Дай пять
Шрифт:
Он принялся бегать по комнате, размахивать руками и продолжал визжать:
– Иииииии.
– Хватай! – кричала Лула.
– Ииииии.
Я попыталась схватиться за наручники, но промахнулась.
– Успокойтесь, – приказала я.
Бриггс дал деру мимо Лулы, которая стояла как столб, прополз на карачках и затем выскочил за дверь.
– Держи его, – вопила я, бросившись к Луле. – Не дай ему уйти.
Я вытолкнула ее в холл, и мы с грохотом понеслись вниз по лестнице за Бриггсом.
Бриггс
– Вот проклятье, – сказала Лула. – Я слышу его топоток, но не могу его разглядеть. Он затерялся между всеми этими машинами.
Мы разделились и стали обходить стоянку, Лула – с одной стороны, я – с другой. Потом остановились и прислушались к шагам, когда обошли по периметру.
– Я больше его не слышу, – призналась Лула. – Должно быть, он крадется на цыпочках.
Мы пустились в обратном направлении и тут же увидели, как Бриггс заворачивает за угол дома и забегает внутрь.
– Ну и дела! – воскликнула Лула. – Он направляется обратно в квартиру.
Мы бегом пересекли стоянку, вкатились в дверь и побежали наверх, перепрыгивая через ступеньку. Когда мы очутились у квартиры Бриггса, дверь уже была закрыта на замок.
– Мы знаем, что ты там, – орала Лула. – Лучше открой дверь.
– Пыхти и грозись сколько хочешь, тебе никогда не пройти в эту дверь, – заявил Бриггс.
– А мы, черт тебя забери, и не будем, – сообщила ему Лула. – Мы просто отстрелим замок. А потом войдем и вытащим тебя, как грызуна.
Никакого ответа.
– Алло? – позвала Лула.
Мы послушали под дверью, и услышали, как грузится компьютер. Бриггс вернулся к работе.
– Никого так не ненавижу, как этого умника гнома, – призналась Лула, доставая из сумки сорок пятый. – Отойди. Я сейчас разнесу эту дверь.
Прострелить дверь Бриггсу – соблазн был большой, но, наверно, не практично устраивать стрельбу в многоквартирном доме ради парня, который стоил всего семьсот долларов.
– Никакой стрельбы, – заявила я. – Пойду, добуду ключ у управляющего.
– Ничего у тебя не выйдет, если ты не разрешишь стрелять, – возразила Лула. – У него все еще эта чертова цепочка.
– Я видела, как Рейнджер вышибал такую дверь плечом.
Лула примерилась к двери.
– Я бы тоже смогла, – решила она. – Только я же купила это платье на тоненьких бретельках и не хотела бы понаставить себе синяков.
Я взглянула на часы.
– Почти пять, а у меня вечером обед у родителей.
– Может, стоит отложить это дело на следующий раз.
– Мы уходим, – прокричала я Бриггсу в дверь, – но мы вернемся. И ты там поаккуратнее с наручниками. Они обошлись мне в сорок долларов.
– Мы бы с чистой совестью проложили дорогу, открыв стрельбу, учитывая, что он завладел украденной собственностью, – заявила
– Ты всегда носишь пистолет? – спросила я Лулу.
– А разве не все носят?
– Бенито Рамиреза освободили два дня назад.
Лула споткнулась и перелетела через ступеньку.
– Не может быть.
– Мне сказал Джо.
– Кусок дерьма, а не законодательная система.
– Будь осторожна.
– Черт, – произнесла Лула. – Меня он уже порезал. Это ты будь осторожна.
Мы дошли до двери и остановились, как вкопанные.
– Ой–ой–ой, – сказала Лула. – У нас появилась компания.
Это был Торчок. Он припарковался позади нас на стоянке. И выглядел отнюдь не счастливым.
– Как, по–твоему, он нас нашел? – спросила Лула. – Мы ведь даже не на твоей машине.
– Должно быть, следил за нами от конторы.
– Я его не видела. А я ведь хорошо смотрела.
– И я его не видела.
– Хорош, ничего не скажешь, – добавила Лула. – Вот о ком можно бы побеспокоиться.
* * * * *
– Как жаркое? – полюбопытствовала матушка. – Не пересушено?
– Великолепно, – заверила я ее. – Как всегда.
– Я позаимствовала у Розы Молиновски рецепт фасолевой запеканки. Она готовится с грибным супом и сухариками.
– Что бы не намечалось – поминки или крещение, Роза всегда приносит эту свою запеканку, – встряла Бабуля. – Это ее подписное блюдо.
Папаша поднял голову от тарелки и переспросил:
– Подписное блюдо?
– Я позаимствовала это с рекламного канала. Все большие дизайнеры ставят свои подписи то тут, то там.
Папаша потряс головой и склонился ниже над жарким.
Бабуля положила себе добавку запеканки.
– Как идет облава на людей? У тебя уже появились приличные улики по делу Фреда?
– В деле с дядей Фредом – тупик. Я поговорила с его сыновьями и подружкой. Отследила его последние шаги. Побеседовала с Мейбл. Ничего нет. Исчез бесследно.
Папаша пробурчал что–то типа «повезло ублюдку» и продолжил есть.
Матушка закатила глаза.
А Бабуля подцепила ложкой запеканку.
– Нам требуется какой–нибудь экстрасенс, – заявила она. – Я видела по телевизору: звонишь им, и они знают все. Видела парочку таких в ток–шоу, они рассказывали, как помогали полиции искать маньяков–убийц. Я вот смотрела это шоу и думала про себя: будь я серийным убийцей, то разрезала бы трупы на мелкие кусочки, чтобы этим экстрасенсам не так–то легко было работать. Или, может, выкачала бы всю кровь из тела, собрала бы в большое ведро. Потом закопала бы курицу и оставила бы след из крови жертвы, который вел бы к этой курице. Тогда бы тот экстрасенс знать не знал бы, что как с этим быть, когда полиция откопала бы курицу.