Dantalion
Шрифт:
«Я умираю? Страшно. Здесь так холодно».
Она продолжала падать, уже не чувствуя боли, лишь холод сковывал тяжелыми цепями. Но кто-то подхватил её на руки, и острые когти вонзились в тело, которое прижали к ледяной груди.
Они приземлились, и раздался звук ударивших о пол каблуков. «Спаситель» двигался вперед, цокая каблуками, что эхом разносили стук. Открыть глаза. Нужно открыть глаза, но ей было страшно. Первобытный страх. Страх того, чего нельзя увидеть, но что присутствует.
«Я хочу проснуться».
Тоши в надежде, что проснется,
— Капитан Айзен! Я хочу проснуться! Прошу вас! Разбудите меня! Мне страшно! Отпусти меня!
Тоши попыталась вырваться из рук, и её выронили прямиком на тела.
Орикава в ужасе распахнула глаза, чувствуя как по алебастровой коже струится ледяной пот. В ушах гудело, а сердце бешено отбивало ритм в грудной клетке. Она смотрела вперед, на стену, она уже не спала, а находилась в покоях капитана, но её все еще трясло.
— Тоши-тян, как ты себя чувствуешь? – привел её в себя ласковый голос.
Только сейчас Тоши поняла, что голова её покоится на коленях капитана, а сам Айзен ласково гладит её по волосам. Орикава ответила не сразу, она едва сдерживала нахлынувшие слезы, а в горле стоял горький ком после выпитого чая.
Девушка вздрогнула, когда руки Соуске стерли только что скатившиеся слезы. И тогда она нашла силы ответить:
— Мне приснилось, что я умерла и попала в ад.
Послышался легкий смешок, и её вновь успокаивающе погладили по голове.
— Ты увидела то, что хотела?
— Да, я увидела, как умерла Кейко и… как меня проткнули мечом.
— Это невозможно, тебя ранил пустой, — резким беспринципным тоном проговорил Айзен.
Тоши отодвинулась и осторожно присела на колени, поправив волосы. Она сконфузилась.
— Но я видела, как меня проткнули мечом, я чувствовала, как он пронзил меня.
— Это всего лишь плод твоего подсознания. Я ведь был там и видел, что с тобой произошло. Чему ты веришь больше – мне или своей фантазии? – Айзен взял лицо девушки в свои ладони, заставив посмотреть себе в глаза.
Тоши завороженно смотрела в карамельные глаза, и ответ её был очевиден:
— Вам.
— Умница. На сегодня хватит. Тебе нужно отдохнуть, сможешь добраться сама?
Тоши кивнула, не отрывая взгляда от глаз Айзен.
Соуске улыбнулся уголком губ и, чуть наклонившись, невесомо дотронулся до щеки, чуть ближе к её уголкам губ.
— Спокойной ночи.
— Спокойной.
В один из тихих, спокойных деньков Тоши спешила к монитору аппарата, попутно прихватив чашку чая. Как только девушка залезла с ногами на любимое кресло, как её уже потревожили, положив руку на плечо. Едва не пролив чай, блондинка со страдальческим видом повернулась к нарушителю спокойствия. Нему Куротсучи безмолвно кивнула в качестве приветствия.
— Маюри-сама просил передать, чтобы вы зашли к нему в лабораторию.
— Срочно?
— Срочно.
— Прям очень-очень
Нему не удостоила её ответа, молча направилась на выход, и Тоши пришлось последовать за ней. В лаборатории стоял подозрительный гул, источник которого девушка не могла понять, а лампы горели неоновым светом. Сам Маюри копался в проводке, что-то к чему-то подключая.
— Капитан, вызывали?
— Да-да, проходи, — поманив своим когтем, Маюри всучил ей длинный провод и, ничего не объясняя, подключил его к шарообразном аппарату.
Гул усилился, и со стороны послышался звук закрывающейся двери, поднялась сирена. Тоши, подпрыгнув, устремила напуганный взгляд на дверь, которая закрылась, и сирена оповестила: «Автоматическая блокировка включена».
«Только не говорите, что он…»
— Капитан Куротсучи, а что происходит...
Но тот шикнул на неё, продолжая капаться в проводах. Нему покорно стояла в стороне, сложив руки и опустив голову. Сирена умолкла, и голос оповестил: «Автоматическая разблокировка произойдет через один год».
— ЧТО?!
Тоши прокричала с такой силой, с какой только могла. Это ведь была очередная несмешная шутка Капитана?
— К-капитан, а почему голос сказал, что дверь откроется через один год?
— Потому что дверь откроется через один год, — пожав плечами, спокойно ответил Маюри, присаживаясь в кресло.
— Но-но…
— Я должен проверить аварийную систему лаборатории. Пригодна ли она для жизни в экстренной ситуации. Потому задал программу, чтобы компьютер заблокировал вход.
— А я тут при чем?! И зачем нужно сидеть именно нам? Можно же было посадить кого угодно!
— Я должен лично контролировать эксперимент. Лучше всего могут показать лишь мои глаза. Расслабься, это ведь всего лишь год.
— Всего лишь! И почему именно я? Из-за того, что я сегодня снова пролила чай на ваше изобретение?
— Нет, мне же нужно с кем-то разговаривать целый год.
Тоши возвела руки к небу. И молча ушла биться о дверь, в надежде пробить её своей твердой головой.
— Я умру здесь с голоду! Это вы только можете питаться всякой субстанцией! А мне нужна человеческая еда!
— Об этом я позаботился! В шкафчике лежит еда.
Однако Тоши вряд ли могла назвать едой странную субстанцию в тюбиках.
— Не волнуйся, ты и заметить не успеешь, как пролетит год.
«Ага, особенно когда этот год летит в обществе маньяка-ученого и немой Нему. Что же, я беру свои слова обратно по поводу работы в 12 отряде».
Персонал исследовательского центра взволнованно топтался возле двери лаборатории Капитана. Вот уже год как они сидели взаперти, и сегодня настанет час икс, когда на свет выйдет троица ученых. Дверь медленно открыла свой зев, выпуская пар, и ученые приготовились встретить капитана с распростертыми объятиями. Но первым выскочило нечто лохматое, ушедшее в сюнпо, из-за чего толком не удалось лицезреть, кто это был. Следом вышел Куротсучи в новом костюме, довольный работой, улыбаясь во все тридцать два оранжевых зуба.