Дар

Гарвуд Джулия

С Норой все в порядке, – вставил Джимбо.

Натан подал Джимбо знак посторониться и вошел в каюту. Сара продолжала от него пятиться. Она увидела, что его челюсти крепко сжаты, а это было дурное предзнаменование.

– Ты чем-то огорчен? – спросила она Натана слабым шепотом.

Он кивнул.

Она решила уточнить:

– Ты расстроен из-за меня?

Он снова кивнул и закрыл дверь ногой.

– Но почему? – спросила она, изо всех сил стараясь не показывать ему своего страха.

– Суп. – Голос Натана звучал гневно. Его

ответ больше ошеломил ее, чем напугал.

– Команде не понравился суп?

– Это было не преднамеренно?

Так как она не представляла, что он имел в виду, то не ответила. В ее глазах он видел смятение. Он закрыл глаза и посчитал до десяти.

– Значит, ты не хотела убить моих людей? Она судорожно сглотнула.

– Конечно, я не пыталась их убить. Как ты мог сделать такое дикое предположение? Команда – это теперь часть моего персонала, и само собой разумеется, что я никогда не причиню им ни малейшего вреда. И я очень сожалею, что им не понравился мой суп. Я и не подозревала, что они такие разборчивые едоки.

– Разборчивые едоки? – Он не произнес, а прорычал эти слова. – Двадцать человек из моей команды свесились за борт, и их рвет супом, который ты сварила для них. Еще с десяток человек в агонии корчатся в своих гамаках. Они еще живы, но с уверенностью можно утверждать, что они предпочли бы умереть.

Его слова напугали ее.

– Я ничего не понимаю, – выкрикнула она. – Не хочешь ли ты сказать, что мой суп никуда не годен? И люди больны из-за меня? О Господи, я должна пойти и успокоить их.

Он схватил ее за плечи, когда она попыталась обойти его.

– Успокоить их? Сара, по меньшей мере двое из них скорее успокоят тебя, выбросив за борт.

– Они не могут выбросить меня за борт, я их госпожа.

Ему хотелось закричать на нее, и тут он понял, что уже делает это. Потом он перевел дыхание.

– Да, черт возьми, они не станут кидать тебя за борт, – произнес он.

Натан подтащил ее к кровати и швырнул на разноцветное одеяло.

– А теперь, жена, ты мне расскажешь, как ты варила этот чертов суп.

Она разрыдалась. Натану понадобилось целых двадцать минут, чтобы выяснить причину несчастья, но не Сара все ему объяснила. Айван вспомнил о подпортившихся кусках мяса, которые он оставил на буфете. Он также вспомнил, что не сказал Саре о том, что оно было негодным.

Чтобы Сара не причинила больше никакого вреда, Натан запер ее в каюте. Она обиделась на него за то, что он не выпустил ее к людям, чтобы она могла принести им свои извинения.

Этой ночью он не пришел, так как был вынужден вместе с остальными здоровыми членами команды нести вахту. Сара не понимала смысла его дежурства и решила, что он был слишком сердит на нее и не захотел спать рядом с ней.

Она не представляла, как набраться смелости снова появиться команде на глаза, Как она сумеет убедить их в том, что не имела против них никакого злого умысла? Это беспокойство даже на короткое время переросло в злость. Ну как

эти люди могли поверить, что их хозяйка могла взять на душу такой грех?! Считая, что она может причинить им зло, они порочили ее доброе имя. Сара решила, что, как только она завоюет их расположение, она непременно проведет с каждым из них серьезную беседу о том, что нельзя никогда делать слишком поспешных выводов.

Натан тоже не спешил простить ей ошибку. Он пришел в каюту только следующим утром. Бросив на нее взгляд, он не произнес ни слова. Он упал на неразобранную постель и проспал все утро.

Переносить одиночество она была больше не в силах, так же, как больше не могла выносить его храп. Было начало первого часа пополудни, когда она тихонько выскользнула за дверь. Она поднялась на палубу, намереваясь прогуляться.

Это предприятие оказалось довольно унизительным. Каждый матрос при ее приближении поворачивался к ней спиной. Лица большинства из них еще сохранили серый оттенок, были хмурыми и неприветливыми. К тому времени, когда она достигла узких ступенек, ведущих на верхнюю палубу, ее глаза были полны слез. Она едва понимала, куда идет, но ей как можно скорее хоть на несколько минут хотелось избавиться от недобрых взглядов.

На верхней палубе ничего, кроме мачт и канатов, не было. Там вряд ли было место для прогулок. Но возле самого большого паруса Сара нашла укромное местечко и села, положив свой раскрытый зонтик между двумя толстыми веревками.

Она не знала, как долго просидела там, пытаясь придумать план, как убедить людей снова полюбить ее. Скоро ее лицо и руки стали розовыми от солнца. Но леди не годилось ходить бронзовой от загара, и Сара решила, что ей лучше вернуться и заглянуть к тетушке Норе.

Было бы приятно сейчас поговорить с кем-нибудь, кто ее любит. Нора не станет винить ее. Да, приятная беседа – вот что ей было нужно.

Она встала, но как только потянула за зонтик, обнаружила, что его тонкие спицы безнадежно запутались в веревках. Ей понадобилось целых пять минут, чтобы ослабить на веревках узлы и частично освободить зонтик. Но поднялся сильный ветер и усложнил ее задачу. В звуке громко хлопающих над головой парусов потонули ее отчаянные крики. Она бросила это занятие, когда ткань зонтика порвалась. Тогда она решила позвать на помощь Джимбо или Мэтью.

Сара оставила запутавшийся в веревках зонтик и спустилась вниз.

Раздавшийся вслед за этим грохот от падения чего-то тяжелого почти отбросил ее к борту корабля. В ту же секунду Честер подхватил ее. В то мгновение, когда они обернулись на звук, доносившийся с верхней палубы, они увидели, что одна из мачт ударилась о другую. Честер бросился бежать к ступенькам, ведущим наверх, призывая на помощь. Сара решила, что ей лучше убраться подальше от поднявшегося вокруг хаоса. Она пропустила промчавшихся мимо нее людей и направилась в каюту к Норе. Мэтью как раз выходил оттуда, когда она гордо прошествовала мимо него.