Дар Королевы
Шрифт:
— Возьми Ядвигу, она поможет. Заодно старушке санаторий покажешь.
— Так, на чем это я, — прервала я их, как только они замолчали, — а! вот:…из мирта соедините половинки яблока и положите в укромное место, где оно будет сохнуть.
— Это где?
— Можно просто засушить с помощью заклинания, — пояснила я, правда, не уточняя, что скорее всего это повлияет на «волшебные свойства» яблока. Просто потому, что я их существование вообще не верила.
— Все ясно, продолжай.
— Когда оно высохнет, заверните его в листья мирта…
— Опять мирт! — возмутился Олег.
— Вместе
— …и ухитритесь спрятать в изголовье кровати своего возлюбленного или возлюбленной, — почти закончила я, но меня снова прервали.
— Класс! А зачем мне это яблоко, если я уже имею доступ к кровати? — разумно заключила фея, смотря на все с практической стороны.
— А еще что-нибудь есть? Дальше по тексту? — спросил оборотень.
— Есть! — гордо ответила я.
— И что ж ты ждешь?
— После этого ждите результата.
— Странный рецепт.
— Приворотная магия — вообще опиум для народа. Те, на ком ее применяют дуреют до невозможности, а те, кто применяет уже дурные.
— Значит, я у тебя эту книжечку могу изъять с чистой совестью, как законная хозяйка, — улыбнулась мне Анжела, забирая экземпляр у меня из рук.
— Почему?
— Она уже дурная, — объяснил Олег, ничуть не стесняясь саму рыжую.
Я думала заняться подробным изучением этой гадости, хотя и откидывала этот вариант в глубокие закрома. Мирт рядом с нами точно не рос, но это было не основной причиной. Приворот — это не честно. К тому же, если я уведу Юру подобным образом, мне будет чудовищно стыдно. Он должен сам выбрать, между нами. Я утешала себя этим, прекрасно зная, что этот вопрос он перед собой даже не ставит.
А глубоко ночью, чтобы никто не заметил, когда Игорь уже спит, я стояла перед зеркалом, сравнивая себя с портретом королевы Селены. Я была рождена не для того, чтобы иметь с ней хотя бы какое-либо сходство, но упрямо продолжала его в себе искать. И с каждым днем я видела королевское лицо на своем все отчетливей. Только глаза я решила оставить свои. Чуть изменила форму, но оставила тот серый цвет, который был у меня. Раньше, я почти ненавидела его, а сейчас поняла, что он — это единственная роскошь, которую я могу позволить себе сохранить из старой жизни. И белокурые волосы отпустила до колен, переливающиеся словно шелк.
Я не хотела быть в точности такой как Селена, но мне требовалось, чтобы никто не смел сомневаться в том, что я ее дочь. И поэтому, с каждым днем я все больше и больше подгоняла черты лица под лежавший передо мной портрет. Странно, но лицо моей души не проявилось ни в чем, я с такой легкостью принимала чужое обличье, что это даже пугало меня. Я как будто теряла себя с каждым разом, не находя взамен другое лицо, а полностью превращаясь в умершую королеву.
Еще иногда я залезала в зеркала и доставала для себя новую одежду. Я же не могла ходить в том, что у меня было. Для этого облика, который с каждым разом был все четче и держался дольше, подходил разве что сарафан, подаренный Лай-Шин. Я доставала красивые платья из дорогого материала, шелковые рубашки, шляпки, пальто… И полностью забивала
IV
Накладка произошла только один раз. Вечером Ария снова позволила себе выбраться в город, а поскольку теперь полагаться на то, что Рэм будет тихо сидеть в своей комнате, не следовало, она отдала его мне на посиделки. Мы весь вечер упорно играли в ладушки, а ворон ворчал о моей невменяемости. А с утра меня вытащил взъерошенный Эдик, заявив, что у нас срочный прорыв и надо бежать и всех спасать, ибо я одна не занята.
— Я что одна пойду? — опешила я от радостной перспективы.
Обычно всегда ходили как минимум парами на всякий случай. Идти в одиночку я побаивалась, но с напарником могли возникнуть серьезные проблемы. Как ни глянь, а мне не нравилось.
— Остальные все заняты, — заверил меня начальник операционной группы, зачем-то тряся мою руку. — Анжела говорит, что там что-то очень мелкое, но далеко.
Я задумалась, чуть скривив губы. Мы стояли на лестничной площадке в мою башню, и я как можно тщательней подпирала дверь ногой, чтобы оттуда никто не выполз. Перспектива лететь куда-то далеко меня не радовала. Кота в мешке было легче утаить, чем дракона в комнате.
— Куда лететь-то? — спросила я, еще окончательно не приняв решение.
— Вот, здесь все отмечено, — профессор Знаменов быстро сунул мне в руки непонятный прибор весь в мигающих пятнах и странных синих очертаниях.
По-видимому, Анжела была еще и не плохим физиком. Сомневаюсь, что собирать свои механизмы она могла доверить кому-то. Уважения к ней прибавилось, но на желание работать вместе оно никак не повлияло.
— Как только соберешься — сразу выезжай. Монстр, скорее всего, на месте не усидит. Надо поймать его прежде, чем он доберется до города.
Я хотела возразить, что я еще ни на что не подписывалась, но глаза у профессора были как у побитого щенка. Я вздохнула и ничего возразить не смогла. Еще мысленно сделала себе пометку больше не ругать Астрид даже про себя. В конце концов, я не далеко от нее ушла. Только я в отличие от нее распространяла свою безотказность как-то более выборочно.
— А вы уверены, что маленькое не принесет больше проблем, чем огромное?
— Так Анжела колдовала. Говорит, что оно и по силе маленькое. И вроде магическому воздействию должно поддаваться.
— Черт с вами, — пробурчала я, уже понимая, что никуда это с моих хрупких плеч не перебросить. — С вас упаковка грамот на турнир!
— Хорошо, хорошо, — засуетился Ольгердович, убегая вниз по лестнице, через каждую минуту поглядывая на часы. — А сейчас, Снежаночка, я на пару. Ладно?
Я махнула рукой и, дождавшись, пока он скроется из виду, вошла в кабинет. Рэм сразу же вцепился мне в ногу, так как караулил и уже успел выскрести на двери приличный слой. Надо будет не забыть Арии напомнить, благо от нее не надо скрывать причину появления этих следов, а то на мои «расписанные гарью стены» она до сих пор косо смотрит, но молчит.