Да, мой лорд
Шрифт:
– Тварь… - первое, что услышал измученный Люциус, когда комната перестала кружиться у него перед глазами, и утих звон крови в ушах, и согласился.
Да, он - тварь. Как еще можно назвать того, кто валялся на полу, умоляя взять себя, даже не словами, а скуля, как течная сука, и рад был тому, что его имеют, словно последнюю шлюху в грязном переулке. Он понимал чувства Северуса и принимал их: увидеть любовника, готового отдаться хозяину, спокойно, не сопротивляясь ждущего на постели, когда на него обратят внимание, наверное, было больно. И то, что Северус захотел отомстить - совершенно нормально. Он, и ненавидя Люциуса, дважды помог ему: сначала
– Какая тварь…
Да, любимый, да. Ты прав. Почему же ты до сих пор здесь? Почему сидишь рядом, на полу, что заставляет тебя оставаться? Может быть, ты еще хочешь высказать все, что думаешь обо мне, и ждешь, когда я смогу тебя слушать? Или ты просто устал и сейчас поднимешься, вытрешь руки и, не оглянувшись, пойдешь к выходу, а у меня нет сил даже открыть глаза, чтобы посмотреть на тебя в последний раз.
– Спасибо…
Лучше бы он молчал: голос звучал жалко и неприлично, и Северус вздрогнул, услышав его. Люциус с трудом приподнял голову и опустил ее на руку Снейпа, которой тот опирался о пол совсем рядом с его лицом. Уткнувшись лбом в горячую кисть Люциус осмелился поцеловать ее и Северус терпел какое-то время, прежде, чем аккуратно освободиться, поднимаясь.
Люциус слушал шаги, вжимаясь лицом в пол, не позволяя себе раскрывать рот и умолять - что толку? Северус решил пожалеть его и уйти молча, и он должен быть благодарен ему за это…
Уже на границе сознания Люциус почувствовал, что его бережно переворачивают, ко рту прижалась склянка, голову приподняли, и Люциус был вынужден выпить зелье, еще успев испугаться прежде, чем узнал укрепляющее.
Его подняли и переложили на кровать. Люциус боялся открывать глаза: он узнал запах и объятие, и не хотел терять иллюзию заботы, встретив презрительный или брезгливый взгляд. Конечно, Северус не бросит его в таком состоянии, как бы теперь к нему не относился. От очищающего заклинания стало холодно, и одеяло, накинутое сразу же, не спасало от озноба. Малфоя начало трясти. Горячие пальцы коснулись лба, чуть погладив, и Люциус зажмурился крепче. Хорошо бы уснуть так, ощущая остатки нежности, позволив себе поверить, что все хорошо…
– Люци, все кончилось… На этот раз, по крайней мере.
Голос прозвучал на удивление ласково, и Люциус открыл глаза. Снейп сидел рядом, встревоженно глядя на него и, казалось, что все происшедшее было бредом, привидевшимся Малфою под действием заклятья.
– Ты не ушел.
Люциус удивился настолько явно, что Снейп беспокойно нахмурился.
– Ты хочешь, чтобы я ушел?
– Нет!
– прозвучало раньше, чем Малфой прикусил себе язык.
– Не сейчас.
Казалось, просьба успокоила Снейпа и он вздохнул:
– Хорошо. Тебе надо согреться… Ты позволишь мне лечь рядом?
Люциус кивнул, не понимая, и Северус стал раздеваться.
– Но почему?..
– Что почему?
– Почему ты спрашиваешь?
– пояснил Малфой, хотя хотелось спросить: «Почему ты остаешься?»
Снейп разделся и снова присел на кровать, не торопясь ложиться. Он запер заклинанием дверь, дал Малфою напиться воды, добавив туда несколько капель чего-то неизвестного, и решительно ответил:
– Потому что, после всего, что с тобой произошло ты можешь не захотеть ничьих прикосновений. Потому что я был слишком жесток, несмотря на то, что знал, как ты относишься к насилию, и видел, что с тобой сделала эта тварь, наш повелитель. Я просто боялся не успеть. Он не отпускал меня,
– Но почему?..
– Ты надоел ему, Люци, у него теперь другие игры: он пытается играть со смертью, и живые ему больше не интересны. Сегодня я подкинул ему новую загадку, и какое-то время он будет занят, решая ее, но, боюсь, следующее, чего он захочет от тебя - будет не постель. Люци, носи с собой безоар и проси свою удачу не оставлять тебя сейчас.
Люциус слушал, ощущая огромное облегчение и абсолютное счастье. Из всего, что сказал ему Северус, он понял только, что его все еще любят, что Северус не уйдет, что он не испытывает к нему отвращения, и это наполнило его сердце радостью. Больше его сейчас ничто не волновало.
– Северус, - попросил он, - обними меня, пожалуйста.
Снейп скользнул под одеяло, бережно прижимая к себе любовника, легко целуя в повернутую к нему щеку и краешек разбитых губ.
– Дать тебе обезболивающее?
– Нет, не уходи. Все завтра.
– Хорошо, завтра.
– покладисто согласился Снейп.
– Тогда - спать.
Люциус лежал, чувствуя, как дрожь отпускает его, тело согревается и начинает расслабляться, как ноют перенапряженные мышцы. Завтра он просто не встанет. И хорошо. Провести бы так всю жизнь: не вылезая из постели, не размыкая рук, слушая спокойное дыхание.
– Северус… - позвал Малфой тихо.
– Что?
– Он не успел.
Снейп резко выдохнул и замер, уткнувшись лбом в плечо Люциуса, а его руки на мгновение окаменели, прижав так, что больно стало дышать.
– Спасибо. Ты появился вовремя.
– Ты мог и не говорить.
– хрипло ответил Снейп.
– Мне это совершенно не важно.
– Для меня - важно.
– Для тебя - да.
– согласился Снейп.
– И я рад. Тебе снова удалось ускользнуть, Люци, как ты и обещал. А теперь - спи. Завтра тебе предстоит тяжелый день.
Люциус послушно закрыл глаза, чувствуя, как уплывает, и через минуту уже спал, уткнувшись в волосы лежащего на его плече Северуса, а тот еще долго не мог заснуть, боясь пошевелиться, и слушая неровное дыхание и стоны беспокойно спящего любовника.
31 глава
Проснулся Люциус в одиночестве. С трудом подняв голову и оглядевшись, он понял, что Снейп ушел, а самому ему сегодня, действительно не встать. Услышав вежливый стук в дверь, Малфой подавил в себе плеснувший холодом страх и откликнулся. В дверь бочком протиснулся целитель. Поздоровавшись, он споил Люциусу сразу четыре зелья, и на вопрос лорда, что, собственно происходит, пояснил, что мистер Снейп ушел рано утром, подняв его с постели и приказав дать его светлости зелья, как только он проснется. Снейп оставил сигнальные чары, и целитель исполнил все, что было велено.
Слушая запинающегося Блейза и наблюдая, как старательно он отводит глаза и рассматривает потолок, Люциус сделал вывод, что целитель либо подслушивал вчера, либо что-то видел уже сегодня. Впрочем, парень был далеко не глуп, а лорд Малфой у себя дома об особой конспирации не задумывался.
– Почему вы не смотрите прямо, Блейз?
– спросил Малфой высокомерно.
– Что вы отводите глаза, словно на мне - клеймо?
Сказав это, Люциус похолодел: он совсем забыл, что раздет. Осторожно кинув взгляд на руку, лорд перевел дух. Метка была скрыта усиленными маскирующими чарами. Северус был бы идеальным шпионом.