Дары ангела
Шрифт:
– И бедняги перерыли землю подо всеми статуями? Да, а в фильме смешно смотрелось.
Внезапно меня озарила догадка:
– Речь идет о Питере!
– Что?
– В нашей шараде нет намека на место, город, потому что это Питер! Чернов тут жил, спрятать надо было быстро и тайно. Везти далеко – это риск, дополнительные сложности. Нужен транспорт, может, помощники, а это всегда чревато. Слыхала, говорят: «То, что знают двое, знают все»? Проверено опытным путем, утверждение верное.
– Хочешь сказать, что Федор знаки наносил для детей? Чтобы они смогли найти клад без него?
– Все чужие соображения не просчитать. Если Чернов
– Осталась совсем ерунда: найти в Питере ангела, там и копать.
– Ты про вечность забываешь.
– Как раз нет! Я уже догадалась, что искать этот клад можно вечно!
– Клады искать – дело хлопотное, – я хитро улыбнулась, – лично у меня вечность ассоциируется с вечным покоем.
– А место, где люди обретают вечный покой…
– Это кладбище.
– Час от часу не легче. Теперь все погосты придется обойти?
– Только старые, современные кладбища можно смело исключить. Задача все равно остается сложной. И еще, должна предупредить тебя.
– Об опасности?
– Нет, хотя это само собой разумеется.
– Тогда что?
– Не хочу, чтобы ты питала иллюзии. Может статься, что мы ничего не найдем.
– Клад уже мог кто-то отыскать? Например, случайно?
– Его Величество Случай часто вносит коррективы в жизнь. Так что не исключено. И еще, знаешь, почему история насчитывает огромное количество утерянных кладов? Притом что доподлинно известно, кто, что и где спрятал?!
– Нет. Если место указанно верно – копай, и найдешь.
– Время! Оно меняет местность до неузнаваемости и стирает ориентиры.
– Все равно не пойму.
– Приведу пример, написано: «Пройди десять шагов на юг от восточной стены замка». Но замок давно разрушен, следов и планов не осталось – все, точка отсчета утеряна. Или так: «Клад зарыт под старым дубом на овальной поляне». Прошло лет сто пятьдесят – ландшафт местности изменился, поляну не узнать, дуб истлел от старости. Вот я и намекаю, что спустя столько лет будет огромной удачей, если нужный нам ангел стоит на своем месте.
– И это все при условии, что мы с тобой правильно истолковали знаки.
– Вот именно. А ты обзывала меня оптимисткой, я скептик.
– У меня от мыслей и рассуждений скоро голова лопнет. Пойду зашью монету в подкладку.
– Конечно, тебе нужно отвлечься, время за полдень, а мы все штудируем нудные справочники и варианты перебираем. Пожалуй, приготовлю что-нибудь перекусить.
Собираясь пройти на кухню, я мельком глянула на монитор ноутбука и вспомнила, что должно прийти письмо от Генки. Может, приятель уже справился? Прочту, пока Вероника занята. Генка не только прислал распечатку, он даже провел анализ для меня и набросал итог: чист твой нумизмат, Охотникова. Звонил водителю, жене, молодой любовнице, владельцу офисного центра, паре клиентов. Последних проверил, люди солидные, в различных авантюрах замечены не были. Один жене подарок покупал, другой увлекся монетами и украшениями бронзового века, консультировался у нумизмата. Так что ищи утечку в другом месте. Жду эсэмэску, целую.
– Одобряю, – пробормотала я.
Валентин Петрович человек хороший. Подозревать его было
Прикидывая, как расспросить Веронику о Максиме, чтобы зря не насторожить и не обидеть девушку, я заметила, что пришло еще одно письмо. На сей раз от хакера. Он выслал все, что смог найти на Чернова. Я позвала Веронику, и мы вместе стали читать.
Послужной список Чернова безупречен, вплоть до обвинения в измене и расстрела. Даже тот факт, что Чернов женился на дворянке Ольге Мещерской, не испортил его репутации. Во время революции и позже, в мирное время, и во время Второй мировой войны Чернову продолжали поручать секретные операции, которые он проводил с блеском, применяя недюжинный ум и нестандартное мышление.
– Вот видишь, – шепнула я Веронике, – твой прадед был умный.
В засекреченных архивах всплыл один интересный документ. Во время следствия, помимо многочисленных пыток, Федору Чернову устраивали психологические расстрелы. По сути, это жестокий театр: идет заседание трибунала. Подсудимому зачитывают приговор – расстрел. Выводят во внутренний двор. Ставят к стенке, у которой уже стоят несколько других заключенных. Звучит команда – залп. Все убиты – Чернов жив. После этого сразу на допрос. Подобный метод сломал многих людей, тех, у кого хватило сил и мужества противиться физическим пыткам. Но Чернов не сломался.
Я бросила быстрый взгляд на Веронику. Кусает губы, нервничает, но держится.
Протоколы допросов, что были изъяты из дела Чернова, найти не удалось. Складывается впечатление, что некто умело замел следы. Еще в засекреченных ранее документах всплывает интересный факт: Чернов лично расстрелял остальных членов семьи жены. Николая Мещерского, его жену Галину и двух младших братьев – Петра и Павла.
Вот это поворот событий! Ведь Чернов предложил Ольге Мещерской сделку: она становится его женой в обмен на жизнь родных. Значит, он заранее все решил и не собирался рисковать карьерой и жизнью. А Ольге попросту врал. Вот же гад!
– Чудовище! – Вероника задыхалась, как долго бегущий человек, который вдруг решил поговорить. – Господи! Я правнучка такого чудовища!
– Тихо, просто дыши. Вот, выпей водички.
– Женя, ты не понимаешь, я все это время думала, решала, как примириться с мыслью, что мой прадед грабил и убивал людей?! Даже ради идеи, в которую верил! А теперь, сейчас, как мне с этим жить!? – Вероника, бледная, с сухими глазами, тряслась как в ознобе, – он убил их всех! Родных, любимых людей Ольги! А потом затянул бедную девочку в свою постель! И она родила ему детей! Женя, ты понимаешь, какой это ужас?! Господи, а я надеялась когда-нибудь разыскать родню. Ведь я совсем одна на белом свете! – Теперь она выкрикивала короткие, словно рубленые, фразы, продолжая лихорадочно трястись.
Я уже стала опасаться серьезного нервного срыва и прикидывала, что делать, когда девушка наконец разрыдалась.
– Ты поплачь, может, легче станет. Ложись на диван, я сейчас тебя пледом укрою. Хочешь, чайку заварю? С ромашкой? Гадость страшная, но, говорят, успокаивает.
– Спасибо, Женя, не хочу. И есть сегодня не буду. А ты сходи перекуси.
– Если что-то понадобится, зови.
Я тактично удалилась, прихватив на кухню ноутбук. Пусть немного одна побудет.
Через некоторое время все же заглянула в комнату с чашкой ромашкового чая. Наплакавшись, Вероника уснула.