Дайвинг для крокодила
Шрифт:
Раз! Два! Три! И уже никто не дерется. А вся преступная четверка стоит смирнехонько в наручниках и недоуменно таращится на внезапно свалившихся словно снег на голову врагов.
Глава восемнадцатая
Первой пришла в себя Анастасия.
– Вы кто такие? – воскликнула она, возмущенно глядя на посторонних. – Что вам тут нужно?
– Это частная собственность! – мигом сориентировалась и Зоя Ивановна. – Убирайтесь!
Но никто ей не ответил. Вместо этого вперед
– Так, так, – произнес следователь, шагнув в сторону и подняв с земли упавший из рук Анастасии сверток. – Значит, дедушкин клад вы нам сдали не весь? Кое-что оставили себе про запас?
Анастасия рванулась было к нему. Но держащий ее омоновец был начеку. И не пустил женщину сделать ни шагу.
– Ненавижу! – прорычала Анастасия, глядя на следователя. – Будь ты проклят! Это мое сокровище!
– Уже не ваше.
– Врешь! Не отнимешь! Она принадлежала моему деду! Всегда! Это кто угодно подтвердит! Все видели эту маску, когда она висела у нас дома! Все наши знакомые! Все, кто бывал у нас в доме! Десятки, сотни свидетелей! Вы не посмеете отнять ее у нас.
И Анастасия внезапно заплакала. Глотая соленые злые слезы, она продолжала ругать следователя последними словами. Но тот и ухом ни повел.
– Учитывая, что для того, чтобы завладеть этой маской, вы лишили жизни одну свою жертву и совершили нападение на вторую, вы вряд ли сможете обладать своим наследством в ближайшие годы.
Слезы у Анастасии мигом высохли. И она уже с неприкрытой ненавистью посмотрела на следователя.
– Что? – спросила она. – Какая еще жертва? Ни я, ни мой муж никого не убивали.
– Когда это случилось, мы с женой были в Краснодаре! – пробубнил Ванька.
Следователь даже поморщился, так активно не нравилась ему эта парочка.
– Оставьте! Ни в каком Краснодаре вы не были.
– Но билеты…
– Билеты куплены вами в один конец. Но на поезд вы так и не сели.
– А вы докажите!
– Запросто.
– Как вы объясните тот факт, что на первой же остановке проводник вашего вагона, оказавшийся ловким малым, посадил на ваши места двух «зайцев»?
Анастасия побледнела. Да и ее муж как-то спал с лица.
– Это выяснила проверка. Контроль. Был составлен протокол, из которого совершенно ясно, что ни вы, ни ваш муж в краснодарском поезде не ехали.
– Мы просто пересели в другой вагон! Проводник вам что, об этом не сказал?
– Бросьте! Проводник сам признался в своем обмане. И в протоколе черным по белому записано, что на ваши два места в Санкт-Петербурге никто не сел.
Анастасия и ее муж подавленно молчали. Сказать им было нечего. Свидетелей у них явно не было.
– Оставим эту тему, – произнес следователь, устало вздыхая. – Ребята, забирайте их всех!
Но тут ожили Зоя Ивановна с мужем:
– А
– За убийство!
– Мы никого не убивали!
Следователь нахмурился еще больше.
– Вы сами признались, – сказал он. – Вы и ваш муж. И ваши слова записаны на пленку. И будут приобщены к делу как вещественное доказательство.
– Пленка – это не доказательство. Мало ли что можно туда записать!
– Очень даже хорошее доказательство. Потому что получена она не с бухты-барахты, а в ходе оперативного мероприятия по разработке подозреваемых по делу об убийстве.
– Мы ничего не говорили!
– Это все ложь!
– Подстава!
Но следователь не стал их больше слушать.
– Хотите, я покажу вам вещь, ради которой вы все это затеяли? – вместо этого спросил он у Анастасии.
Та промолчала.
– Молчание – знак согласия, – усмехнулся следователь.
И, взяв из рук помощника сверток, стал его медленно разворачивать.
– Так, – приговаривал он, – что же у нас тут такое?
Анастасия и ее муж следили за действиями следователя словно завороженные, не в силах оторвать глаз от его рук. Наконец тряпка была развернута. И взглядам всех собравшихся предстала маска. Следователь развернул ее и показал Анастасии изнаночную сторону. Та впилась глазами в клеймо и ахнула:
– Подделка! Снова она! Не может быть!
– Вижу, что вы уже поняли, какого дурака сваляли, – удовлетворенно хмыкнул следователь. – Все верно. Ваш дед вовсе не передавал ничего своей сестре.
– Старая грымза! – воскликнула Анастасия. – Она мне наврала!
– Это была ловушка. Клавдия Захаровна действовала по нашей просьбе. Она помогла расставить перед вами и вашим мужем ловушку. И вы все в нее угодили.
– Дура! – взвизгнула Зоя Ивановна, глядя на Анастасию. – Бабка провела тебя. Лохушка!
– Молчи! Сама кретинка! Нечего было на чужое зариться.
Ругательства вновь посыпались с обеих сторон. Четверо преступников старались сорвать злость друг на друге.
– Уведите их! – махнул рукой следователь и с отвращением отвернулся от преступной четверки, грызущейся между собой.
Но, отвернувшись от преступников, он увидел перед собой двух подруг.
– И вы тут, – вздохнул он. – Ну, ясное дело, как же без вас? Не обошлись бы ни за что!
Подруги не обиделись. Следователь ворчал на них без всякой злобы. Просто так, для профилактики.
– Мы хотим знать, – сказала Леся. – Зачем?
– Что – зачем? – устало спросил следователь.
– Зачем Гога убил Лаврентия Захаровича? За что он его так ненавидел?
– Это долгая история.
– Расскажите!
– Может быть, – уклончиво пообещал девушкам следователь, – в другой раз. Потом.
И с этими словами он устремился по дорожке за преступниками, которых уводил конвой. Но подруги кинулись за следователем.
– Когда в другой раз? Когда это потом? Мы хотим сейчас!