Дао хаоса
Шрифт:
Терапевт: Хорошо. Создайте энергетическую петлю между двоюродным братом с его мыслями о крутизне и ребенком с его мыслями о дерьме.
Клиент: Хорошо.
Терапевт: Теперь наблюдайте за энергетической петлей и рассказывайте мне, что происходит.
Клиент Она ускоряется, потом замедляется, потом исчезает.
Терапевт: Хорошо. Как ребенку кажется, что чувствует его двоюродный брат?
Клиент: Что он самый сильный.
Терапевт А что чувствует ребенок в ответ?
Клиент: Полное опустошение. Словно в его теле пробита дыра.
Терапевт: Создайте энергетическую петлю между чувствами двоюродного брата и чувствами ребенка и дырой в его теле и расскажите, что происходит.
Клиент
Терапевт Как вы себя чувствуете?
Клиент: Более отстраненно.
Примечание терапевта
Я не устану повторять вновь и вновь, что тело является краеугольным камнем, на который мы опираемся в этом мире. Поэтому ощущение, что в теле образовалась дыра, связано с телесной памятью о травме, и это ощущениетоже следует включить в терапевтический процесс. Даже Фрейд говорил, что «это» расположено в теле. Так, если клиент представляет себя слабым, это может выражаться в ощущении дыры в теле. Неважно, сколько времени продолжалась терапия, — мы все еще продолжаем ходить вокруг да около дыры в теле. Это создает бессознательный образ себя в виде «побитой собаки» и усиливает жалкую и ущербную субличность. Поэтому тело и сознание нужно рассматривать как единое целое. Несмотря на то что я начинал практику в качестве последователя райхианства и биоэнергетики, я больше не работаю в этом ключе. Поэтому я почти всегда направляю клиентов к хорошим специалистам, работающим по методикам Райха, Лоуэна, Фельденкрайца, Иды Рольф и т. д. Это необходимо для интеграции сознания и тела.
Терапевт: Как ребенку кажется, о чем фантазирует его двоюродный брат?
Клиент: О том, что он король.
Терапевт: А о чем фантазирует ребенок в ответ?
Клиент: О том, что он раб.
Терапевт: Как выглядит его тело?
Клиент: В нем пробита дыра.
Терапевт: Хорошо. Создайте энергетическую петлю между двоюродным братом с его фантазиями о том, что он король, и ребенком с его фантазиями о том, что он раб, и его пробитым телом.
Клиент: Хорошо.
Терапевт: Что происходит?
Клиент: Все исчезает.
Терапевт: Как вы себя чувствуете?
Клиент: Спокойнее.
Примечание терапевта
Я не хочу внушать читателю мысль, что все это можно сделать за несколько часов. С телом нужно проводить отдельную работу, без которой никогда не произойдет полной интеграции. Тело не только хранит воспоминания о прошлом опыте, но и показывает, как человек взаимодействует с миром. Кроме того, человек может сравнить, как разница между свободным и зажатым телом отражается на его душевном состоянии. Иными словами, без работы с телом не может быть полного курса психотерапии; тело отражает поведение человека в мире.
Терапевт: Наблюдайте за пустым пространством, окружающим фильм.
Клиент: Хорошо.
Терапевт: Теперь посмотрите фильм по диагонали: от левого верхнего угла до нижнего правого.
Клиент: Хорошо.
Терапевт: Теперь посмотрите фильм по диагонали от верхнего правого угла до нижнего левого.
Клиент: Хорошо.
Терапевт: Теперь двигайтесь от нижнего правого утла до верхнего левого.
Клиент: Хорошо.
Терапевт: Теперь двигайтесь от нижнего левого угла до верхнего правого.
Клиент: Хорошо.
Терапевт: Теперь поместите этот фильм внутрь чертика на пружине.
Клиент: Хорошо.
Терапевт: Теперь представьте себе, что это самый важный эпизод в вашей жизни.
Клиент Хорошо.
Терапевт: Теперь представьте себе, что это просто один из множества эпизодов.
Клиент: Хорошо.
Терапевт Как вы себя чувствуете?
Клиент:
Терапевт: Мы можем остановиться на этом?
Клиент: Да.
Примечание терапевта
Последний эпизод нужен для того, чтобы клиент осознал, что он (наблюдатель) существовал прежде, чем появились воспоминания, и останется после того, как воспоминания прекратятся. Я сказал одной клиентке после того, как ее воспоминания окончились: «Я догадываюсь, что вы — это не ваши воспоминания*. Она испуганно взглянула на меня и смутилась. Я сказал: «Вы по-прежнему здесь, даже когда ваша история окончена, потому что вы — не ваша история».
Наблюдатель бессознательно удерживает в памяти фильм и отождествляется со своей травмой. После того как наблюдатель осознанно посмотрит фильм и научится переключать внимание, фильм перестанет оказывать на него прежнее влияние, и он больше не будет отождествляться с его содержанием. Фильм превратится просто в историю, которую можно помнить или забыть.
(разработанный совместно с Кристи Л. Кеннен)
Часть 1. Повторение личной истории
Шаг 1. Пусть клиент посмотрит кино от начала до конца.
Шаг 2. Заметьте точки бифуркации (наибольшей интенсивности) и разбейте воспоминание на отдельные эпизоды.
Шаг 3. Попросите клиента рассказывать историю в третьем лице. Попросите его описать мысли, чувства и фантазии в каждом эпизоде.
Часть 2. Петля
Шаг 1. Вернитесь к началу фильма и спросите его, что он думает о мыслях, чувствах и фантазиях насильника в каждом эпизоде.
Шаг 2. Каждый раз после этого спрашивайте, как он реагирует в ответ на мысли, чувства и фантазии насильника.
Шаг 3. Попросите клиента намеренно создать петлю (траекторию), идущую от него к насильнику и возвращающуюся к нему.
Шаг 4. Попросите его воспринимать петлю как энергию до тех пор, пока она не исчезнет.
Часть 3. Расставание
Шаг 1. Попросите клиента посмотреть фильм в разных направлениях: вперед, назад, по диагонали и т. д.
Шаг 2. Попросите его представить себе, что это очень важно.
Шаг 3. Попросите его представить себе, что это просто один из множества эпизодов.
Шаг 4. Позвольте клиенту хранить в памяти эту историю или забыть ее — как он сам захочет.
Это краткое изложение работы с посттравматическим синдромом кажется с виду простым. На самом деле это далеко не просто. Некоторые сеансы продолжаются от шести до восьми часов. При работе с посттравматическим синдромом приходится учитывать очень много факторов. Порой один-единственный эпизод может потребовать очень длительной работы. Как-то участник войны во Вьетнаме рассказал мне, что шестиминутный эпизод потребовал трех лет терапии.
Глава 22
Стратегия 9
Я хороший, если я подыгрываю тебе; ты хороший, если ты позволяешь мне подыгрывать тебе
Они играют в разные игры.
Их любимая игра называется: «Мы ни во что не играем!»
Если я скажу им, что они играют, они покарают меня.
Я должен играть в то, что я не замечаю их игры.
Подобно героям поэмы Лэнга, «девятка» продолжает бессознательно играть, забыв о том, что он играет, не говоря уже о том, что его любимая игра — не замечать своей игры. Он пребывает в трансе амнезии и негативной галлюцинации, не говоря уже о возрастной регрессии и постгипнотическом внушении.