Даймон
Шрифт:
Лепко случайно вспомнился. На последней паре, на практических, когда разговор в очередной раз на выборы свернул (а куда деваться?), Саша всех удивить попытался. Слово попросил, развернул таблицу, на принтере выкатанную, приклеил скотчем к доске …
— Он чего сделал? Собрал данные за этот февраль по чрезвычайным происшествиям. Взрывы, покушения, непонятные самоубийства — все, что можно террором посчитать. Цифра получилась страшная, словно война по стране катится. Для контроля привёл цифры за февраль 1996 и 2000-го. В два раза выше, чем в 96-м, когда самые бандитские разборки шли.
Хлебнул Алёша чая, вдохнул травяной
…В бетон, в бетон!
Почему не замечает никто? Сообщат, прокомментируют — и снова песня про белого бычка. Агитация, дискредитация, коалиция… Приказ сверху пришёл — не реагировать? Пресса, даже купленная на корню, разных хозяев слушает. Или просто привыкли, надоело? Убийства и взрывы не волной идут — враздробь. Не всякий таблицу составить догадается, станет сводки происшествий шерстить. Особенно, когда вопрос о власти идёт, о миллиардах, о заводах, газетах, пароходах? Старый цирковой приём, Кио об этом писал: если надо фокус незаметно подготовить, на манеж въезжает «Волга» с клоунами на крыше. Чтобы все на них пялились, на главное не глядели.
…Рядом с обезьяной прячется ещё один тигр
Саше Лепко не слишком поверили. Доцент, что практические вёл, таблицу сквозь очки изучил и приговор выдал: подбор данных субъективен, выводы некорректны. Сказал — и доволен остался. Сформулировал!
А если к таблице Лепко приложением письма от Юрия Владимировича добавить? К ним — отчёт про опыты с бинауральными ритмами, про полет между облаками, про то, как Ева с духом умершего речи вела?
Помотал головой Алёша, мысли странные отгоняя. Не с мёртвым Ева говорила, с живым! И какое отношение это имеет…
Профессор!
Дрогнула рука. Плеснул горячий чай на пальцы.
— Люди так живут, Алёша. Ты вже взрослый, ты понимаешь. Инакше не бывает. Хач мною пользуется, я — им. И остальными тоже. От устроюсь в кахве, стану больше заробляты, прописку одержу… Не хочу тебя втрачаты, малюня, и тебе бэз мэнэ плохо. Перетерпи — и я перетерплю!.. Что ты сделать можешь, Алёша? Вбьешь их всех? Ножом зарижешь? А что дальше? У банку сейф вскроешь, чтобы в твой «Черчилль» сходыты? Или просто бросишь меня, чтоб легче стало?
— Н-нет. Не брошу!
ИЗ ПРИВАТНОЙ ПЕРЕПИСКИ-6.
После киевской встречи я до сих пор пребываю в шоке. Специально выражаюсь столь высокопарно, чтобы не поминать пресловутый «пыльный мешок из-за угла». Куда я ездил? На собрание секты Ошо, к «рерихнутым»? Если применить неточную, но наглядную аналогию получим кризисный штаб, имеющий достоверную информацию о скором ударе волны-цунами. Штабисты же заняты изучением метафизического смысла терминов «море» и «волна», а самые активные — ловят русалок.
И все читают Кастанеду, Кастанеду, Кастанеду…
Макабр!
Меня, впрочем, тоже произвели в мистики, даже в некотором роде в мистагоги. Свет, я, понимаешь, возжёг! Хорошо ещё, что не принёс. При всей своей гордыне на титул Светоносного не претендую.
Нет,
Относительно же моего личного вклада в «возжигание», рискну занять Ваше столь ценное время и внести ясность. Комплименты, которыми меня увешали, слишком сомнительны. На «озарение» не претендую, а все знакомые мне «контактеры» и «гуру» пребывают ныне в 15-й психбольнице, именуемой в народе Сабуровой дачей.
Повторю в очередной раз: весь смысл нашей работы состоит в создании простой и доступной системы, безопасной для жизни и здоровья человека. Единицы владеют телепатией или ясновидением. Мы не стремимся пополнить их ряды, мы создаём телефон — или, уж извините за такое, сравнение, Интернет.
Дело с «возжиганием» обстояло так. Все это Вам отчасти известно, но все-таки рискну повториться. Мифы рождаются буквально на глаза, не хочу стать источником ещё одного.
Несколько лет я участвовал в серии экспериментов по созданию искусственной «сферы Сна». Скажем прямо: с очень переменным успехом. Тяжёлая болезнь нашего общего друга Джеймса Гранта фактически остановила проект. Мы, уцелевшие, даже не знаем, что происходит «там», в «сфере», на недоступных «платформах», созданных по методике Гранта. А ведь «там» остались наши друзья. Одна из причин, побудившая меня заняться нынешним делом — надежда на восстановление контакта. Вам почему-то это не слишком интересно.
Ещё одним толчком стала трагическая судьба участников группы (назовём её «группой Арлекина»), серьёзно занимавшихся DP-исследованиями. Из всех их, как Вы знаете, в живых остались только двое, причём оба тяжело больны. Жаль, они были близки к невероятному прорыву. Именно их судьба заставила меня раз и навсегда отказаться от опытов, проводимых с риском для физического и психического здоровья человека. Нам не нужны камикадзе, мы изобретаем телефон!
Это к вопросу о «группе добровольцев» с их чипами. Если бы мы могли попросить цунами подождать ещё лет пять, а лучше — десять!..
Итак, не соблазнившись рукотворным адом Dream of the Past (DP), я занялся N-контактами. Вначале без особой охоты — слишком густо там намешано мистики. Методика Монро, на которую натолкнулся почти сразу, не произвела особого впечатления. С точки зрения медицины, прямо скажем, ничего особенного (тут Вы меня не переубедите). Откровения же Монро о его астральных «полётах во сне и наяву» ничем не лучше видений Сведенберга или Данте.
И вообще. Когда я слышу слово «астрал», моя рука тянется… Ладно, замнём!
Однако я обратил внимание и на сильную сторону методики Монро: доступность и простоту. Первые же исследования привели показали, что некоторые из бинауральных ритмов (не те, что думал сам Монро!) действительно снимают некую «заслонку» в сознании, открывая «дверь» в N-пространство. Вещь давно известная, но на этот раз вместо шамана или «гуру» требовался лишь CD-диск с программой.
Итак, «дверь» открыта, но за нею не холл, полный посетителей, ждущих общения, а столь соблазняющие мою Евгению «облака». «Летать» между ними можно всю жизнь, причём без всякого успеха и надежды на N-контакт. Моя шкодливая наследница ещё не поняла, что в «облаках» не три измерения, даже не четыре. Осознать такое нелегко и всем нам.