Дар Дерзкий

Свиридов Тимур

– Конечно, – просто ответил Бторога. – Звук крошащегося черепа – лучшая музыка для уха бойца!

Он расхохотался, но вынужден был прервать смех, защищаясь.

Дар уже понял, в чем хитрости прямого удара, крученой резьбы в воздухе луновидной кромкой, тычками острых концов или отражения удара противника фронтальной вырезкой. На самом деле, схватка на брондирах была не о скорости или умении, а о выносливости и силе бойцов. И гораздо более высокий и мускулистый Бторога тут имел неоспоримые преимущества. Несколько раз ему уже практически удавалось зацепить неосторожно выставленные локти Дара, и только скорость реакции спасала браттара. Но Дар чувствовал, как устают мышцы

рук. Не то чтобы брондиры были ему совершенно неизвестны – в Пятерке они проходили все, что есть холоднооружного во всех известных расах. Но одно дело – знакомиться факультативно, совсем другое – встречаться в схватке с мастером именно данного клинка. А в том, что Бторога был мастером, сомневаться не приходилось.

Точность и аккуратность его боя изменила мнение Дара об этом человеке. Бторога стоял перед ним, развернув плечо вперед и сокращая до минимума поверхности, доступные поражению. В его огромной лапе брондир выглядел блестящей игрушкой. Он держал ее лихо, с легким кистевым уклоном. Его темное лицо, покрытое капельками пота, было торжествующе и вдохновенно. Бторога был их тех, кто знал свою силу и знал цену этой силе. Если он происходил из семьи потомственных военных, то обращению с холодным оружием обучался сызмальства. Военные кланы Лиого веками готовили бойцов, которые отвлекались от упражнений с оружием лишь для применения своих знаний на практике. То, что Бторога предложил для разминки оружие землян – сабли – лишь подчеркивало его самомнение.

От клацаний полукруглых поверхностей уже звенело в ушах. Руки с трудом удерживали выпрыгивающие хваты брондира. Ленточки то и дело стремились попасть в глаза. Однако ни один из противников не допускал промаха, ни разу не загорался огонь защиты.

Внезапно Бторога сменил технику. Он перехватил брондир в одну руку, с прокрутами оборачивая вокруг своего корпуса огромную блестящую сталь. Это уже был высший класс. Удержать эдакий вес в одной руке, да еще так картинно управляться с ним…

И тогда Дар решился на атаку. Вместо обычного уклона скользнул ближе к противнику, с размаху отбив налет брондира. Повернувшись корпусом на сто восемьдесят, опять принял на свой брондир возвращение тяжелой полукруглой стали, спиной прижавшись к груди Бтороги. Опешивший лиогянин оттолкнул его ударом свободной руки, а затем всем корпусом. Дар использовал этот дополнительный толчок, чтобы встретить вращающуюся в лиловой руке сталь изнутри. Брондиры звонко клацнули, и лиогянин был вынужден отпустить свой хват. Еще не успел с громким звоном брондир Бтороги приземлиться в отдалении, как, увернувшись от пушечной силы пинка, Дар развернулся, прижав полукруглое лезвие к высокому горлу лиогянина.

Они так и замерли – тяжело дышащие, с выпученными глазами, землянин и лиогянин, застывшие в скульптурной позе победителя и проигравшего.

Тишину расколол хохот Бтороги. Движением руки сметя брондир Дара в сторону (ну не резать же ему горло?!), Бторога второй рукой огрел его по плечу.

– Славный малый! – крикнул он во всю глотку. – Да ты просто славный малый! Ты ведь никогда не тренировался на брондирах?

– Было пару раз, – скромно ответил Дар, отирая пот с лица.

Ему вдруг понравилось настроение Бтороги. Здесь не было обид, или зажимов, или еще какой психологической дряни. Дважды битый Бторога сиял, и смотрел на него совершенно счастливыми глазами.

– Ты настоящий боец, – удовлетворенно сказал он. – я и не знал, что ты такой!

Он облапил Дара, пока тянулся за своим поблескивающим металлом мундиром, и вырваться из этого объятия было сложно. При сочленении друг с другом их защитные экраны искрились

и сухо пощелкивали.

– Да погоди ты… Дай хоть оружь на место положить!

Они укрепили в шкафу в положенных пазах и сабли, и брондиры, а в глазах Бтороги, обращенных на Дара, была почти любовь.

– Сомневаюсь, что малой защиты недостаточно для брондиров, – Дар запоздало вспомнил предостережение лиогянина. – Мы пробовали с двуручным мечом, и максимальное усилие напрягало защиту не более 20 процентов…

– Ну страху нагонял. Я же не просто так здесь, – признался Бторога своим трубным голосом, мотая в воздухе клешнеподобной рукой. – Ребята завтра высаживаются. Должен же я был проверить, что за браттар идет с ними…

И, словно отголоском, со стороны дверей отозвалось:

– Именно! Ребята высаживаются завтра, а вы какой-то фигней заняты.

В спортзал через приоткрытые двери заглянул Донателли. Лицо его было ужасно загадочным.

– Что это у вас тут так звенело?

– Секрет комнаты! – бухнул Бторога, и сам себе рассмеялся.

– Да пожалуйста, держите свои секреты при себе, – невозмутимо парировал тот. – Однако я надеюсь это не последние звоны сегодня!

Он плечом открыл дверь и вошел победно поднимая руки вверх.

В каждой из них была зажата пузатая темная бутыль.

Глава 6

Петлюгин

– Секунду, just one second, – суетился Корнвэлл, придвигая стулья от стен, затем сметая со стола всякие мелочи в пластиковую коробку. – Просто еще одну секундочку…

– Стаканы найдутся? – скупо поинтересовался Дар, оглядываясь. Он любил бывать здесь, в реабилитационной комнате медсектора, которую Корнвэлл исхитрялся превращать в довольно сносный party room [5] .

– Фужеры есть! – оскорбленно выпрямился Донателли, ставя обе бутылки на освобожденный стол. Он сразу прошел к медицинскому шкафу, показывая замечательное знакомство с хозяйством Корнвэлла.

– Хорошенькое реабилитационное отделение, – Бторога опустился на стул и невозмутимо осматривался. Бывать ему здесь доводилось нечасто.

5

комната для вечеринок (англ.)

Донателли придирчиво рассматривал фужеры на свет, будто собирался их покупать. Корнвэлл протирал некоторые взятой из медик-бокса салфеткой.

– Реабилитации бывают разные, – успокоил его Корнвэлл. – Тем более среди нас возможно нет никого, кому это было бы нужнее, чем нам.

– Да уж, – рассмеялся Дар, глубоко дыша после недавней схватки.

– Вам, вам, – подхватил Донателли, суетясь с бутылью.

– Интересно, – сказал Дар. – а что значит «кронбадброндир»?

– Малое лезвие, – ответил Бторога. Он выглядел совершенно отдохнувшим, будто не махал только что тяжелейшей лиогянской сталью. – Есть еще большое, «дукбадброндир». Тот подбирается индивидуально, но не меньше чем от земли до плечевого уровня бойца.

Негромко хлопнув, вышибло пробку и под одобрительные междометия окружающих Донателли разлил пенящийся искристый напиток в сверкающие гранями бокалы.

– Я вез это чудо с Земли! С самых гор Италии! – значительно подняв брови провозгласил он. – Как только узнал что взят в экипаж «Прямого Ветра». И дал себе слово, что откупорю этот чудесный «Fratelli Lunelli» за столом друзей в последний вечер! Прямо перед тем, как наши спустятся на Цу-Рецц для церемонии Второго Контакта!

Его голос прозвучал торжественно, сочно.