Данте

Хейли Гай

Жестянщики и странствующие ремесленники приставали, предлагая товары, пока не убеждались, что у мальчиков нет денег, а потом двигались дальше.

— Мы идем на испытание, — говорил Луис всем, кто им встречался, и те, качая головами, желали удачи, а потом продолжали путь.

Были здесь люди и неприятные, которые время от времени проходили в общем потоке.

Что защищало мальчиков — то ли вид измученных дорогой путешественников, то ли святость пути к месту испытания, — Луис и сам не знал. Эти земли и их

обычаи казались ему чуждыми.

Вскоре они познакомились с другими мальчиками примерно их возраста, безбородыми. Многие несли ранцы и костяные трубки ангельских крыльев. Другие, с виду диковатые, пребывали в замешательстве от этих устройств, как и Луис.

Трубки были удивительно легкими. Луис быстро научился у Флориана носить их удобно, положив на плечи и придерживая с краю правой рукой. Луис несколько раз перебирал содержимое ранца, но не мог понять, что нужно делать с кусками мембранной кожи, с их ремнями и креплениями.

Дорога была широкой и удобной, а на склонах сделаны лестницы. Через каждые шестнадцать километров встречались скважины с водой, доступные для всех. Надписи на высоком готике гласили, что это дар лордов Ваала. Жажда перестала беспокоить мальчиков.

— Ваал Секундус, — заметил Флориан, внимательно читая надпись и не обращая внимания на негодование людей за его спиной. — Что это такое?

— Место, где мы находимся, — ответил Луис, протискиваясь между путешественниками, чтобы наполнить свои бутылки. — Этим именем ангелы называют Ваалфору. Ваалинда — это Ваал Прим.

— Тогда что такое «Ваал»? — снова спросил Флориан.

Луис в ответ скорчил рожу.

— Просто Ваал, да?

Грубая рука схватила Луиса и оттащила его от колодца.

— Осторожней!

Человек с радиационным ожогом на лице невнятно заговорил на непонятном диалекте.

— Пошли, а то мне здесь не нравится, — сказал Луис Флориану.

Ступеньки сделались более крутыми, лестница сужалась, и на ней создавалась толчея. На глаза попадалось все больше юношей, следующих к Прыжку Ангела. Короткие кивки были для них единственным дружелюбным знаком. Мальчики были соперниками и временами обменивались откровенно враждебными взглядами.

Еще выше, на самом высоком месте, до которого когда-либо добирались мальчики, лестница закончилась, дорога пошла вниз по острому гребню в долину. На востоке вздымалась огромная лысая гора из неестественно гладкого песчаника, непригодная для подъема. Участки снега на вершине выглядели как следы от когтей. Флориан обратил внимание Луиса на золотое сверкание на этом пике.

— Большая статуя, — сказал он. — Ангелы пометили то место, где Сангвиний, говорят, приземлился после своего первого полета. Здесь, возле Прыжка Ангела, он впервые доверился крыльям и поднялся в воздух. Здесь святая земля, друг. Можешь поверить в такое?

В долине раскинулся большой, будто

город, людской лагерь. Яркие палатки и ларьки были разбиты на унылых камнях. В просторных стойлах теснились предназначенные в пищу животные. Транспорта не было. Все люди явились сюда пешком, чтобы стать очевидцами полета веры претендентов.

На западе долина резко заканчивалась гигантским каньоном, дальний его край был не виден из-за желтой пыли. На самом краю долины находилась остроконечная черная скала, похожая на меч, торчавший из красного камня.

Он выглядела ненадежно и нависала над каньоном, кренясь к западу.

Сердце Луиса дрогнуло от такого зрелища. Толпа юнцов собралась у подножия скалы, все они казались крошечными, будто солевые клещи. На вершине скалы эти фигурки складывали крылья и прыгали. Такие, как он, мальчики, похожие на птиц, кружили в восходящих потоках воздуха. Некоторые бросались в каньон и взлетали или летели в противоположном направлении по течению Реки Ветра.

— С этой колонны впервые взлетел Сангвиний, — сказал Флориан. Его глаза блестели.

— Это единственный способ? — слабым голосом спросил Луис.

— Не единственный, но самый быстрый. На дорогу отсюда до Падения Ангела, если идти, понадобятся дни, и путь лежит через горы, Растрескавшиеся Земли и даже еще хуже. Если полететь, то потратишь десять часов. Люди пустынь и гор считают прыжок испытанием мужества. Мой отец говорил, что ангелы благосклонны к тем, кто добирается до Падения Ангела вдоль Реки Ветра. Река опасна, и кровавые орлы охотятся в долинах вдоль ее берегов, но, пройдя через это, ты уже на пути к избранию. Это часть испытания. Тебе повезло, что ты встретил меня, — доброжелательно сказал Флориан.

Затем его голос изменился:

— Тебе повезло, что Даниил умер. Иначе крыльев бы ты не получил.

Луис только кивнул в ответ. Он был слишком потрясен, чтобы утешать друга.

Во рту пересохло. С того места, где они стояли, дно каньона не просматривалось. Видимо, прыгать предстояло с высоты полтора километра. Луис слышал негромкий гул, крики ястребов и зазывал внизу.

— Это Река Ветра, — сообщил Флориан.

— Я никогда раньше не летал, — отозвался Луис.

Эта мысль одновременно и угнетала, и опьяняла.

— Тогда тебе лучше быстро научиться, — заметил Флориан. Он засмеялся и ударил Луиса по плечу. — Не волнуйся. Посланники все время проделывают этот путь из Призрачных земель к Падению Ангела. Большинство из них не умирают.

Они спустились ниже, наблюдая, как с вершины прыгает все больше фигур.

— Некоторые уходят прямо сейчас, но будет гонка, — пояснил Флориан. — Тот, кто победит, обязательно будет выбран. Так, во всяком случае, говорят.

Он расспросил окружающих, чтобы убедиться, что верно знает день события, и решил: