Дар ведьмы
Шрифт:
— Это тот случай, когда веками сложившиеся традиции тесно переплелись с законодательством о наследовании, — приятным баритоном сообщил юрист. — По канонам заявить о своем желании возглавить дворянский род имеет первоочередное право одаренный, являющийся кровным родственником главы рода: сын или дочь. Пол ребенка значения не имеет, но все же предпочтение отдают сыновьям. Когда приходит время, юноша должен доказать, что обладает сильным уровнем дара и волевым характером. Испытание для каждого претендента уникально. Подготовиться к нему невозможно, ибо у всех оно проходит по-разному. Когда все заканчивается,
Кромешная темнота, чей-то пристальный взгляд. Потом каменюка сожрала руку. Не ужас — ужасный, но артефакт конкретно потрепал мне нервы. Даже думать не хочу, через что проходят другие.
Нахмурившись, я неодобрительно качнула головой, спросила:
— А если отпрыск не прошел испытание? Допустим, все подходящие по критериям сыновья завалили проверку?
— Это позор. Сильно страдает репутация рода. Поэтому к выбору наследника подходят крайне тщательно. Осечек настолько мало, что о них и упоминать не стоит. Однако довольно часто случается, что все мужчины в семье погибают, — юрист встал из-за стола, подошел к окну. — Во избежание возможного позора, достигших совершеннолетия дочерей не отправляют на испытание. В установленные законом две недели девушки просто-напросто не являются в государственный приказ. И тогда главой рода назначается опекун: в вашем случае — мать.
Анализируя полученную информацию, я мазнула взглядом по собеседнику. Заложив руки за спину, Анатолий Федорович все так же смотрел на медленно падающий снег.
Осторожничая, я мысленно обратилась к высшей сущности:
«Або, ему можно верить?»
«Он сказал тебе правду», — моментально ответил ушастик.
«Спасибо. Ты там как? Не душно в кармане?»
«Давно нахожусь в твоем номере. На подушке удобнее».
«Кто бы сомневался», — я едва заметно улыбнулась. Зацепив боковым зрением движение, повернула голову.
— Мне никто не говорил, что имею право возглавить род. И девочки в пансионате никогда не затрагивали этой темы, — прошептала призрачная боярышня. — Дар огня у меня был слабенький. Только свечу зажечь. Вот почему матушка не захотела меня видеть. Испугалась, что пойду на испытание и опозорю род, — судорожно всхлипнув, девушка прижала ладони к лицу и горько расплакалась.
Я сердито поджала губы. Боярыне всего-то надо было серьезно поговорить с дочерью! Сразу же, как та вернулась из своей закрытой школы. Глядишь, эта дуреха не полезла бы будить духа рода, не погибла, и вообще все сложилось иначе.
Стоп. Кто-то же умышленно изменил текст ритуала. Срочно надо выяснить, где боярышня его вообще нашла. Скоропалительные выводы делать не стоит, но чует сердце, без вмешательства Антона Леонидовича не обошлось.
— Анатолий Федорович, — позвала я юриста. Как только тот обернулся, спросила: — Что подразумевается под фразой: «ограничение опекуна в распоряжении имуществом»?
Мужчина вернулся к столу. Сев на свое место, спокойно ответил:
— Это означает, что вплоть до вашего совершеннолетия боярыня Апраксина не имела права продавать имущество. Однако она могла осуществлять от вашего имени иные сделки: брать кредиты под залог недвижимости,
— То есть сейчас Варвара занимает помещение гостиницы без действующего договора?
— Вот именно. Правда, есть один нюанс, благодаря которому мне удалось убедить представителя боярина Силантьева покинуть гостиницу. Есть такое понятие, как период охлаждения. Оно применяется в таком случае, как ваш. После достижения совершеннолетия наследнику дается две недели не только для реализации права возглавить род, но и для того, чтобы решить: желает он продлить договор аренды на прежних условиях или нет. Требования об освобождении помещения в документах Варвары я не нашел.
Ох уж эта юриспруденция! Аж зубы сводит. Зато теперь понятно, почему юрист первым делом спросил, когда я стала главой рода. Пытался разобраться со сроками.
Переварив услышанное, я попросила:
— Поправьте, если ошибаюсь. Получается, если бы я не стала главой рода, то через две недели после моего восемнадцатилетия назначили бы мою мать?
— Верно.
— И до этого момента ни она, ни тем более ее супруг не имеют законных оснований продавать имущество, принадлежащее роду?
— Именно так. Скажу больше. Все соглашения о намерениях продать что-либо в период охлаждения — ничтожны. Они не имеют юридической силы и не подлежат исполнению.
Опаньки. У хлыща Антона Леонидовича явно свербит в одном месте. Не выдержал, бедолага, начал искать покупателей. Вот сюрприз-то ему будет! Ничуть не удивлюсь, если этот алчный господин выклянчил у боярина Силантьева задаток. Проблемы-то не мои, а отчима. Однако все его долги вполне могут стать моей головной болью.
— Александра, позвольте узнать, какие у вас планы в отношении договора аренды с Плотниковой? — мягкий баритон юриста ласкал слух.
— Встречный вопрос, — я усмехнулась и без обиняков спросила: — Стоит ли мне продлевать договор с Варей? Насколько знаю, аренду она платит исправно. Претензий в этой части к ней нет. Однако у меня есть определенные сомнения по поводу рентабельности гостиницы. Что скажете?
— Вы правы. Варвара перманентно терпит убытки, — юрист нахмурился.
— Вот и я о том же. Хозяйка гостиницы не может себе позволить нанять сотрудников. Абсурдная ситуация. Честно признаться, деньги я терять не готова. Но даже если уменьшу на время размер аренды, то, боюсь, это не поможет. Постояльцев здесь кот наплакал. Дополнительные услуги не оказываются. В общем, перспективы не радужные. А Варя и так работает на износ.
Мужчина потер пальцами переносицу.
— Абсолютно с вами согласен. Если не возражаете, я бы хотел наедине пообщаться с Варварой. У меня есть определенные идеи. Прежде чем вам их озвучивать, надо обсудить все с Плотниковой. Скажем, завтра во второй половине дня вам будет удобно сюда подъехать? В шестнадцать часов вас устроит?
Упс. Он ведь не знает, что я живу здесь. Впрочем, что мне мешает прямо сегодня сменить место проживания? Конечно, страшновато ехать в особняк. Да и не особо хочется, но все одно придется. Раз так, то сейчас и поеду.