Давным-давно
Шрифт:
— Кричи, — довольно затребовал парень, в предвкушении складывая руки на груди.
— Арникус! — возопила Джим и снова совершила попытку прорваться.
Хозяин тут же нарисовался из-за спины и удивлённо воззрился на Джим.
— Что у тебя тут? — обратился он к юноше, при этом не сводя пристального и беспокойного взгляда с Джим.
— Не знаю, какой-то ушибленный на голову, — улыбаясь во весь оскал, пьяным голосом ответил парень, — вот кричать надумал… — Пропустил мимо себя Арникуса, а сам тут же, растеряв весь интерес к происходящему, повернулся и, что-то напевая под нос, направился в комнату из
Арникус подлетел к Джим, схватил за плечи и хорошенько встряхнул.
— Ты что? Совсем, что ли? Зачем пришла? — быстро оглянулся по сторонам. Наклонился к самому лицу и тихо прошептал: — Между прочим, так подрывать мою репутацию с твоей стороны совсем не по-дружески!
За его спиной раздался певучий девичий голос.
— Арникус, душка, куда ты запропастился? Ты ушёл, и всем стало сразу скучно.
У Джим невольно брови поползли на лоб, когда вампир злобно сверкнул очами и жутко скривился при слове «душка». Выпрямился, ухватил за шиворот пиджак Джим и вытолкнул её. Уже за дверью она смогла услышать, как он зло проговорил вслух.
— Никогда больше меня так не называй!
Джим, опешив от такого обращения, от возмущения чуть не задохнулась. Она стояла и глупо таращила глаза, пытаясь рассмотреть хоть что-то в темном коридоре. А ещё она не имела ни малейшего представления, что теперь делать дальше — помощь, на которую она рассчитывала, испарилась. За спиной громко хлопнула дверь, заставив её вздрогнуть. Она неуверенно сделала несколько шагов, остановилась и ещё раз изумлённо взглянула на закрытую дверь позади себя. Всхлипнула и осела на пол. Уже не скрывая слёз, громко и горько разрыдалась.
— Арни, мне так нужна твоя помощь! — Она не успела ещё договорить, как чьи-то сильные руки подхватили её.
Вытерла слёзы и счастливо уставилась в тонкий профиль белокурого юноши. — Арни?! — В порыве благодарности обхватила его шею и прижалась к нему мокрой щекой. — Ты услышал! Ты пришёл!
— Да уж, не услышишь тут! — Покопался в одном, затем другом кармане и выудил на свет тончайший носовой платок. С сомнением посмотрел на чумазое лицо Джим, на белоснежную ткань в своих руках и всё же протянул ей. — На вот, приведи себя в порядок. И давай уже поведай, что на этот раз у тебя стряслось? — Бережно прижал Джим к груди и быстрым шагом направился по лабиринтам тёмных коридоров, уверено ориентируясь в темноте. Возле холла остановился. — Куда дальше? — Джим махнула головой направо. Он тут же свернул в нужный коридор, ни на мгновение не замедляя своего шага и даже не сбившись в дыхании. — Рассказывай!
Она отняла платок от лица и внимательно посмотрела в сосредоточенное лицо друга и тихо проговорила:
— Это всё Виттор, это с ним беда. Он просил не говорить брату. Сказал, что брат непременно прибьёт его или ещё хуже — отправит домой к отцу, к магам клана. Он просил вообще никому ничего не говорить и отказался, чтобы я помогла ему дойти до целительниц. Говорил, что всё обойдётся, потому что нет ничего страшного при такой быстрой регенерации клеток, а это — всего лишь пустячная рана, а любые повреждения всегда быстро заживают. Но что-то пошло не так, прошло так много времени, а рана всё не стягивалась и кровь… много крови…
А потом он и вовсе потерял сознание. Потом открыл глаза и стал бредить, говорил что-то вроде «прекрасно
По путаному объяснению сквозь периодические всхлипывания Арникус смог понять, что у друга Джим было первое и не очень удачное превращение. Зверь вышел из повиновения и чуть не разодрал девчонку, а парень (молодец, что тут скажешь!) в последний момент смог остановить беду, сознательно распоров собственное тело о кованые штыри забора. «Стоп!» Он как вкопанный застыл на месте. «Кованые штыри на заборе есть только в одном месте».
— Джим, где сейчас твой друг? — очень серьёзно спросил Арникус, заглядывая ей в глаза.
Девочка дёрнулась, внимательно посмотрела на него и вдруг вспомнила, поняла. Вывернулась ужом из его руки и бегом помчалась в дальний сад.
— Я сейчас. Я притащу его сюда. Ты только подожди меня здесь. — Шаг, ещё один, и вот она уже снова на руках юноши. — Что ты делаешь? Тебе ведь нельзя! Арни, пусти!
— Прорвёмся, малыш. Мы ведь ненадолго? — Он как-то по-особенному посмотрел на неё. — Тем более, столько лет уже прошло, обо мне уже наверняка и забыли!
Они остановились возле небольшой хвойной рощицы. Парень ещё находился в сознании, но явно не горел желанием принимать помощь от кого-либо. Казалось, что он полностью дезориентирован и никого не узнаёт.
Джим присела рядом и потянулась к нему, но парень зарычал и дёрнулся от неё в другую сторону. «Да он почти на грани! Совсем не соображает от боли». Когда Арникус наклонился над ним, чтобы рассмотреть повреждения, тот посмотрел на него безумным горящим взором и впал в беспамятство.
— Плохо дело, регенерация идёт полным ходом. Вот только беда — что-то попало внутрь. — Арникус многозначительно посмотрел на живот мальчишки, потом бросил взгляд в сторону забора. За ним живой изгородью рос низкорослый кустарник. — Надо вскрывать.
— То есть, как вскрывать? — В голосе Джим звучал ужас.
Арникус наклонился и что-то плеснул в рот молодому оборотню. Тот резко дёрнулся и забился в конвульсиях. На этот раз Джим даже не пыталась удержать друга, это делал сам Арни. Девочка поднялась на ноги, заломила в отчаянии руки, зажмурила глаза. Дальнейшее происходило как в кошмарном сне — страшно, быстро и непонятно. На изящных руках Арни вдруг отросли острые когти. Он молниеносно полосонул ими по краям медленно затягивающейся раны. Довольно проурчал, когда обнаружил причину боли и воспаления. Что-то вытащил, снова плеснул жидкостью из пузырька, но уже на края пореза, и наклонился вперёд, тихо шепча на ухо бессознательного юноши простейший заговор на исцеление. Лицо больного моментально расслабились. Джим теперь уже не старалась закрывать глаза, робко подошла ближе и присела рядом с ними. Посмотрела на Арни, посмотрела на Виттора и, волнуясь, спросила: