Данте
Шрифт:
Тени удлинились. Вершина сузилась. Повороты лестницы сделались более частыми и резкими, идти по ней с костяными трубками становилось сложнее.
Идущие приостановились, когда один из юношей с криком упал, а с ним его полусобранные крылья. Луис уже свыкся с постоянным страхом. Когда они достигли конца лестницы, сердце уже не билось от ужаса отчаянно, как пойманная птица. Луис сумел совладать с собой.
Вершина утеса оказалась ровной площадкой примерно двадцать на двадцать метров. Стоя в центре, Луис чувствовал себя в безопасности, но помимо
— Смотри, как я делаю, — велел Флориан.
Он положил каркас крыльев и вытащил из рюкзака куски кожи. Ловким вращательным движением он вставил трубки друг в друга, сделав из них пару длинных изогнутых шестов с петлями по центру, два коротких и один длинный прямой. На длинных он принялся шнуровать кожу.
— Эта конструкция сделана из костей крыла кровавого ястреба, она очень легкая, — объяснил Флориан. — Завязывай, как я. Это легко. Вот сюда крепятся лямки. Убедись, что все туго завязано. Если развяжется в полете… — Флориан ухмыльнулся, показав черные зубы. — …В общем, можно не объяснять.
Флориан работал проворно, собирая крылья быстрее многих. Закончив, он перевернул свой рюкзак так, что нагрудные ремни оказались на спине, став креплением для крыльев. Куски кожи он связал вместе, присоединив к основанию, а потом пришнуровал края крыльев друг к другу, проверяя их на эластичность и прочность.
— Шнурки и куски кожи кажутся хлипкими, но это обманчивое впечатление, — объяснил Флориан. — Только натяжение должно быть правильным.
Из оставшихся коротких шестов он сделал своего рода хвост, а длинный соединил его с крыльями.
— Вот и готово. — Он отложил конструкцию. — А теперь займемся твоими.
В этот миг на них упала чья-то тень.
— Ты понимаешь, что творишь? — удивленно спросил некто.
— Знаю, отстань, — ответил Флориан.
— Глупо так со мной разговаривать, — продолжил парень.
Он был крупнее остальных и выглядел мускулистее. Другие мальчишки с той же меткой клана, что и у него, собирали его крылья.
— Кто ты такой, чтобы так со мной разговаривать?
— Я из клана Плоской Пустыни и буду говорить с тобой так, как хочу, — ответил Флориан, продолжая шнуровать крылья Луиса.
— А что насчет тощего? — спросил парень, за внешним высокомерием которого, похоже, скрывалась жажда хохмить.
— Я из скитальцев Великой солончаковой пустоши клана Иркук, — ответил Луис.
Парень фыркнул:
— Соленый в горах! И как умудрился так далеко забрести? Впечатляет. Быстрый путь не для таких, как ты, соленых. Молодец. Впрочем, ты слишком маленький, ангелы тебя не выберут.
Спутники мальчика расправили крылья. Большой юноша проверил их, негодующе цокая языком, обнаруживая недостатки. Когда он все же остался доволен результатом, спутники помогли ему надеть крылья. Парень широко расправил
— Я Лоренц из клана Пепла. Я уже похож на ангела. Разве нет?
Подхалимы загоготали и поспешно принялись готовиться сами.
— Это вот сюда, а потом туда. И затяни вот так, — сказал Флориан.
Луис подвигал расправленными крыльями. Он стукнул лонжероном, вызвав у собравшихся смех.
— Только не говорите, что маленький солененький никогда раньше не летал, — заметил Лоренц.
Выражение лица Луиса выдавало правду. Шелушащиеся от солнца щеки горели румянцем.
— Значит, он умрет, да? — Лоренц отошел на край площадки, скрестил руки на груди, обернутый крыльями. — Для тебя, мой друг, это будет большой прыжок веры.
И упал спиной вперед, издав долгий крик. Луис ахнул. Все мальчики приблизились к краю.
Летун мчался с огромной скоростью, поднимаясь на вертикальном потоке воздуха, образовывавшемся там, где Река Ветра достигала утеса. Он маневрировал, смеясь:
— Увидимся в месте Падения Ангела, если ты сделаешь то же самое!
Он нырнул в каньон по длинной дуге и унесся по Реке Ветра.
— Самоуверенный, — заметил Флориан и указал на крылья. — Все готово. Наша очередь.
Друзья Лоренца перестали обращать внимание на Флориана и Луиса. Руки Луиса оказались пристегнуты ремнями на панелях, ноги продеты в петли, прикрепленные к хвосту. Флориан велел ему развести руки, и крылья раскрылись.
— А как же ты? — спросил Луис.
— Есть способ надеть их самостоятельно. Все будет в порядке. Помни: нужно отвести назад ноги, чтобы прогнуться и изменить форму крыльев. Захочешь повернуть, опускай руки. Не пытайся во имя любви Великого Ангела махать руками. Ты просто скользишь, понял? Не хлопаешь! Если собрался остановиться, сложи руки, повернись лицом вниз. Смотри перед собой.
Флориан открыл рюкзак Даниила, висящий у Луиса на груди, и положил туда еду и бутылку воды, заткнутую глиняной пробкой, из которой торчала полая косточка.
— Пей отсюда, когда нужно. У тебя появится жажда. Не поддавайся соблазну остановиться — снова не взлетишь. Захочешь пописать — лей в штаны. Ну что, готов?
Флориан хлопнул товарища по рюкзаку, показав черные зубы. Луис молча кивнул. Сердце екнуло, когда он приблизился к краю площадки. Обрыв был резким. Идти мешали крылья, и Луис едва не упал, но расправил их и поймал ветер. Когда он пошатнулся, оставшаяся парочка дружков Лоренца захихикала. Их презрение укрепило Луиса. У его ног лежал мир. Толпа наблюдала за ним. Для людей он не был испуганным мальчиком — лишь одиноким силуэтом на краю пропасти, готовящимся разбиться ангелом.
— Когда будешь готов… — начал Флориан.
— Нет смысла откладывать, — ответил Луис, но прыгнуть не смог.
Он раз за разом собирался это сделать, напрягал мускулы, но конечности не повиновались, вынуждая его оставаться на месте в ста пятидесяти метрах над мутной рекой.
— Давай! — крикнул кто-то сзади.
— Луис! — сказал Флориан. — Прыгай!
Крик протеста вырвался из груди Луиса, не сумевшего сдержаться. Иного не оставалось, кроме как действовать.
Это оказалось проще, чем он думал.