Даниил Галицкий
Шрифт:
Дмитрий приблизился к Мстиславу, поклонился.
— Виноват я пред тобой, княже, не сдержал своего слова, не сумел вернуться.
Мстислав разгладил свои усы, улыбнулся.
— Ничего, Дмитрий, на войне всяко бывает. В другой раз так не поскачешь.
Он подошел к столу, сел на скамью.
— А чем князь Данило так вельми озабочен?
— Тревожусь. Мать до сих пор не приехала.
— Почто же тревожиться? Дороги теперь свободны, нет врага в Галичине. А если беспокоишься, пошли дружинников навстречу.
И Мстислав начал рассказывать о крепости:
— Ходил
Даниил понял намек. Ужель Мстислав думает, что он мал, что не может о деле говорить!
— Может, Дмитрий мешает?
— Нет, пускай сидит, я от него не таюсь.
Мстислав пристально глянул в окно.
— О, дочка моя с женой пришли! На валы смотреть ходили…
Даниил глянул в окно и увидел, как по двору шла Анна. Она осторожно ступала, потупив взор в землю, только на мгновение подняла глаза вверх и тотчас же повернулась к матери.
— Ты что, Данило, дочери моей не видел? А она спрашивала о тебе сегодня.
Чтобы не заметили, как он покраснел, Даниил повернулся к окну, а потом, вытирая лицо, ответил, переводя разговор на другое:
— Спасибо тебе, княже, что ты откликнулся и пришел в Галич.
— Я знал твоего отца и почитал его. И тебе пришел на помощь, дорожа памятью князя Романа. А теперь что же, Бенедикта прогнали, можно и в Новгород возвернуться. — Мстислав лукаво улыбнулся.
Пораженный этими словами, Даниил подошел к нему.
— Не понимаю тебя, княже.
— А говори, что у тебя на уме, — по-отечески ласково спросил Мстислав.
— Когда мы звали тебя, не думали, что ты снова назад уедешь. Говорил мне Дмитрий, что ты вечу поклонился и обещал не возвращаться назад.
Мстислав глянул на Дмитрия.
— Поклонился я вечу и сказал, что иду в Галич. Да Русская земля велика — может, еще где-нибудь моя помощь нужна.
— Спасибо тебе за это, да только одному мне не справиться. С верными боярами я думу думал, посоветовали они просить тебя княжить в Галиче, а я на Волыни буду, и там еще дела много, — быстро выпалил Данило, и будто гора с плеч свалилась.
Мстислав удивленными глазами глянул на Даниила — его растрогали откровенные слова.
— Русскую землю защищать надо, — продолжал Даниил. — А моя отчизна с краю лежит. У чужеземцев глаза горят, как у волков: каждый норовит кусок отхватить. Будь моим отцом!
Мстислав внимательно посмотрел на Даниила.
— Бояре крамолить будут, скажут, что отнял у тебя половину отчины, — тихо промолвил он.
Даниил не удержался, воскликнул:
— Княже!
Даниил волновался, щеки его побледнели.
— Да ты, я вижу, горяч вельми, Данило. А это хорошо: ведь смирного заклюют. Только не горячись так. И сие не только по молодости — сердце у тебя горячее, Романово.
Мстислав говорил медленно, и Даниил не чувствовал гордыни в отношении к себе. Как равный с равным говорил с ним Мстислав.
— Мой прапрадед и твой дед-прапрадед Владимир Мономах учил, как надо жить. Прочти поучения его. А он много воевал да все князьям говорил, чтоб землю Русскую берегли. Таким смелым будь и ты. Но будь и рассудителен. Ибо смелость полезна не тогда, когда ты бежишь и не смотришь, что впереди тебя, а когда видишь, что и как по сторонам. Тогда смелым будешь и в деле успеешь, когда вокруг оглядишься хорошо.
Дмитрий внимательно слушал Мстислава.
— Рад я, что у Романа сын такой, — промолвил после некоторого молчания Мстислав. — Ты взял на свои плечи тяжесть великую, Данило, и да будет для тебя всего превыше — беречь землю свою и прогонять чужеземцев. А я помогу тебе, сколько хватит сил. — Мстислав глянул на Дмитрия. — И своих бояр да воевод почитай — они твоими руками и глазами будут. И людям своим оказывай уважение. Теперь же пойдем к моей семье.
Мстислав поднялся и направился к двери. Даниил и Дмитрий пошли за ним.
— Только ты, Данило, — усмехаясь сказал Мстислав, — не смущай мою дочь. Она пуглива и может убежать из светлицы.
Они пошли темными переходами, в которые свет проникал через маленькие четырехугольные оконца, прорубленные под самым потолком.
Мстислав открыл дверь и стал на пороге, прикрывая собой Даниила и Дмитрия.
— Принимай, княгиня, гостей, веду к вам князя Даниила.
Даниил несмело шагнул в светлицу, ничего не видя перед собой. Будто откуда-то издалека донеслись к нему слова Мстислава и ответ Хорасаны. Молодой князь остановился посреди светлицы, и Дмитрий, наклонившись к его уху, прошептал:
— Идем к столу, нас приглашает князь.
Даниил пошел за Дмитрием и сел на скамью в конце стола. Наискось против него сидел князь Мстислав, сбоку — Дмитрий.
Мстислав что-то сказал своей жене. Она подошла к Даниилу и поклонилась. Он заметил только, что у нее смуглое лицо и на шее много монист. Рядом с ней стояла Анна. Она смотрела на Даниила такими же большими, как у Мстислава, черными глазами. Дочь была похожа на отца, только черты лица ее были нежными, девичьими. Пыталась улыбнуться, но, увидев, что Даниил внимательно глядит на нее, опустила глаза долу, и Даниил заметил длинные-предлинные ресницы. Анна поклонилась Даниилу и отошла в сторону. Даниил весь подался вперед, опершись на руку Дмитрия, и так замер.