Deadly Cosplay

Скариани Аделина

— Не начинайте… — взмолился впереди идущий Бездомный Бог Ято.

— Лелуш Британский повелевает всем немедленно заткнуться!

— Можно подумать, мужикам не нравятся шпехающиеся бабы!

— Но бабы не шпехаются, им нечем.

— У Кимико по-любому есть чем, — как и подобает своему персонажу, к слову вставила Кагура из Гинтамы.

— Что ты сказала?!

— Да что за шпехаюсь такое, слово трахаться теперь у нас что, не кошерное? — не выдержал Гиноза, наведя доминатором на неугомонных друзей.

— На кол бы вас всех посадить за то, что вы рушите прекрасные

светлые чувства между мужчиной и женщиной, — впереди идущая Микаса из Атаки Титанов резко затормозила и, развернувшись, прижала руки к груди, проворковав сладкие грезы: — Что может быть прекраснее кровавого секса: он любит её, она — его, они пьют кровь друг друга и умирают в дикой агонии чувств!

— Акира, ты всех достала своими вампирами.

Веселая гурьба косплееров возвращалась, как это принято говорить, темной лунной ночью, столь тихой, что даже колышущийся лист на ветви дерева мог спугнуть несчастную душу. Но эти души в бренных телах, сокрытых под килограммовым слоем грима и костюмов, были настолько беззаботны, что вряд ли могли заметить даже крадущегося за их спинами серийного убийцу, давно включившего бензопилу.

Игараши Хикару, будто сошедший с экрана бездомный бог Ято, горделиво потирал статуэтку, полученную за победу в номинации «Косплей года». Он любил косплей и жил им, ведь так он мог прочувствовать десятки других жизней, а по актерскому мастерству у него была что ни на есть самая твердая пятерка в этой стезе.

Впереди идущая, жаждущая кровавой любви Акира скромно наматывала черный локон парика на палец, задумчиво смотря в звездное небо, пока сзади кипели страсти погорячее крови в её венах. Широ, бойко и уверенно шагающий в клетчатой мини-юбке, грубым басом продолжал отстаивать также твердо свою точку зрения, как твердо стояла его накладная грудь пятого размера, которую он к слову, как и весь наряд, напялил ради десяти тысяч иен, которые друзья теперь обязаны ему заплатить в конце дня, ведь он-таки прошелся в образе типичной секси-школьницы не только по всему городу, но еще и получил приз зрительских симпатий.

Ичиро — лучик света в темном царстве, как он любил о себе говорить, не прекращал вскидывать пистолетом, карающим латентных преступников. Статуэтку он не получил, о чем официально выразился еще на самом фестивале, ведь по его мнению, он был бесподобным Гинозой.

Мари и Кимико — две коварные яойщицы-фикрайтерши, уже давно успели всех перетрахать в своих фанфиках, о чем не знал разве что Ичиро, которому психику решили сохранить, он и без того был странным.

Рико, Нэо, Такаши — замыкали процессию, балуясь чипсами, взирая на представление впереди, как на продолжение косплей-сценки.

— Поздравляю, Хикару, — сказала Акира, вернувшись с ванильно-кровавых облаков. — Твой образ и правда бесподобен, как и твой прошлый Себастьян.

Растерянный Хикару потер нос, надеясь, что щеки его не выдали с потрохами, а если и порозовели, то пускай думают, что от холода. Когда Акира отвернулась, Хикару с сияющими голубыми линзами догнал девушку, и к большой неожиданности, протянул ей статуэтку.

— Акира, слушай, у тебя ведь это… ну днюха была недавно, вот… — “я

идиот”, — подумал про себя Игараши, пускай он и мог продекламировать любой монолог из самой сложной сценки, а вот заговорить с объектом воздыхания в адекватном состоянии и со связной речью о своих чувствах — предел возможностей. — В общем, я дарю тебе статуэтку, у меня их все равно много.

— Ого! — Акира просияла, зардевшись и неуверенно потянулась к призу, приняв ту так бережно, словно она могла рассыпаться песком в её руках. — Спасибо! Спасибо большое! Даже не знаю, как тебя отблагодарить!

— Ну ты могла бы…

Акира ринулась назад хвалиться, а Хикару все тише и тише договаривал:

— Поцеловать меня… в щечку.

— Что, Хикару, динамит тебя Акира, да? — подтрунила Мари в образе Кагуры.

— Тебе ли судить об отношениях мужчины и женщины? Ты ведь в них все равно ни черта не смыслишь.

— Зато мы смыслим во френд зоне, — пожала плечами Кимико.

— Смотри, Хикару, а то так и помрешь девственником, — толкнул локтем в бок Широ.

— Ну ничего страшного, попаду в рай зато.

— В рай попадают только девушки-девственницы, — вздернула подбородок Кимико.

— А парни-то куда деваются?

— Горят в геенне огненной, — зловеще-заговорщически прошептала Мари на ухо бездомному богу.

— Бездомный бог-девственник, — поглумился Широ, подняв палец вверх.

— И это говорит мужик в юбке, — злобно прошипел Игараши.

Хикару обернулся обратно к дороге и удивленно заморгал. В свете мигающего фонаря стояла темная фигура, сокрытая полностью черной мантией, лицо человека накрыла тень ночи.

— Это еще что за перец? — спросила Кимико.

Высокая фигура, сокрытая во тьме, не двигалась. Будто возведенная вдоль аллеи скульптура — отворот мантии стоял вверх, и его держала золотая цепь на шее. Как только ребята приблизились, смогли лучше разглядеть таинственного стоящего с закрытыми глазами мужчину, он словно спал — глазные яблоки недвижимы, но тело натянуто струной, голова устало опущена.

— О, — патетично воскликнул Широ, хлопнув по юбке, увидев клыки в уголках губ у встретившегося на их пути персонажа. — Акира, тут по твою душу пришли!

— Не мели чепухи! — возмутилась Акира, сделав несколько шагов назад. — Давайте лучше в обход пойдем?

— Да ладно вам, — махнул рукой Игараши, обернувшись спиной к мужчине, — просто очередной участник косплея. Не узнали, что ли, Графа Дракулу?

— Ты ведь бездомный бог-девственник? — раздался бархатный голос за спиной.

Хикару вздрогнул, ребята напротив него напряженно застыли.

Ноздри мужчины раздулись, и он шумно втянул воздух, после чего вынес мнение явного знатока:

— Даже несколько девственников.

Веки медленно открылись, и налитые кровью глаза поднялись к небу. Улыбающийся мужчина, обнаживший клыки, словно и не с ними вовсе говорил.

Хикару замотал головой то к «Дракуле», то к друзьям.

— Ладно вам, пошутили и хватит, — Игараши развел руками, приглашая ребят идти дальше, — идем, народ, не обращайте внимания на этого фрика, мужик еще не отошел от фести…