Дар Дерзкий
Шрифт:
С этими словами он поднялся и ступил к Дару. Из-под пурпурного плаща выпросталась рука, сжимающая предмет, от вида которого у Дара потемнело в глазах.
В мягких обводах светлого металла, в округлых огнях, оплетающих рукоять, он без труда узнал лучевик Древних.
В точности такой, какой сам получил от «Карасса»!
Глава 7
Голубой луч махо
Дар тяжело сглотнул, оглядываясь по сторонам.
Единственным равным оружием был бы какор, но робот
Оба элитара почувствовали его неуверенность – и тотчас пришагнули к нему:
– Древний?
«Можно просто допрыгнуть и вырвать оружие», – промелькнуло в голову, но Дар отмахнулся от смешной мысли. – И что потом? Воевать со всем б'Рваном? Нет, у него начало укрепляться желание втащить желтый клан в будущую Империю тангров! Главное – поступать честно и не спеша…
С отставленной в сторону рукой, махо сделал несколько быстрых шагов вперед, и замер в выпрямленной и гордой позе:
– У нас есть такое же священное оружие Древних, как и у тебя! – голос был резким, лающим. – Что на это скажешь?
Было видно, по кольцевым огням двойной рукояти пробежали огоньки готовности, поднимаясь наверх и скрываясь в костистой ладони. Дар с завистью подумал, что этот лучевик, наверное, полностью заряжен. Но отогнал эту мысль – как может у б'рванцев появиться заряженное оружие Древних? Сейчас он видел, лучевик выглядел совершенно иначе, чем тот, что был у него. Крупная рукоять охватывала руку, округлое основание ствола расщеплялось на несколько сложной формы плоскостей, оплетавших основной излучатель.
– Похоже, что есть, – кивнул он. – Оружие родителей в руках детей…
Б'рванец яростно сверкнул глазами. Он поднес вторую руку и что-то нажал. Стало видно, как поверхность оружия на мгновение окуталась беловатым светом, и чуть позже из него вырвался яркий голубой луч. Эгиббард победно усмехнулся, глядя Дару прямо в глаза и медленно подвел луч к самым его ногам.
Вздох удивления, восхищения, оторопи донесся от отаругов, стоящих по стенам. Куаргир и Док-Атор отпрянули, заворожено гладя на узкий ослепительный свет. Дар чувствовал бесконечное удивление. Да по этой планете просто рассыпаны артефакты Древних?!
– Готов ли ты умереть, хуураданец? – голос б'рванского махо, казалось, раздвигал самые камни, из которых был сложен этот зал. – Перед моим «живым огнем» тебе самое время сознаться, что ты никакой не Древний! Сознайся, ты сохранишь жизнь. И, – он презрительно кивнул на замерших рядом элитаров, – И еще жизни этих…
Махо погасил свой лучевик. Стало заметно, как темно в зале Круга.
В последовавшей паузе слышалось возмущенное сопение элитаров за спиной. Они готовы были прыгнуть на чужаков, биться лишь когтями да зубами. Два добрых друга…
Но Дар чувствовал себя совершенно уверенно. Ему хотелось расхохотаться в лицо чужаку, ибо в лучах была огромная разница. Не осталось на полу обгорелого следа, не было характерного запаха от плавленого
– Ребенок может поднять ножны с шиташем, – сказал он надменнейшей из своих интонаций. – Но как пользоваться смертоносным оружием, знает только воин!
– Поясни слова! – вспыхнул один из пурпурных эгиббардов.
– Он оскорбляет нас! – выкрикнул другой.
– Вот мой латнир! – тяжелый голос Дара разнесся в зале Совета. – Пусть великий махо попробует оставить на нем хотя бы царапину своим «живым огнем». Если он сможет убить меня, это будет заслуженной карой за лживую претензию быть Древним.
Вздох пронесся по рядам воинов и эгиббардов, но прежде чем его оппонент поднял руку, он добавил:
– Однако если махо не сможет причинить мне вред, вы все признаете меня Древним!
Дар демонстративно повернулся спиной к б'рванцу.
– Древний! – Куаргир встал рядом – хладнокровный, с презрительным прищуром изогнутых глаз-полумесяцев. Вспомнилось, как великолепно он держался меж саудраковых головорезов в Изир-Доре, где, казалось, его жизнь должна была оборваться. Ближе ступил и Док-Атор, совершенно ничего не понимающий по-б'рвански, однако по интонациям беседы уловивший главное. Его взгляд стал острым, как лезвие шиташа.
Невольная дрожь прошла по телу, но Дар постарался скрыть ее. Конечно, он рисковал. Если ошибся… если махо в состоянии включить боевой луч – от них сейчас останутся три куска паленого мяса…
Изменившиеся лица элитаров показали, что критический момент наступил. Рука Док-Атора бессознательно искала рукоять шиташа, а улыбка Куаргира стала ледяной. Прошло несколько долгих секунд полнейшей тишины. Дар хмуро выстоял эти нескончаемые мгновения, чувствуя, как холодеют пластинки кости на его коже…
Но смертный луч так и не вспыхнул!
Испытания не было… Махо б’Рвана действительно брал на испуг, а сам ничего не мог поделать своей голубой лазерной указкой. Похоже, он решил даже не позориться в попытках повредить чужакам своим фонариком…
Переведя дыхание, Дар повернулся. Проигрыш махо был сокрушительным. Глаза всех в этом большом зале были прикованы к нему. Для каждого здесь Дар теперь стал Древним – тем, кто не испугался чудовищного, немыслимого и ужасного «живого огня»!
Вздох облегчения сорвался с губ кх'отра и а'зарда.
– Кто вы такие, – оглядел всех, поднимая голос, Дар. – чтобы допрашивать Древнего!? Как смеете не верить?
Б'рванские отаруги неуверенно мялись возле стен. Их шиташи смотрели в землю, как и их глаза. Еще бы, кто не испугался «живого огня», не испугается и простого железа. Потрясенно замерли подавленные эгиббарды. Все – но не махо. Этот тангр только четче выпрямил свою спину, сразу неуловимо напомнив Ю-махо.