Дайлети. Принц

Анисимова Марина Александровна

– Мне жаль, Ваше Величество, - заговорил Принц, - что я не оправдал оказанного мне доверия и провалил операцию. Вина за произошедшее лежит целиком и полностью на мне.

Мальчишка попытался сесть в постели, но не преуспел в этом. Ривран тяжело вздохнул.

– Ты, правда, думаешь, что я злюсь на тебя из-за этого?
– поинтересовался он у наследника.

Кирим опустил глаза.

– Росана трое суток сидела у твоей постели!
– прорычал Король, заходя в палату.
– Тэор чуть ли не смертного одра требовал, чтобы Дайлети к тебе не приближались и дали время отлежаться! Что любое вмешательство Дара твое человеческое тело убьет! Он сказал, что

шансы - пятьдесят на пятьдесят, очнешься ты или нет! У меня пол головы седых волос из-за тебя!

– Не видно, - тихо возразил Суон.

– Что?
– не врубился сразу Король.

– У Вас волосы светлые очень, на них седины не видно, - пояснил мальчишка, поднимая на Риврана глаза и слабо, неуверенно улыбаясь.
– И витамины есть хорошие.... Быстро это дело поправят....

– Ах ты,...
– начал было правитель Семи Миров и подавился эмоциями.
– Да я тебя....

– Послом к Конфедератам отправите?
– подсказал ему наглый наследник.

– Выпорю! Собственноручно!
– пригрозил Ривран и, схватив Принца за плечи, почти выдернул из постели. Но вместо того, чтобы воплотить свои слова в жизнь, крепко, до хруста Суона обнял. И тут же отстранился, словно боялся, что его кто-то застукает за таким проявлением чувств.

– Если Вам от этого станет легче, то, пожалуйста, - со вздохом отозвался Принц.
– Сопротивляться не буду!

– Если бы я был уверен, что это поможет, давно бы так и поступил, - буркнул Король, отходя к окну. Снова распахнутому настежь. Как и почти год назад. Во Вселенной все идет по кругу.
– Есть хочешь?

– Хочу. Только не в палате и лежа в постели! Так весной пахнет! А давайте на берегу океана пикник устроим?

У Кирима болела каждая клеточка тела. Казалось, что вместе атомы держатся только усилием воли, и стоит немного отвлечься, как они рассыплются, и разлетятся в стороны, как порванные бусы. Воздух при этом был так сладок, что хотелось вдыхать его еще и еще, пока не почувствуешь себя пьяным. И, хотя от малейшего движения кружилась голова, и сердце колотилось так быстро, словно собиралось выпрыгнуть из груди, оставаться и дальше в постели было невыносимо.

– Обязательно. Когда поспишь и наберешься сил!

Кирим хотел возразить, но не сумел. Веки потяжелели, и Принц Семи Миров откинулся обратно на подушки, засыпая совершенно нормальным целительным сном.

Росана тоже отдыхала, и потому пропустила момент пробуждения своего приемного сына, зато теперь вовсю суетилась у пледа, расстеленного на берегу, расставляя на нем закуски и напитки. Ривран предложить доставить Кирима на берег на флайере, но тот наотрез отказался. И теперь медленно брел по парковой дорожке, одновременно и желая гордо оттолкнуть руку поддерживавшего его Риврана, и прекрасно понимая, что в таком случае, скорее всего, не дойдет.

– Потому что мы Им были не интересны, - ответил Суон на давно заданный вопрос.
– От тех, кто представлял для них угрозу, Они избавились в первые же секунды погружения корвета в Их измерение....

– В этом нет твоей вины, мальчик, - покачал головой Король, прекрасно зная, о чем наследник думал в тот момент.
– Никто не мог предусмотреть подобного исхода!

– Да, в этом Вы правы, Ривран, - несколько напряженно согласился Суон.
– Мы ничего о Них не знаем. А те, кто может рассказать - молчит!

