагорассудится.
Что могло пойти не так?
Звонок от Евгения — моего старого соседа — застал меня на выходе из душа. Мельком обратил внимание на время — экран айфона показывал 9:17. Я привык доверять своему айфону.
— Женя, привет! — ответил я.
— Антон, — едва ли не шепчет Женя. — По ходу у тебя проблемы. Ты знаешь, что случилось с твоей квартирой?
Холод. Мне тут же стало холодно, по рукам прошла дрожь, а нетренированное сердце моментально отреагировало бешеным пульсом. Я еще ничего не знал, но осознание
— Нет, что случилось?
— Мляяяя, — протянул Женя. — К тебе приехал ОМОН. В полвосьмого утра вышибли к чертям дверь. Весь подъезд встал на уши. Слушай, они под окно подогнали БТР… БТР, мать его, и там еще полвзвода дежурило, пока они квартиру обыскивали. Потом прошли по соседям, спрашивали, видел ли тебя кто. Я не открыл, но слышал, что как будто наркоту искали. Только сейчас уехали, я тебе сразу набрал.
Обойдемся без псевдолитературных клише, когда у главного героя “уходит земля из-под ног”, и он надеется, что “все это страшный сон”. Из-под моих ног ничего никуда не уходило, и ни на что я не надеялся. Мне просто стало очень-очень плохо.
— Женя, — язык не слушался. — Женя, я не знаю, что это… из-за чего это. Я там вчера был, прибирался… Я ничего такого…
— Да ясен пень, Тох, мы ж с тобой давно знакомы, я ничего и не подумал про тебя. Но ты пораскинь, кто тебя так захотел пугнуть. Даже не пугнуть, тут прям конкретно наехали. Стопудов какой-то политический замес.
Я тяжело сглотнул.
— Да я же вроде ни в чем… Жень… Слушай, ну я, это… Ничего такого же не делал.
Я больше всего хотел, чтобы этот разговор закончился. Я не мог связать ни слова. Я не знал, что еще можно сказать. Я не знал, какие мысли мне должны приходить в голову в такой ситуации — сейчас не было ни одной. Меня как-будто отключили от матрицы.
— Блин, да что я тут, — всполошился Женя, — слушай, братан, тебя наверное валить пока надо куда-нибудь, разобраться. Ты давай, где-нить заляжь пока, мой телефончик сохрани — я тут похожу, разузнаю, о чем соседей спрашивали, может чем поможет. Не боись, сосед, не сдадим тебя этим тварям провластным.
— Да. Да, видимо, надо. Ты прав… Блин, да. Жень, спасибо, спасибо большое. Сейчас буду думать. Я позвоню тогда через день-два, да?
— Договорились. Давай, держись там.
— Давай.
Я опустил руку с телефоном. Две, три, четыре секунды смотрел в пол. Потом зажмурился. Сильно. Почти до боли.
И потом в голове, наконец, что-то произошло.
Я глубоко вздохнул, бросился к столу. Взял ручку, блокнот, открыл его на последней странице, положил перед собой телефон. Открыл контакты, начал переписывать телефоны. Сначала записал один — пометил буквой И. Второй — буквой В. Третий — “Женя с.” Четветый, нероссийский, начинался на плюс сорок девять — “Маттиас”. Закрыл, потом опомнился, записал еще два, которые начинались с кода плюс тридцать три — один отметил буквой “Н”, другой — словом “друг”.
Посмотрел на часы — 9:30. Подтянул ладонь к лицу, вздохнул. Бросился к двери — проверил замок. Закрыто. Снова к столу. Еще один глубокий вдох. Вырвал листок с контактами из блокнота, положил рядом, переписал номера с листка снова в блокнот. Блокнот закрыл и положил рядом, листок свернул и убрал в задний карман штанов.
На секунду задумался, потом взял айфон, прошел в настройки, долистал до функции “удалить все”, тапнул по экрану. Ждать не стал — взял телефон, подхватил рабочий ноутбук под мышку и пошел в ванную. Включил кран, закрыл слив раковины крышкой, положил на дно телефон и компьютер, направил на них воду.