Да, да, да

Ренделл Никола

— Кажется, что замки не заработают до того момента, пока вновь не дадут электричество. Это все может затянуться на часы, — кричит Сэди. — Вы там точно в полном порядке?

Черт побери, это предприятие. Все эти проблемы произошли из-за того, что мы хотели сделать безопасную комнату для дегустаций, а теперь выходит, что замки не открываются в чрезвычайной ситуации. Все чертовски непродуманно.

Но с другой стороны…

Лаура стоит, затаив дыхание. Крошечный смешок срывается с ее губ. Она прижимает ладони к моей груди и сжимает крепко материал моей рубашки в своем кулаке.

Господи, да.

— Все

нормально? — спрашиваю я, шепча ей на ухо, одновременно с этим вдыхая ее аромат, на самом деле, я делаю большой вдох, наслаждаясь ее запахом в первый раз за все время нашего знакомства. От нее исходит самый приятный в мире аромат миндаля и ванили.

Она не отвечает сразу же на мой вопрос. Вместо этого я ощущаю, как ее грудь вздымается и опадает, и ее тело вновь прижимается к моему.

— Что ты хочешь, красавица, скажи мне? — тихо говорю я.

Ее грудь еще раз вздымается. Затем еще раз опускается.

— Возьми меня, прямо здесь. Прямо сейчас.

Мать вашу, да!

Я беру ее лицо в свои ладони, чувствуя шелковистую и нежную кожу у моих покрытых щетиной щек. Под моими ладонями я ощущаю, как неистово бьется ее сердце.

— Мы в порядке, Сэнди, — говорю я громче и поглощаю Лауру в поцелуе.

Этот рот. Этот чертовски идеальный рот. Чем сильнее я целую ее, тем сильнее она отвечает мне на мой поцелуй. Я проскальзываю глубже языком в ее рот, и она позволяет мне, потому как делает то же самое и со мной. Все еще наслаждаясь чувственным поцелуем, мы оба начинаем снимать одежду друг с друга — она расстегивает мой ремень, а я ее рубашку.

В то время когда наши руки находятся между нами, стараясь стянуть друг с друга одежду, я отстраняюсь от нее.

— Знаешь, ты пропустила пуговичку на моей рубашке, — говорю я ей, когда расстегиваю их за нее.

Расстегнув мой ремень, Лаура начинает расстегивать молнию на брюках.

— Я чувствовала, что это произойдет. Я видела, как ты смотришь на меня. И я обожала каждую минуту этого.

— Чертовка.

Сейчас я чувствую, насколько болезненно тверда моя длина, все желание, которое скопилась за эти долгие месяцы, устремилось к моему члену. Я поднимаю ее юбку вверх и сжимаю пальцами край ее плотных шерстных колготок, которые спускаю вниз по ее бедрам. Затем я сжимаю ладонями ее бедра, эти чертовски идеальные бедра, и разворачиваю ее, сделав несколько шагов с ней вперед. Ее шажки крошечные и неуверенные, когда мы продвигаемся вперед в темноте, ее бедра сжимаются вместе.

— Скажи мне, чего ты хочешь, — шепчу я, когда наклоняю ее над дегустационным столом.

— Все, что ты мне можешь дать.

— Будь осмотрительна с тем, чего ты желаешь.

— Я не желаю быть осмотрительной.

Чееерт.

Я резко вхожу в нее во всю длину, потому что она уже чертовки влажная, но Лаура такая узкая, создается впечатление, что мой член с силой стискивают в кулаке.

— Господи.

Она издает тихий стон — глубокий, жаждущий звук, который мне еще никогда не удавалось услышать.

Находясь глубоко внутри ее тела, я наклоняюсь и прижимаюсь к ее пояснице своим телом. Едва слышно выдыхая ей на ухо:

— Тише. Поняла? Не издавай ни единого звука.

Я чувствую улыбку на ее губах; затем она кивает у моей челюсти, и ее руки цепляются за мои.

Я выпрямляюсь и сжимаю ладонями ее задницу. Затем немного

выхожу из ее лона и с силой толкаюсь в нее вновь.

В ответ на мои действия стол издает скрип, когда он продвигается немого вперед на полу. Говнюк.

Я слышу крохотный смех Лауры, который переходит в тихий стон, когда я ударяю головкой члена ту самую точку внутри нее. Но этого не достаточно, потому как я хочу трахнуть ее таким жестким образом, что, скорее всего, стол будет двигаться по всей комнате. И в этом случае, вся компания услышит нас, вплоть до охранников, которые стоят снаружи здания.

— Опустись вниз, — шепчу я ей, когда стягиваю с себя рубашку и кладу на пол для нее, убеждаясь, что Лаура ложится на нее. Нет никакого гребаного шанса, что эта великолепная женщина будет лежать на голом хреновом линолеуме, когда я буду трахать ее в первый раз. Когда она разводит свои ноги в разные стороны для меня, я слышу треск колготок, которые все еще находятся на уровне ее коленей. Черт побери, да! Мать вашу, я хочу, чтобы она кончила на моем члене. Я хочу трахнуть ее, как можно развратнее.

Но как бы мне чертовски не хотелось вновь войти в ее тело, трахнуть ее со всей отчаянной нуждой, но в тоже время я хочу испробовать, какова ее киска на вкус. Мне необходимо это сделать. Мне необходимо узнать ее всецело. Я становлюсь на колени, располагаясь между ее бедрами. Тянусь рукой и сжимаю одну из ее грудей, ощущая твердую пику соска между большим и указательным пальцем. Лаура задыхается, когда я слегка щипаю ее за сосок, а затем перекатываю его между подушечек пальцев. В то время, пока она полностью отвлечена, я прижимаюсь к ее лону своим ртом, чтобы испробовать ее на вкус. Она немного солоноватая, с ноткой сладости. Полностью влажная. Ее аромат возбуждения заставляет меня чувствовать себя опьяненным. Я лижу ее клитор, потом втягиваю его в рот насколько это возможно, одновременно с этим легко щипаю ее за соски. Девушка выгибается в пояснице, ее колени сжимают мою голову с двух сторон. Используя свой язык, я приоткрываю внутренние лепестки ее губ, следом втягивая их в свой рот, чувствуя ее вкус, ощущая ее глубоко внутри меня. Ее плавные изгибы, мягкость, шелковистость ее кожи — полное совершенство.

Если бы я только мог, то остался бы с ней здесь на протяжении всего дня. То, как она отвечает на каждую ласку моего языка, убивает меня. То, каким образом она хватает меня за волосы, когда я ласкаю сладостное местечко, это моя погибель. Да, черт побери, да! Но нам необходимо успеть все сделать до того момента, пока вновь не включат электричество. Удовольствие наслаждаться ее вкусом и ароматом придется оставить на другой день. Или, возможно, отложить до сегодняшнего вечера.

Я отстраняюсь от нее, и в это момент она начинает трогать своей рукой мой член, раз за разом сбивчиво повторяя.

— Внутрь. Войди в меня, прямо сейчас.

— Это именно то, что я и хочу сделать, — я вновь становлюсь на колени, отвожу ее бедра немного назад, сгибая ее ноги в коленях, слегка прижимая их к ее груди, пока она поглаживает мой член свой рукой, стискивая его в ладони. Когда она выпускает член из своей руки, я издаю разочарованный вздох, но она лишь проводит ладонью по свой влажной киске, тем самым увлажняя ее, и вновь начинает поглаживать мой член.

— У тебя огромный член, Томас. Чертовски огромный.