Deadly Cosplay
Шрифт:
— Простите? Чем я могу помочь? — заспанно спросил он, смачно щёлкнув челюстью.
— Мы разыскиваем Игараши Хикару, — скептически оглядев типичного «хики», полицейский Брейн потянулся за трубочкой для проверки трезвости.
— А, так это я, — неловко почесав за ухом, хрюкнул от смеха Игараши. — А что, собственно, случилось?
— Ну, собственно, случилось то, что ваши друзья уверяют, что вы первая жертва серийного убийцы, — объяснил «Пинки». — Где вы были в ночь на семнадцатое июля?
— Я? И жертва? — будто подобное возмутительное заявление смогло его наконец-то
— Но они также утверждают, что пропала и ваша общая подруга Яманака Кимико.
После произнесённого имени Игараши неловко засмеялся, зардевшись как первоклассник, застигнутый за маленькими шалостями, и обернувшись назад, крикнул, как бы тихо, но достаточно, чтобы все услышали:
— Кимико, не могла бы ты выйти на минутку.
Тяжкий вздох и тяжёлая поступь никак не вяжущаяся с девушкой, которой было суждено предстать перед полицией. Одо Наоки, обучающий Игараши вампирским премудростям, явился на порог с тяжёлым взглядом и скрещенными руками. Пройдя вперёд, он взглянул в глаза шокированной парочке полицейских, проскрипев сквозь зубы:
— Это я Яманака Кимико.
В глазах полицейских представший статный мужчина превратился в невысокую заспанную девушку в одной футболке, что скромно перебирала спутанные локоны.
— Оу, — понимающе одновременно вздохнули Пинки и Брейн. — Вот оно что.
— Да-а, дела молодые, — развел руками Игараши. — Сами понимаете. Мы с Кимико решили уединиться на недельку и никому не говорить. Но ребята явно всё не так поняли.
— А вы точно пара? — вдруг решил включить полицейского Пинки.
— Нам что, поцеловаться? — закатил глаза Наоки-Кимико.
— Мы не в загсе, знаете ли. — Игараши едва не задохнулся от подобной перспективы, но чтобы выглядеть максимально убедительно, приобнял свою даму сердца, счастливо улыбнувшись. Наоки оставался с беспристрастной холодностью и высокомерностью, даже бровью не повёл, когда его чмокнули в щеку.
— Да, думаю, что нам пора, настоящие преступники ждут. — И коротко чирикнув о найденных подростках, полицейских удалились.
***
Мари Ли казалось, что она потеряла часть себя — ведь с Кимико они были не разлей вода, вечные подружки-хохотушки, безумные фикрайтерши, которые шипперили и трахали в своём творчестве всё, что движется в любом формате.
Никто не поверил Кимико о тетради смерти, даже Мари не поддержала её, и сейчас, возвращаясь домой с очередных серо-скучных пар, Ли готова была окунуться в привычный мир, лишь бы не думать о страшной участи подруги.
Привычный мир Мари из груды мусора и хаоса, который она называла натюрмортом вдохновения для творческой тонкой души, по всей квартире. Закупленных на неделю фастфудов и рамена быстрого приготовления, да священного ноутбука, где хранился кладезь всех тайн НЦ-17, о которых не было известно даже самому заядлому извращенцу.
Вот
— Какого ёбаного воробушка-ёбушка здесь произошло! — закричала она так, будто обнаружила в своей квартире труп, а не простой порядок.
Но сюрпризы на этом не закончились, ведь на кухне её ждало скворчащее масло в сковородке и дивные запахи чего-то съестного. Голодно сглотнув, Мари поплелась на кухню, из-за шока даже не удивившись наличию незнакомца на свой кухне, что обернулся к ней со сковородой в руке.
Ведь незнакомцем он не был.
— Вы вернулись, госпожа. Как прошёл ваш день?
Если бы изысканность могла принять материальную форму, то ею бы стал Себастьян Михаэлис, который, к слову, представший во плоти в богом забытой квартире, вальяжным взмахом руки перевернул мясо в сковородке, и смотрел так пристально и понимающе, будто сам прошёл все студенческие тягости, и улыбнулся фирменной улыбкой дьявола-искусителя.
— Пиздец, приехали. У меня горячка, — вынесла единственно логичный вывод Мари перед тем, как попытаться театрально рухнуть в обморок.
Но Себастьян не мог позволить такой роскоши для своей хозяйки. Пристроив сковородку на конфорку, он одним хлопком очутился перед Мари, одной рукой обняв её за талию и не позволив упасть, а другой подняв её лицо за подбородок.
— Что с вами, госпожа? Вы переутомились? Может, мне набрать вам ванну? Или вы хотите, чтобы я сделал вам массаж? Вы вся красная, у вас жар? — и дотронувшись сначала ладонью до горящего лба, Себастьян наклонился, подарив целомудренный поцелуй в лоб с целью проверки температуры, которая, к слову, от подобных манипуляций вскочила вверх с такой скоростью, как если бы у Мари было чему вскочить ещё от нахлынувшего возбуждения.
Ахнув и забыв, что в её квартире находится незнакомый мужчина с лицом её пламенной фантазии, которой был посвящён целый макси размером с роман-эпопею, Мари позволила усадить себя за стол, где она смогла бы привести в порядок свои чувства заранее приготовленным коктейлем.
— Сегодняшняя программа: массаж после тяжёлого учебного дня, приводящий в чувства; ужин, состоящий из первого, второго и лёгкого десерта. Первое: венгерский суп-гуляш, второе: телячья вырезка с пикантным сырным соусом и травами, и на десерт печеный творог с яблоками. После ужина подготовка к семинарским занятиям. Перед сном принятие ванны с лепестками роз и морской солью. После ванны особая умиротворяющая программа, дарящая вечный покой.
Перечисляя важные моменты программы, Себастьян с невероятной скоростью сервировал стол, заполняющийся с каждой секундой невиданными яствами.