Дао воина
Шрифт:
Сначала Владимир Васильевич прочитал послание полковника Мочилова, поскольку оно пришло первым, удовлетворенно хмыкнул и передал листок капитану. Тот пробежал глазами, несколько секунд думал и убрал в портфель, дожидаясь, пока генерал ознакомится со вторым сообщением. Басаргин передал новые сведения из Лиона и прислал данные на человека, на которого открыт счет в лондонском банке, куда перечислял деньги Удугов.
– Джамиля Хмелевская… Знакомое имя… Напомни-ка, капитан…
– Журналистка из Киргизии… Обсуждался вопрос о ее высылке в Бишкек после серии материалов о событиях в Беслане. Потом
– Понял… Помню… Значит, сейчас она в Лондоне?.. – Владимир Васильевич протянул Рославлеву лист со второй шифротелеграммой. – Попробуй проверить ее местопребывание. Отошли запрос сразу в паспортно-визовую службу и в наше посольство в Великобритании…
Уже на лестнице генерала с капитаном встретили и сразу провели в отведенный Астахову небольшой кабинет. Помещение, как сразу сказали, тесное, но это единственное, что смогли с трудом выделить. Астахов знал, что его не обманывают и с помещениями в местном управлении большущая «напряженка». Вообще выделили – и на том спасибо, следовательно, уважают «Альфу». Здесь, в Грозном, вопросы антитеррора рассматриваются всегда как первоочередные.
А через минуту пришли два сотрудника спецназа ГРУ, о которых сообщил недавним звонком полковник Мочилов. Представились:
– Майор Федин.
– Капитан Касатонов.
– Вот, товарищ генерал, приказ по ГРУ, о создании комиссии в составе трех человек, – немолодой майор положил перед Астаховым лист, вынутый из аккуратной кожаной папочки. – Попрошу ознакомиться и расписаться…
Генерал хорошо знал, что у шифровальщиков должности не позволяют иметь высокие звания, потому сразу определил в немолодом майоре Федине офицера СПС. Назначение шифровальщика в подобную комиссию было правильным. Без специалиста разобраться в предстоящем деле будет невозможно.
– Разрешите спецтехнику доставить сюда? – поинтересовался Федин.
– А сейчас она где?
– В хранилище… Опечатали и сдали под охрану…
– Там посмотреть невозможно? А то у меня может быть порой людно…
– В хранилище невозможно. Мы у вас закроемся. Работа займет с десяток минут…
– Приносите…
– Извините, товарищ генерал… – Федин слегка замялся. – Ваш товарищ капитан… Он не имеет допуска…
Астахов посмотрел на Рославлева.
– Он выйдет покурить, хотя и не курит…
– Тогда через пять минут мы вернемся.
«Грушники» вышли. Астахов успел переговорить с двумя офицерами, поддерживающими связь с местом событий и одновременно «сидящими» на контроле обстановки вокруг злополучного селения. Офицеры – чеченцы, оперативники. Принесли предварительные материалы следствия. И генерал отчетливо понял настроение оперов – спецназу ГРУ придется сильно постараться, чтобы восстановить свой авторитет… Косвенные улики в нервозной обстановке воспринимаются как улики прямые и, в глазах оперативников, не требуют подтверждения.
– Подполковник Клишин, очевидно, получил откуда-то информацию о приказе по его задержанию и с частью своих людей скрывается в горном районе. Задача, которую он выполнял, не требует больших
Второй высказал еще и предположение:
– Вообще-то и поймать было бы можно, но мы опасаемся, что это дело не единичного характера. И будет иметь продолжение…
– Что такое – «дело не единичного характера»? – переспросил генерал.
– Мы предполагаем, что подполковник Клишин действовал не на свой страх и риск, а выполнял чей-то приказ сверху, из своего управления. В этом случае мы вообще не сможем поймать оставшихся «драконов», потомку что другие группы спецназа ГРУ будет его поддерживать, снабжать информацией и всем необходимым и прикрывать. Более того, есть вероятность, что спецназ ГРУ попытается свалить все на боевиков и с этой целью организует подобную же акцию где-то в другом месте. Или даже несколько акций… И единственным выходом в данной ситуации видится вывод всех подразделений спецназа ГРУ с территории Чечни или хотя бы из близлежащих к месту события районов.
Астахов не стал сообщать, что он приехал со сведениями о том, что боевики готовят несколько акций подобного характера. Сведения, привезенные генералом, не проверены и носят предположительный характер. При общем местном настроении единственная опора для Владимира Васильевича – части того же спецназа ГРУ. Ну, может быть, спецназ МВД можно использовать. Там тоже парни надежные и мало в чем спецназу ГРУ уступают. Других же лучше пока не посвящать в суть предполагаемых действий.
– Где сейчас находятся задержанные спецназовцы из «Боевого дракона»? – поинтересовался Владимир Васильевич, чтобы перевести разговор в другое русло и не отвечать на прямое предложение местных оперов.
– У них собственная казарма. Личный состав разоружили, запретили покидать помещение, выставили караул – представляете! – из комендантского взвода… Но разве это караул!.. Они, если захотят уйти, этих мальчишек голыми руками положат, вооружатся и уйдут к своему подполковнику в помощь… Что тогда делать и что тогда они натворят?.. А использовать следственный изолятор нам не разрешили… Может быть, вы, товарищ генерал, посодействуете…
Это уже прозвучало откровенной просьбой.
Но Астахов не захотел сказать ни «да», ни «нет». Скажешь «нет», с тобой не будут откровенничать местные оперы, скажешь «да», потеряешь поддержку со стороны спецназа ГРУ. Ни тот, ни другой варианты не годятся.
– Посмотрим… Мне надо еще вникнуть в суть дела и просмотреть материалы следствия подробнее. Следственная бригада когда возвращается?
– Как только закончит беседовать с иностранцами… Свою работу следователи почти завершили…
– Вертолет уже заказали?
– Они не отпускали вертолеты. Машины ждут их на месте. Оттуда летают только машины с «грузом 200».
– Рискуют следаки… Хорошо. Я пока почитаю те материалы, что есть. Вы свободны…
Через пару минут после ухода оперов вернулись майор Федин и капитан Касатонов. Капитан Рославлев уловил взгляд генерала, вышел. Генерал повернул в двери ключ на два оборота.