Дар ведьмы
Шрифт:
— В замке учебную тревогу объявили. Ректор все студентов гоняет. Так что если ужин и будет, то очень поздний. Вот решила вас покормить. А то совсем отощаете, — беспрестанно улыбаясь, женщина вразвалочку подошла к хозяйке скромной комнаты.
Поставив на столешницу блюдо с ароматно пахнущей выпечкой, Горохова пристально посмотрела на девушку: казалось, та находилась в прострации.
— Так даже будет проще, — шепнула на грани слышимости Анна Ивановна.
И неожиданно вцепилась в плечо «Александры». Выпрямившись большегрудая женщина застыла с предвкушением на лице. Но уже через мгновение с недоумением
Дородная женщина ошарашенно похлопала ресницами.
— Не понимаю, — прошептала на грани слышимости. Совладав с изумлением, она заорала: — Привратник! — покраснев, до цвета спелого помидора, уставилась на появившуюся из ниоткуда здоровенную фигуру в черном плаще. Указав пальцем на пустой стул, прошипела: — Что за дрянь?!
— Фантом серебряной ведьмы. Вы его разрушили, хозяйка, — бесстрастно сообщила высшая сущность.
Глядя в спину «Хранителя» некромант, мысленно удивленно хмыкнул. Пробудившаяся родовая сила не позволяла оказывать на царевича даже малейшее телепатическое воздействие. И вот сейчас Дмитрий впервые увидел существо из другого мира в истинном обличье.
«Гигантская медуза. Надо же. Правильно делает, что скрывает, как выглядит. Не у всех крепкие нервы, — мужчина перевел взор на пухлощекую повариху: — Кто же в твоем теле сидит?»
Тем временем Горохова побагровела от злости. Стиснув добела кулаки, она сквозь зубы процедила:
— Тупой слизняк. Где девчонка?!
— Минуту, — обронило существо. Спустя короткую паузу, доложило: — город Владимир. Гостевой дом «Заря».
Раздувая ноздри и скалясь, Анна Ивановна несколько мгновений стояла недвижимо.
— Мне плевать, как она там оказалась. Сейчас же притащи ее сюда! — голос женщины дрожал от ярости.
— Хозяйка, наложенные вами печати повиновения запрещают покидать территорию академии. Я не могу выполнить этот приказ.
«Да ладно? В Горохову вселился дух мага-основателя академии? Вот это сюрприз. Я был уверен, что В. Гомаюн мужчина, — некромант нахмурился. — Зато многое стало понятно. Позже надо будет непременно поговорить с наставником. Чутье подсказывает, что без этого интригана в этой истории не обошлось».
В этот момент, окончательно утратив контроль над эмоциями, повариха с силой пнула стул. Тот отлетел к шкафу, а женщина застонала от боли. Доковыляв до кровати, Анна Ивановна грузно плюхнулась на жесткое ложе. Скривившись, раздраженно скинул туфлю. Увидев, что большой палец наливается синевой, с ненавистью выплюнула:
— Как ты мне надоела, корова!
Через удар сердца тело поварихи обмякло, завалилось набок. Воздух зашевелился и в шаге от постели появилась надменная старуха в старинных одеждах. Смерив взглядом «Привратника», она презрительно усмехнулась.
— Значит, сделаем иначе. Внуши девке, что ей срочно надо вернуться в академию.
— Хозяйка, должен вам напомнить. Дар серебряной ведьмы у девушки активен. Воздействовать на ее разум смогу максимум пять секунд. Мне не хватит времени для полноценного внушения.
— Бесполезная медуза, — старуха злобно прищурилась.
И с размаху залепила пощечину подневольному существу. Студенистое тело задрожало, отлетело к двери.
«Заносит бабушку. Пора отправлять ее обратно в загробный мир», — Дмитрий деактивировал
— Ты жив? — лицо кровожадной старушенции вытянулось от изумления.
Усмехнувшись, царевич невозмутимо смотрел на вполне себе материального духа. Когда основательница академии более-менее пришла в себя, глубокомысленно произнес:
— Госпожа Гомаюн, понимаю, что женщин в замке очень мало. Однако у той же экономки, пусть крохотный магический источник, но есть. Вы же архимаг, зачем обрекли себя на полное отсутствие силы? Почему решили вселиться в неодаренную? На мой взгляд, для вас, — он сделал акцент на слове, — тело поварихи Гороховой абсолютно не подходит, — Дмитрий неодобрительно покачал головой.
— Она моя кровная родственница, — презрительно ответила старушенция.
— И что с того? — некромант вопросительно приподнял брови.
Седовласая пожилая женщина с задумчивым видом оглядела статного красивого мужчину с головы до пят. Видимо, придя к какому-то выводу, изобразила вселенскую скорбь.
— Вы царевич родились с золотой ложкой во рту. Вряд ли поймете. И все же постараюсь объяснить. Я была по-настоящему одарена. И все же мне всю жизнь приходилось доказывать, что ничуть не хуже мужчин. Однако, как ни старалась все мои заслуги, присваивали себе представители сильного пола. Я создала эту академию, но разве кто-то знает, что маг-основатель женщина? Гениального ученого В. Гомаюн почитают. А о том, что меня звали Виктория, удачно позабыли, — по сморщенной щеке потекла одинокая слезинка.
«Жестокая, хитрая. Еще и великолепная актриса. Уверен, сейчас начнет давить на жалость, — Дмитрий про себя усмехнулся. — Можно еще немного с ней пообщаться. Информация лишней не будет».
Помолчав, царевич ровным тоном спросил:
— Вы пожелали воскреснуть, когда мир станет иным?
Кивнув, старушка печально вздохнула. Украдкой покосившись на «Привратника», застывшего у выхода из комнаты, с тоской прошептала:
— Мне пришлось несладко. Муж деспот и тиран. Детишек, увы, высшие силы не дали. А все мои научные труды, с мужской подписью: В. Гомаюн. Жизнь прожита зря. У меня был шанс воскреснуть, сохранив все знания и опыт. Я хотела принести пользу потомкам! Оттого обратилась к ученому-некроманту. И вот результат, — женщина всхлипнула, — мой дух в кровной родственнице женского пола, переступившей порог элитной военной академии. Да вот только в поварихе нет ни капли магии.
— Как фамилия некроманта?
— Понимаю, профессиональный интерес, — старушка выудила откуда-то из складок платья полупрозрачный платок, промокнула слезу. — Его фамилия Эшер. Вряд ли вам знакомы его труды.
«Шах и мат. Все встало на свои места. Учился я по личным рукописям и дневникам талантливейшего некроманта Эшера. А отдал их мне наставник. По всей видимости, Алексей Владимирович, кое-что оставил себе», — на скулах мужчины заиграли желваки.
— Дмитрий, вы не сердитесь на коллегу. Он действительно старался, хотел, как лучше. Ну а что получилось, сами видите. Я без малого полтора года, как очнулась в теле поварихи. Управлять им могу максимум час. Все остальное время ючусь на задворках подсознания глуповатой родственницы. Уж и не знала, что делать. Вот, выкручиваюсь как могу, — старушка виновато улыбнулась.