Дар целителя
Шрифт:
Вот они, муж и жена!
Лежат в одной кровати, и он сам, добровольно, дал обещание не посягать на ее свободу. Болван.
Нравится ли ему Ветана?
Да, пожалуй. Нельзя сказать, что он безумно любит эту девушку, нельзя сказать, что он жизнь за нее отдаст, но...
Если бы он мог выбирать себе жену, он бы примерно так и выбрал. Симпатичная, хотя и не красавицам, были у него и покрасивее, неглупая, из хорошей семьи, с характером, что немаловажно - сам не пушистый котик, так рявкнуть может... а эту не запугаешь. И что
Соплячье... а Леклеру он ноги переломает. Или проткнет в трех местах... нет, лучше услать его из столицы, чтобы Ветана не помчалась лечить мальчишку. Ишь ты, руки протянул... коротки руки оказались! Определенно, надо его на границу, пусть там посидит лет пять-шесть... десять-пятнадцать. Поговорю с королем.
И отношения с Ветаной наладятся постепенно.
Отпускать ее Рамон не собирался, раз уж ввязался в этот брак, надо идти до конца, но дать девушке иллюзию свободы? Самостоятельности?
Неужели ему жалко? Пусть поиграет. И не таких приручали, и эту приручим...
С этими мыслями Рамон и уснул. И снилось ему что-то теплое и уютное...
***
Виконту Леклеру ничего не снилось в эту ночь. Он вообще не спал, обдумывая план мести. Вчера было многое. И пьяные сопли, и слезы, и горечь поражения...
Было желание сорвать брачную церемонию, остановило лишь понимание того, что король... мягко говоря - не одобрит.
Похитить невесту?
Не получится, ее хорошо охраняют.
Сука! Гадина, тварь, продажная девка!!!
Я! К тебе! Со всей душой! А ты!
Насмеялась и предпочла другого? Выставила меня за дверь? Не оценила по достоинству?
Так получи в обратную!
И ведь я жениться готов был, не побрезговал, хотя ты, может, и с десятком мужиков уже перевалялась, с-сучка! А ты!
Гер-рцогиня! Ты у меня кровью умоешься, тварь! Благо, я знаю, кто мне в этом поможет!
Действовать самостоятельно благородный молодой человек и не собирался. Вот еще!
Руки марать? Об эту тварь?
Нет уж!
Леклер благоразумно таил даже от себя мысль, что к Ветане его могут не подпустить, а если и подпустят, и у него что-то получится... попасть в руки Белесого Палача?
Лучше самоубиться. Сразу. Выйдет безболезненнее.
А вот чужими руками, осторожно...
Месть?
Да что вы! Справедливое возмездие за попранные чувства и растоптанную любовь! Вот!
И упущенная выгода от удачного брака тут не при чем, так-то!
Леклер умылся и принялся размышлять на тему, как больнее ударить Ветану. Именно ее, и так, чтобы она понимала, как ему больно!
Все же, он был сыном своего отца. Да, юноше были свойственны и порывы души, но чаще всего...
Не выживают в высшем свете искренние и честные, не та среда. Да и от отца юноша много чему научился.
Кто?
С кого начнем?!
***
Кажется, насчет одной кровати была плохая идея, - осознала я с утра. Потому что проснулась наполовину на Рамоне. Лежала, обнимала его, как игрушку...
А что?
Большой, теплый, уютный, а я под утро замерзла, из окна дуло, и одеяло было каким-то тонким...
Пришлось осторожно сползти со спящего мужчины, и отправиться одеваться. Лечебница ждала.
Страшно сказать - она даже работала, хотя из персонала на ногах половина не стояла - отмечали вчера. Хорошо отметили, так, что раны могли одним дыханием дезинфицировать.
Первой на меня наткнулась Линда.
– Вета?
– Я. А что?
– Да... ничего. Просто ты же вчера...
– Рамон не запретил мне работать. И запрещать не будет.
Линда посмотрела как-то странно, но потом кивнула.
– Это хорошо. А то у нас лекари никакие... все в дрова...
Я кивнула и привычно отправилась на обход. А что? Свадьбы там, похороны, хоть что, но люди болеть не перестанут. И лечить их кому-то надо, почему бы и не мне? Пусть даже без дара, ручками, травками, инструментами...
Что я - без своей магии ни на что не способна, что ли?
Я - не только моя магия! Я - Ветана... Моринар? Да... и не собираюсь позорить свое имя. А потому...
– Что тут? Открытый перелом? В операционную!
***
Рамона я увидела только за ужином.
– Вета, добрый вечер...
– Добрый, - устала я за день, как собака, но прожит он был не зря. Лекари оправились только к вечеру, и я с чистой душой удрала из лечебницы.
– Поужинаешь со мной?
– Конечно. Только переоденусь...
– Я подожду.
На то, чтобы обтереться теплой водой, сменить платье и переплести волосы, ушло пятнадцать минут, служанка пыталась помочь, но я цыкнула на нее, чтобы не путалась под ногами. Я и сама привыкла все делать, и быстрее получится. А ты вот, тазик возьми, унеси. И чтобы вода в другой раз была горячей. Лучше я подожду немного, пока согреется...
Рамон удивился быстрому появлению, но ничего не сказал, молча предложив мне руку. Большой столовой мы не пользовались, вместо этого слуги накрыли стол в каминной, и оставили нас вдвоем. Было уютно и спокойно, потрескивали поленья, пахло розами от роскошного букета, мы ужинали, не произнося ни слова. Рамон, судя по всему, тоже набегался за день, и душеспасительным беседам предпочел мясо с овощами. И побольше.
Я тоже не собиралась жертвовать желудком в угоду этикету, так что мы молчали примерно минут сорок. Потом поглядели на десерт - груши в меду и взбитые белки, и дружно поморщились. Настало время поговорить.