Дама пик

Лекей Алексис

Он пересек улицу и подошел к ним.

И сразу же узнал мужчину. Это был художник, точнее, скульптор, вечный друг Марион, “мой брат по духу”, как она говорила. Марион утверждала, что никогда с ним не спала. “О таком и подумать невозможно. Все равно что инцест”. Когда у нее случались серьезные переживания, она, начиная с подросткового возраста, всегда мчалась к нему. И он поступал так же. Странный симбиоз, который не вызывал у Мартена никакой ревности. Ну, или совсем легкую, если он давал себе труд подумать об их отношениях.

Мартен пожал руку мужчине,

которого звали Франсуа, и заметил, что тот как-то странно на него смотрит. Хотелось бы знать, что Марион ему рассказала, подумал Мартен, однако Франсуа не дал ему задержаться на этой мысли.

– Вы похудели. Лицо стало очень интересным, – заявил он.

– Спасибо за комплимент.

– Я бы с удовольствием вылепил вашу голову или бюст когда-нибудь, когда у вас найдется время.

Первым побуждением Мартена было послать его куда подальше, но поскольку особых дел у него не предвиделось, он подумал, что несколько часов, проведенных с “братом Марион по духу”, нельзя считать потерянными.

– Отлично, – ответил он. – А когда?

Марион смотрела на него округлившимися глазами, ей и в голову не приходило, что он может согласиться, и Мартен понял, что особой радости по этому поводу она не испытывает.

– Приходите сегодня к нам на ужин, – продолжил он. – Еды хватит на четверых.

Он ошарашил Марион второй раз всего за минуту.

– Франсуа, возможно, занят, – предположила она.

– Нет, я собирался встретиться с подругой, но она отменила свидание.

– Он с ней вот-вот расстанется, – пояснила Марион какое-то время спустя. – Как странно, что ты пригласил Франсуа на ужин. Я думала, ты его недолюбливаешь.

– Всякий может ошибаться, – парировал Мартен.

Вторник, ранний вечер

Оливье вернулся в офис с листочком из блокнота в руках.

– Я нашел пару-тройку вещей, которые тебя, возможно, заинтересуют, – сообщил он Жаннетте. – Места, где могут быть списки частных детективов. Существует СНСП-АРП, профсоюз частных детективов; “Франс-Детектив”, международная ассоциация франкоговорящих детективов. А еще ОДФ, что-то вроде гильдии детективов Франции. Не знаю, что это такое. В интернете есть справочник детективов Voil`a.И НКДСП, Национальная конфедерация детективов и расследователей…

– Ты уже начал их обзванивать?

– Да, но по телефону ничего не добиться, нам же неизвестно имя жертвы. Придется побегать, показывая им фото.

Жаннетта ненавидела эту его манеру тщательно разъяснять ей совершенно очевидные вещи. Явное желание унизить ее.

– Что ж, приступим.

Он с ужасом посмотрел на нее:

– Может, попросим подкрепления?

– За то время, пока нам дадут стажера, мы успеем посетить половину адресов. Покажи мне список.

Оливье протянул ей листок. Она сложила его пополам, разрезала и вернула половинку Оливье:

– Позвоню тебе через два часа.

Она положила служебное оружие в кобуру, надела куртку, поверх нее плащ, обернула шею

и плечи большим кашемировым шарфом розового цвета (после нападения стала мерзнуть). Взяла несколько фотографий, свою половину листка и вышла.

Вообще-то рекомендовалось работать вдвоем, но у нее не было настроения терпеть Оливье три часа кряду, тем более что он не мог удержаться от курения в машине.

Садясь за руль, она поймала себя на том, что произнесла вслух: “Мне не хватает Мартена”. Черт возьми, я схожу с ума, подумала она. И тем не менее это было правдой. Ей его не хватало, причем не только потому, что пришлось в одиночку выйти на передний план и продвигаться в тумане. Ей не хватало Мартена еще и потому, что его не было рядом.

Но я же не влюблена в своего шефа, сказала она себе, встраиваясь в поток автомобилей, для заместителя отца он слишком молод. Просто Мартен – это эталон. Она не принимала ни одного профессионального, а иногда и личного решения, мысленно не посоветовавшись с ним, регулярно вела с Мартеном внутренний диалог, в котором пыталась свести с ним счеты. Тогда как в реальности их обмен мнениями чаще всего ограничивался необходимым минимумом слов.

Она попыталась объяснить это ощущение примитивной нехваткой нежности (мой муж свалил месяц назад) и секса (я не трахалась с самого лета), но прекрасно понимала, что все гораздо серьезнее. Что-то с ней происходит. Она никогда не думала о том, чтобы переспать с Мартеном. Сама по себе идея казалась ей нелепой. И неподобающей. И совершенно нереальной. И… черт побери.

Ужин, по мнению Мартена, оказался гораздо интереснее, чем ожидалось. Иза явно была неравнодушна к Франсуа – Мартен достаточно хорошо знал свою дочь, чтобы заметить это, – и Франсуа платил ей тем же. Кто сказал, что беременным женщинам не хочется быть соблазнительными или соблазненными, подумал Мартен. Наверняка какой-нибудь мужчина.

Марион выглядела несколько напряженной, казалось, ситуация ее не устраивает. Пусть и “брат по духу”, но она явно ревновала.

Франсуа умен, и его приятно слушать. Пока он рассказывал довольно забавные профессиональные истории, Марион поглядывала на него с хмурым видом, хорошо знакомым Мартену. Она была раздражена и старалась этого не показать.

Впервые за долгое время Мартен почувствовал себя спокойно.

Он протянул руку и тихонечко погладил живот своей подруги. Она поглядела на него, взяла его руку и поднесла к своим губам.

Прилив счастья, вроде бы давно забытого, затопил грудь.

Франсуа часто поворачивался к нему, словно хотел узнать его мнение или ожидал моральной поддержки. Мартен смутно догадывался, что речь идет о взаимоотношениях мужчины и женщины, но был не в состоянии принять участие в обсуждении. Марион все больше нервничала, Франсуа продолжал разглагольствовать, а Иза слушала его с непроницаемым видом. Это выражение лица тоже было хорошо известно Мартену, и он с трудом удержался, чтобы не предупредить Франсуа: тому стоит быть осторожнее.