– Ты опять за свое?
– правитель Семи Миров остановился и повернулся к Принцу, ловя его взгляд.
– Я верю Тэору, как себе. Он не враг нам!

– Не враг, - кивнул в ответ Кирим.
–

Но чьи интересы он соблюдает, Ваше Величество? Семи Миров? Или Единых с Природой?

– Ты бредишь, Кирим. С чего бы Тэору эти интересы разделять? Мы мирно живем друг с другом больше тысячи лет!

– Не будьте так наивны, Ривран! Правителю звездной системы это не идет! Отбросьте предрассудки и привязанности, и подумайте логически! Они появились в нашей Вселенной ради Эльзэдэ. Своей Эльзэдэ. А лучше всего разбираются и управляются с Их артефактами Дайлети. Так какова вероятность, что несколько тысяч лет назад некая третья неизвестная нам раса создала Единых с Природой?!

Король молчал. Он и сам думал об этом. Но гнал прочь подобные мысли.

– Тэор знает правду, - безжалостно продолжал его наследник.
– Знает, что за твари пришли по нашу душу! И молчит. По своей ли воле, или по приказу учителя, но он не желает делиться информацией. И я догадываюсь, почему. Все дело в элементарном страхе! Он боится, что люди узнают правду, и начнется новый виток Чистки!

– Я этого не допущу!
– горячо обещал Король Семи Миров.

– Каким образом? Эти светящиеся твари натравят людей на Дайлети, и посмотрят со стороны, кто кого! А мы ничего не сможем с этим поделать!
– покачал головой Кирим.
– Потому что не знаем, как с ними сражаться! Надавите на Тэора! Заставьте его говорить! Речь идет даже не о благополучии Семи Миров, а о выживании всего человечества в целом!

Ривран тихо и печально вздохнул, потом положил своему приемному сыну руку на плечо, и заговорил:

– Тэор мой друг, Кирим. Лучший, и, пожалуй, единственный. В моем положении очень хорошо, что я могу позволить себе хотя бы это. Я знаю его больше половины своей жизни. Неужели ты думаешь, что мы не могли поговорить откровенно все это время?

Суон смутился. Он ведь знал, насколько Ривран принципиален в вопросе исполнения своего долга, и память об отрезанных пальцах - лучший тому свидетель. Дружба не станет для него причиной отказаться от Тэора, как от возможного источника информации, щадя его чувства и привязанности.

– И что он ответил?
– все же спросил Кирим.

– Что Дайлети осознают всю серьезность возникшей проблемы и бросят все силы на ее решение. И что люди в данном конкретном случае мало чем могут помочь, а значит, и смысла втягивать их в противостояние нет никакого!

Еще полгода назад Кирим честно высказал бы Королю все, что думает по поводу ответа Смотрителя в целом, и о нем самом, в частности. А сейчас промолчал, и даже взгляд отвел от проницательного правителя семи планет. Но это не помогло.

– Говори уже, - вздохнул Король.

– Мне нечего сказать!

Шесть месяцев назад Риврана бы разозлил такой ответ приемного сына. А сейчас он знал, почему мальчишка стоит, понурившись, и молчит: не хочет ранить его словами сомнения, хотя и совершенно с Королем не согласен.

– Не веришь, что Тэор хочет блага и Семи Мирам, и своему народу?

– Нет, Ривран. Не в этом дело!

Кирим медленно зашагал по дорожке, ведущей в сторону от основного пути. Она тоже вела к берегу океана, но немного окружным и - чего уж там скрывать - пологим путем, избавляя Принца от резкого спуска. И давая правителю Семи Миров и его наследнику несколько лишних минут для разговора. Принц шел сам, от предложенной Ривраном руки на этот раз отказался, и даже попытался прибавить шагу, но быстро запыхавшись, оставил эту идею. Разговаривать и идти одновременно, сохраняя прежнюю скорость, он был все еще не в состоянии.