Дама его сердца

Поттер Патриция

Они въехали в город. Нил заметил, что Джэнет отворачивается от английских солдат, запрудивших мощеные улицы, словно не в силах их видеть, но в глазах ее то и дело вспыхивает любопытство при виде многочисленных лавок и рынков.

— У моего кузена было арендовано помещение в гостинице «Лисица и Заяц». Он там обычно останавливался, приезжая в Эдинбург.

Нил узнал об этом, найдя счета из гостиницы. Очевидно, Рори снимал там несколько комнат. Может быть, в гостинице удастся навести справки и разузнать, как ему удавалось переправлять

якобитов кз Шотландии. Конечно, шансы получить хоть какие-то сведения очень малы, но больше обратиться некуда — разве что съездить во Францию. Но это уж в крайнем случае.

Однако сначала следовало позаботиться о гостинице. Нил решил, что, как только они устроятся, он сразу же сообщит об этом Камберленду в замок Холируд и попросит назначить аудиенцию.

Хозяин гостиницы «Лисица и Заяц» оглядел их с любопытством.

— Я маркиз Брэмур, — представился Нил, все еще не привыкший к своему титулу. — А это — графиня Лохэн. Мы хотели бы получить две отдельные комнаты.

Хозяин насупился, хотя имя маркиза было ему явно знакомо.

— Но у меня нет свободных комнат, милорд.

— А между тем они должны у вас быть. Просматривая счета, я обратил внимание на то, что мой кузен заплатил за помещение в вашей гостинице за год вперед.

Хозяин побледнел.

— Но он же умер, милорд! Я думал…

— Да? — сказал тихо Нил, но в голосе его послышались стальные нотки.

— Я посмотрю, что можно сделать, — поспешно добавил хозяин.

Нил не хотел совсем уж пугать его: ему ведь была нужна информация.

— Мы вернемся после ужина. К этому сроку, надеюсь, комнаты будут готовы.

— Но я могу предоставить вам только одну.

— А другую, за которую тоже уплачено кузеном, вы сдали? Ладно, — продолжал Нил, немного смягчившись, — я сполна компенсирую вам неустойку за причиняемые неудобства постояльцам. Я заплачу тройную сумму за вторую комнату на две ночи.

Лицо хозяина просветлело.

— Я думаю, что подыщу для вас помещение.

— Надеюсь, подыщете. Брэмуры всегда платят за все сполна. Таков наш обычай, и уверен, что вы примете это во внимание.

— Конечно, милорд. — Хозяин поклонился. — Если бы я только знал…

— Разумеется. — Нил решил быть великодушным. — Так я желаю, чтобы комнаты были готовы к нашему возвращению. И позаботьтесь о наших лошадях. А пока я хотел бы сообщить с посыльным его светлости герцогу Камберлендскому о нашем прибытии.

Хозяин снова поклонился:

— Я сейчас же кого-нибудь пошлю с известием. Кстати, здесь у нас стоят несколько офицеров. Некоторые из них были… друзьями вашего кузена.

— Друзьями или партнерами по карточной игре?

По лицу хозяина Нил понял, что он имел в виду последнее. Ладно, может, он и сам сегодня позволит себе это развлечение. Однако прежде надо позаботиться о том, чтобы Джэнет поела.

Хозяин порекомендовал им ближайшую таверну,

заявив, что в его собственной гостинице дамам ужинать не рекомендуется. «Не рекомендуется также и останавливаться на ночлег, если они путешествуют без мужского сопровождения», — поняла Джэнет без слов. Впрочем, она нисколько не заботилась о своей репутации. Ее единственной заботой было возвращение в Лохэн и возможность свободно и по собственному разумению налаживать там хозяйство. Хотя бы это… Не надо думать сейчас о том, что замок Брэмур ей кажется гораздо более привлекательным. И уж, во всяком случае, не надо так много думать о его владельце. Он так ясно дал понять во время путешествия в Эдинбург, что лишь выполняет свой долг по отношению к ней.

В большой таверне было шумно. Нил заплатил хозяину несколько крон, и тот провел их в отдельную нишу со столиком. Брэмур начал с того, что заказал фрукты, сыр и бутылку хорошего вина. Джэнет с удовольствием отпивала вино маленькими глотками, чувствуя, как ее покидает напряжение. Стали подавать одно за другим блюда: жареную баранину, крабов, устрицы. Она смотрела, как Нил неторопливо, со вкусом ест, и поражалась тому, что он так спокоен. Но ведь он всегда спокоен, и это ей в нем очень нравилось — его дружеское спокойствие и молчаливость. Однако ведь он при этом о чем-то думает?..

Голода она не чувствовала и к еде едва притронулась, не в силах отвязаться от мысли, зачем и почему она понадобилась Камберленду.

— Ты совсем ничего не ешь, — заметил Нил.

— Нет, я что-то съела.

— Но этого явно недостаточно.

Он взял с блюда сахарную вафлю и поднес ее к губам Джэнет, заставляя открыть рот. Она лизнула вафлю, потом откусила. На губах остался сахар. Внезапно Нил перегнулся через узкий стол и коснулся ее губ своими. Джэнет почувствовала вкус вина и ощутила, как по всему телу разливается волна тепла.

В очаге потрескивал огонь, ароматы вкусной дорогой еды мешались с запахом древесного дыма, а Джэнет была счастлива — несмотря ни на что. Да, выглядела она, конечно… не лучшим образом. Платье отсырело и потеряло форму, локоны развились и выбивались из-под чепца. И тем не менее Нил мог заставить ее чувствовать себя самой желанной женщиной на земле. От него исходило ощущение силы и уверенности в себе. А главное, он и ей внушал ощущение, что она чего-то стоит. Давным-давно позабытое ощущение…

Джэнет коснулась его лица, проведя пальцами по скулам, щекам и задержавшись на мгновение в ложбинке подбородка. Сейчас они были только вдвоем во всем мире, словно какая-то завеса мгновенно отделила их от остального зала. Они не слышали шума голосов, они забыли про еду на тарелках.

Наконец Джэнет глубоко вздохнула и тряхнула головой, отгоняя наваждение. Что это она так расчувствовалась? Наверное, потому, что слишком напугана ходом событий, хотя и отказывается это признавать.

— Я устала, милорд.