Твой гулкий и пустынный домC порога презирает гостью;Исчезли те, кто жили в нем,Остановилось время. Осень.Былых историй круговертьСкрипит квадратами паркета,И смотрит равнодушно смертьИз потемневшего багета.Все прошлому подчинено,Пронизано священной пылью.Дождь с призраками заодно,О настоящем все забыли.Ревнивы перезвоны дней,Коварна судеб позолота…Не задержусь среди тенейВ готическом пространстве грота.
«Не слишком
сильно, чтобы не устать…»
Не слишком сильно, чтобы не устать,Не ослабеть, привязываясь к телу…Твоя душа свободна и пуста,Моя – среди руин – окаменела.Не оставайся, разум не тревожьКрасноречивым строем доказательств,Когда кругом – обыденная ложь,Охота к перемене обстоятельств.
«Ты постепенно забираешь жизнь…»
Ты постепенно забираешь жизнь,Перекрываешь дружеские связи,Ломаешь женских судеб витражи,Лишаешь души творческих фантазийИ вымещаешь ревность, зависть, злость,Обрушивая гильотину слова…Я вижу твой жестокий дар насквозьИ становиться жертвой – не готова.
«Дождь моросящий, улица пуста…»
Дождь моросящий, улица пуста,В который раз судьба ведет по кругу…Шершавостью осеннего листа,Как поцелуем, холодишь мне руку. Пора прощаться. Поднят воротник.Что говорить? В душе озноб и слякоть!Ты к расставаньям так давно привык,Что даже боль – смирилась и иссякла.Сверни свои лукавые силки!Я и сама легко иду сквозь лица…Мы до сих пор безмерно далекиОт радостной способности влюбиться.
«По комнатам бродил кофейный дух…»
По комнатам бродил кофейный дух,И поднимались звуки фортепьяно,Играли ветви звездами в саду —В картине мира не было изъяна.Вот только жизни не осталось в ней,Исчезла я, распавшись многократно…И никаких скорбей, полутеней,Печалей по ушедшим безвозвратно.
«Уходит юность. Плачу, провожая…»
Уходит юность. Плачу, провожая,Но ничего уже не изменить…Открылись изумрудные скрижали —Безмолвием пронизанные дни.Другая жизнь стоит за поворотом,Зажглись костры на дальнем рубеже,И вспоминаю чаще с каждым годомВсех, кто остался музыкой в душе.
«Рыцарь мог царевну встретить…»
Рыцарь мог царевну встретить,Но прекрасна и стыдливаТа, которой нет на свете, —Дева лунного прилива.Долго шел за ликом бледным,Покорял моря и страны,Гимном радостным, победнымИсцелял шальные раны.И вились по небу кудри,Как заоблачные лозы,В прихотливом перламутреТаяли слова и грезы.Так устал он видеть тени,Птиц серебряные стаи,Той, кого не ведал в теле,Той, чье имя – символ тайны.Выбрал женщину земную,Из соленой, жаркой плоти,И провел с ней жизнь другую,В изнурительной работе.Пробудился перед смертью:Рядом с ним – юна, игрива —Та, которой нет на свете, —Дева лунного прилива.
сад в задумчивой раме,Дышит зал, бездонный и черный,Замирая, музыка плачет.
«Когда могильной стужей веет…»
Когда могильной стужей веет,И больше никого нет рядом,Что остается? Только верить:Тьма не закончится распадом,Сомнения глухие ночиОтмучают, пойдут на убыль,И разомкнут обет бессрочныйЛьдом запечатанные губы.Нет одиночеству предела,Спят чувства в лунном зазеркалье…Я искусителям не пела,Когда они мой дар взыскали;Осталось пережить беззвучье,На голоса не расколоться!..Жизнь мудрому терпенью учит,Бросает луч на дно колодца.
«Пора спускаться с заповедных звезд…»
Пора спускаться с заповедных звездВ миры, где дух умолк в оковах тела,От нелюбви земля окаменела,В сердцах разбитых поселилась злость.Как тяжело принять исход борьбы, —В зените солнце остывает, меркнет!..И настигает непреложность смерти,Лишив надежды – избежать судьбы.Но все же – вниз! Пусть замкнут циферблат,Стальная власть имеет доступ к силе…Огонь творенья мы не погасили,Спасая души всех, кто был крылат.
«Я тишину храню от посторонних…»
Я тишину храню от постороннихЗа крепостью краснокирпичных стен:На перекрестке улиц дом построен,Со всех сторон – обстрел гудков, сирен.А для меня многоэтажный терем —Фантазии спасительный приют:Его несчастья, горести, потериКругами лабиринта обойдут.Открыты окна силам вдохновенья.Ночами льются лунные лучиИ таинства любви, стихосложеньяПытаются дотошно изучить.Встречаю души тех, кто был и будет,Издалека разносится их речь…Хранят секреты яблоки на блюде,Таятся книги от случайных встреч.Но если ты войдешь в мои покоиОдним из очарованных гостей,Живи, теченью вечности покорен,Вне суеты звонков и новостей.
«Отточены степенность и смиренность…»
Отточены степенность и смиренность,Курок страстей не пляшет у виска,Мучительней дается откровенность,Друзей чистосердечных не сыскать.Проходят дни в неотвратимой схиме,Все реже строфы просятся в тетрадь,Отвергнута своими и чужими,Безмолвия вкушаю благодать.Я не таю на прошлое обиды,Что откололось – навсегда ушло…В моих садах резвятся Геспериды,И яблоки желтеют тяжело.
«Холодный ветер очищает голову…»
Холодный ветер очищает голову,Морские волны направляют мысли,За горизонт ползут туманы горные,Дожди косыми стрелами повисли.Еще мелькают кадрами размытымиМазки чужой судьбы, уже не значимой…Душа стремится в облака молитвами,Порой не знаю, говорю ли, плачу ли.Как искупленье – позднее прозрение,Своей стези спокойное принятие,От заблуждений прошлых – избавление,К природе возвращенье – в лоно матери,Где сила жизни бьется в каждом дереве,Сама земля детей венчает лаврами!И певчий ключ, мне на храненье вверенный,Звенит ручьями, прорастает травами.