Дартмур
Шрифт:
Пусть теперь кто-нибудь попробует перебить этот бессмысленный шум. Он и сам не ожидал такого эффекта. Он ему на хер не нужен.
Не открывая глаз, закинул ноги на стол. Туфли во что-то врезались, сдвигая на край.
Что там еще?
Раздражение провело когтем по горлу.
Небольшая синяя прямоугольная коробка. Подарочная.
На крышке выгравирована серебряная буква "Д" с фамильным орнаментом.
"Какого черта?"
Подтянул ее к себе
Цепи зазвенели, готовые в любой момент затянутся вокруг легких. Из живота поднялась тошнота.
До пятого курса он каждый год получал такую коробку с подарком в день рождения. Это было приятно.
Тогда.
Легкое волнение, ожидание.
Тогда. Но не сейчас.
Он уже три года никак не отмечал этот день. Отец ничего не присылал и не поздравлял. Ни гребаного письма с одной строчкой. Ничего. Словно старался стереть из истории.
"Блять, ты даже забыл, что у меня завтра день рождения. Пятого ноября, сука, а не четвертого".
Откинул крышку и рассмеялся. Со злостью. Неприкрытой, явной.
Бархатная черная ткань натянута сверху. На ней — записка. Так всегда делала мама, чтобы не убить интригу раньше времени.
"Моему сыну", — надпись на лицевой стороне.
Брезгливо скривился, переворачивая плотный дорогой подарочный картон.
"Я помню, что ты родился 5 ноября.
Насладись сегодня.
P.S. Она была прекрасна, не правда ли?"
Тяжелый выдох вспорол пространство. Бросил псевдо-открытку, откидывая бархат.
Пальцы затряслись, чего с ним обычно не бывало. Цепи сделали свое дело: привычно вышибли воздух, не позволяя больше вдохнуть.
Кое-как поддел тяжелую металлическую рамку с фотографией внутри.
Маленький мальчик с широкой улыбкой, и женщина с не менее радостным видом. В одинаковых зеленых глазах застыла радость момента. Счастье в них будто можно потрогать — настолько оно осязаемо.
Живые эмоции, пусть и недвижимые, невозможно не распознать. В них нет фальши.
Мать, которая бесконечно любит свое ребенка, прижимает к себе, треплет непослушную копну шоколадных кудрей. Как у нее. Только гораздо короче.
Он, тонкими руками обхвативший ее шею. Просто рад, что она рядом. Дарит свое тепло. Делится искренними эмоциями, укутывающими, словно в пушистый плед.
Выдох. Короткий. Рваный.
Как от резкого удара.
Руки тряслись. Сильно. Непривычно.
Рамка выскользнула, ударилась о стол. По стеклу расползлась паутинка трещин, точно по ее лицу.
Почувствовал мокрую дорожку на щеке.
Что это?
Провел
Дыхание участилось вместе с поднимающими головы демонами.
"Конченная гнида! Мразь! Ублюдок!"
Крик в мыслях оглушал, а из груди вырывалось только рычание.
Коробка полетела в камин. Перевернул кресло, не в силах сдерживать рвущийся наружу гнев.
В голове пронеслись миллионы самых страшных проклятий в адрес одного единственного человека. Его отца.
Он не заметил, как гостиная от его рук превратилась в поле боя. С самим собой.
"Даже для тебя, Армер Дейвил, это слишком".
Обессиленно опустился на пол напротив камина, сложив руки на согнутые колени. Кисти безвольно повисли. Перед глазами только пламя огня. И, похоже, только его свет еще играет в зеленых радужках, потому что его собственный в них давно потух.
Эпизод 65. Что с нами стало, Фоукс?
Феликса не двигалась, медленно обводя комнату взглядом.
Что здесь произошло?
Первый и логичный вопрос.
Кресла перевернуты, как и стол. Диван у лестницы повернут боком, с письменных столов все сброшено на пол.
Неуверенно шагнула вперед.
Кто это мог сделать? И зачем? И как…
Еще несколько небольших шагов и снова застывает на месте.
Дейвил на полу у камина, в позе совершенно ему несвойственной. Плечи опущены, локти лежат на согнутых коленях.
Из-за перевернутого стола она не могла его заметить раньше.
Это он все устроил?
"Глупый вопрос, конечно. Он сидит среди бардака".
Не повернулся, хотя наверняка почувствовал ее взгляд.
И что сделать? Оставить его, пусть приходит в себя? Или попытаться узнать, что случилось?
"Так он и рассказал, да. С подробностями".
Боже… Дейвил, почему тебя хочется поддержать даже заранее зная, что ты оттолкнешь?
Вытянула руку дотронуться до его плеча и одернула, сжав пальцы.
Не стоит его трогать.
Лучше уйти. Дать побыть одному.
Повернулась к лестнице, сделала несколько шагов, а внутри все тянуло обратно. Развернуться, подойти. Спросить. Или просто помолчать, но не оставлять одного.
Зажмурилась, сжимая кулаки и кляня себя за слабость.
"Ему не нужна твоя поддержка, Феликса".
Выдохни и иди к себе.
Обернулась через плечо. Сидит также и, кажется, не шевелится.
"Что с тобой произошло? Разбитая губа, теперь это".